Яд бессмертия - Нора Робертс

Прошло два часа. Глаза щипало, голова разламывалась. Зато она узнала столько интересного, что новый допрос Редфорда стал неотвратимым. Ева решила, что в этот раз не пойдет к нему, а потребует, чтобы он сам явился в Центральный участок завтра к десяти утра.

Оставив распоряжения для Фини и Пибоди, она решила, что сделала за день достаточно, и уже собралась уходить, когда ее компьютер принял сообщение Рорка:

«Никак с тобой не свяжусь, лейтенант. Появилось дело, требующее моего присутствия. Когда ты услышишь мое сообщение, я уже, наверное, буду в Чикаго. Я бы предпочел переночевать дома, но ситуация требует немедленного вмешательства. Если я тебе понадоблюсь, буду в «Ривер Палас», если нет – увидимся завтра. Смотри не работай ночью – я все равно узнаю».

Ева раздраженно выключила компьютер.

– «Не работай ночью»! А что еще мне остается? Без тебя я все равно не усну.

Въехав в ворота, она увидела в окнах дома свет и обрадовалась. Наверное, Рорк отменил встречу, решив свою проблему на расстоянии. Так или иначе, он дома, а это главное! Она вошла в дверь, заранее улыбаясь, и двинулась на смех Мэвис.

В гостиной находились четверо: двое мужчин и две женщины увлеченно пили вино и заедали его крошечными канапе. Рорка среди них не было. «Какая наблюдательность, лейтенант!» – промелькнуло у Евы в голове. Она быстро оглядела гостиную.

На хохочущей Мэвис было нечто красное – чрезвычайно короткое, открытое и обтягивающее. Ева не решилась бы назвать это платьем и тем более принимать в нем гостей. Поверх была наброшена распахнутая изумрудная блузка. С трудом удерживаясь на каблуках-шпильках высотой в шесть дюймов, Мэвис льнула к Леонардо. Тот одной рукой обнимал ее, в другой держал бокал с чем-то прозрачным и пузырящимся.

Вторая женщина была Еве незнакома. Она поглощала канапе со скоростью автомата, то и дело встряхивая головой, покрытой короткими кудряшками, каждая из которых имела свой собственный, неповторимый оттенок. В мочку ее левого уха были продеты серебряные серьги-колечки, правое уродовала здоровенная скрепка. Ярко-синие глаза были подведены малиновым карандашом.

Малиновыми были и ее короткие шортики на подтяжках, с оборками в паху. Подтяжки, пересекавшие голые груди, закрывали соски. Сами груди были размером с любовно выращенные дыни.

Незнакомый мужчина наблюдал за происходящим сквозь розовые стекла очков, попивая вино – судя по всему, выдержанное белое, гордость Рорка. Его выходной костюм представлял собой мешковатые шорты, достигающие колен, и широкую майку, выдержанную в патриотической красно-бело-синей гамме.

Ева всерьез раздумывала, как прошмыгнуть в кабинет на втором этаже, оставшись незамеченной.

– Ваши гости давно вас ожидают, – раздался за ее спиной презрительный голос Соммерсета.

– Послушайте, это не мои…

– Даллас! – взвизгнула Мэвис и кинулась к ней через всю гостиную, хотя на таких каблуках это грозило падением и множественными переломами. Она заключила Еву в неуклюжие объятия, чуть не опрокинув на пол. – Как ты поздно! Рорк куда-то улетел, но перед отлетом разрешил пригласить Бифа и Трину. Они давно мечтали с тобой познакомиться. Сейчас Леонардо нальет тебе выпить. Соммерсет, ваши канапе – просто прелесть. Не знаю, как вас благодарить!

– Я рад, что вам нравится. – Он сладко улыбнулся. Ева никогда бы не подумала, что Соммерсет способен так улыбаться. Улыбка совершенно преобразила каменное лицо дворецкого. Прежде чем удалиться, он отвесил Мэвис почтительный поклон.

– Ну же, Даллас, присоединяйся!

– Нет, Мэвис, у меня действительно много работы…

Но отпираться было бесполезно: ее уже волокли к дивану в центре гостиной.

– Вам налить, Даллас?

Улыбка Леонардо была совсем другой: грустной, какой-то щенячьей. Не было лучшего способа, чтобы покорить сердце Евы.

– Наливайте. Вот этого вина, пожалуйста.

– Потрясающее вино. Меня зовут Биф. – Мужчина в розовых очках подал ей тонкую, изящную руку. – Для меня высокая честь познакомиться с вами, лейтенант Даллас. Ведь вы – защитница нашей дорогой Мэвис. Ты совершенно прав, Леонардо, – продолжил он, не сводя с Евы пристальных глаз. – Ее материал – шелк бронзового отлива.

– Биф – специалист по тканям, – объяснила Мэвис, при этом язык ее слегка заплетался. – Работает с Леонардо с незапамятных времен. Они тут обсуждали твое приданое.

– Мое?..

– А это Трина. Она займется твоими волосами.

– Она?! – Ева почувствовала, как кровь бросилась ей в голову. Даже женщина, посвящающая двадцать четыре часа в сутки своей внешности, запаникует, когда перед ней предстанет парикмахер-стилист с кудрями всех цветов радуги. – Вообще-то я… Вряд ли мне…

– Бесплатно! – объявила Трина громким скрипучим голосом. – Если Мэвис благодаря вам оправдают, я до конца жизни буду бесплатно консультировать вас по прическам. – Она сгребла Евину прядь в кулак и больно дернула. – Текстура и масса хороши, стрижка – не очень.

– Вот ваше вино, Даллас.

– Спасибо. – Ева поняла, что сейчас ее может спасти только выпивка. – Я тоже рада с вами познакомиться, но меня ждет работа.

– Ты что?! – Мэвис с такой силой впилась ей в руку, что Ева вскрикнула. – Все собрались как раз для того, чтобы заняться тобой!

Кровь снова прихлынула к ее голове.

– В каком смысле?

– Наверху все готово. Там будет мастерская Леонардо, рабочие места Бифа и Трины. А завтра там зажужжат остальные рабочие пчелки. Мы с Рорком уже обо всем договорились.

– Пчелки… – растерянно повторила Ева. – Зажужжат?

– Речь о моем шоу. – Леонардо был трезв и потому меньше уповал на радушный прием. – Голубка, Даллас, видимо, не очень-то готова к тому, чтобы дом наполнился людьми. Все-таки у нее скоро свадьба…

– Но это для нас единственная возможность быть вместе и закончить подготовку к шоу! – Мэвис устремила на Еву умоляющий взгляд. – Ты ведь не станешь возражать? Мы не будем путаться под ногами. У Леонардо страшно много дел: кое-какие модели надо переработать, раз главной манекенщицей будет теперь Джерри Фитцджеральд.

– Другие цвета, – вставил Биф. – Другая фактура тканей. Ведь Джерри совсем не похожа на Пандору, – произнес он запретное имя.

– Да. – Мэвис просительно улыбнулась. – Появилось много дополнительной работы, и Рорк дал свое согласие. Ведь дом такой большой! Ты никого не будешь видеть…

«Когда люди снуют туда-сюда, о безопасности можно забыть», – мелькнуло в голове у Евы.

– Не волнуйтесь, – сказала она, прекрасно понимая, что самой ей придется поволноваться.

– Я же говорила, что все будет в порядке! – воскликнула Мэвис, целуя Леонардо в щеку. – Ева, я обещала Рорку, что не разрешу тебе сегодня утонуть в делах. Ты просто сядешь в кресло и отдашь себя в их руки. Кстати, мы заказали пиццу.