Жестянка 2 (СИ) - Денисов Вадим Владимирович

Потом долго ходили, искали ценный трофей. Всё напрасно, зверь ушёл. Это был единственный случай подтверждённого появления в непосредственной близости от Пятисотки невесть откуда взявшегося саблезуба. Но место это с тех пор имеет статус несколько тревожного, ехать мимо как-то неприятно.

Вот колёса простучали по старинному булыжнику каменного моста через Дуромой, вдали над главными воротами периметра приветственно мигнули два жёлтых фонаря. Пахнуло какой-то неимоверно вкусной, до слюноотделения, выпечкой — в столовой на славу трудится вторая смена.

Слева от дороги осталось одноподъездное двухэтажное каменное здание, некогда бывшее штабом зенитно-ракетной части, а может и чего поважней. По крайней мере, так утверждает Дед. В народе дом прозвали «Офисным центром». На ночь окна первого этажа, где на время учебного года располагается школа-интернат, наглухо закрывают ставнями, что превращает ОЦ в натуральный форт. Хотя там и сейчас живут люди, в паре окошек из-за шторок виден слабый свет.

Вот мы и дома. Впереди медленно распахиваются большие деревянные створки, облагороженные металлическими полосами на болтах и «егозой» — охрана периметра технику увидела издали.

Пш-ш…

— «Конвой» категорически вызывает «Заслон», как принимаете? — и я, не дожидаясь подтверждения, продолжил: — Парни, приветствую! Стучимся.

— Открыто, Денис, гоу в стойло! Норм всё?

— Ты, Григорий? Норм!

— Отлично! Вы последние в плане на сегодня. Табачок-то добыть получилось?

— Взяли твой горлодёр, взяли, оттягивай карман!

Пройдя линию ворот, я прямо с плиты кинул в руки часовому пакет с заказанным переделкинским самосадом. Наши курцы и здесь его выращивают, но почему-то всегда просят прихватить немного в городе. Какая разница? Скорее всего, никакой, эффект столицы.

Днём на часах, пока гарнизонные ворота открыты, стоят двое. У одного за спиной гладкоствольная «Сайга» двенадцатого калибра, а у второго карабин Симонова с откидным штыком в боевом положении, это обязательно, караульных даже штыковому бою обучают. Считается, что такой комплект вооружения караульной смены наиболее универсален для привратной службы: дальний выстрел, работа картечью близ периметра и рукопашка внутри, если на контроле попадётся ненормальный. Такие были.

А ворота уже закрывались, сейчас служивые зафиксируют их намертво тяжёлой доской. Затем один из них по крутой лестнице поднимется в невысокую башенку с левой стороны от въезда, оставаясь нести службу, а второй уйдёт сменяться. В принципе, этот участок периметра полностью просматривается с ближней вышки, но третий пост обязателен, внесён в уставные документы. Вдруг ночью кто-нибудь заявится. А для организации четвёртого, а тем более для пятого поста у нас не хватает людей. Так что завтра Дед и нас безжалостно включит в график несения караульной службы. Спасти может какое-нибудь ЧП, но… ну его нафиг, девочки.

Расспрашивать, что да как в гарнизоне, я не стал. Времени-то прошло, всего ничего. Случись что-нибудь экстраординарное, меня давно бы по радиосвязи достали, а то и нарочного выслали бы. Часовые здесь поставлены не для сплетен, да и чужой хлеб есть не нужно, у поваров одни новости, а у спасателей другие.

Домой хочу, надоел мне этот тыгыдым-шутер.

Грузовик с плитой отогнали на площадку возле моего дома, в гараж загонять не стали. Завгар, скорее всего, уже спит, а с утра технику нужно будет привести в порядок, непременно отмыть, протереть и ленточкой перевязать. Грязный грузовик самоделкины не примут, орать начнут. К реке отогнать, что ли, дабы не злить обывателя мойкой из шланга на территории и не таскать воду вёдрами к гаражу?

Ну к чёрту, подумаю об этом завтра.

Так, Рубин, что берём с собой на романтическое свидание в ночи? Что имеем, то и берём: две бутылки приличного спиртного, причём одна из них настоящая, стеклянная и даже с водочной этикеткой дорогой марки, какую-то особую вишневую пастилу в двух кульках, орешки в меду и подарок в виде разлетайской хлопчатобумажной юбки в пол. Цвет синий, по мне так универсальный. Если Ирине не понравится, перешьёт, укоротит, перекрасит малярной кистью. Или выбросит, хотя это вряд ли.

Короче, укомплектовался. Вот сейчас и посмотрим, умею ли я угадывать с подарками женщинам. Главное сделано: помылся, переоделся и даже обрызгался одеколоном. Большие пластиковые пакеты из универсамов на Жестянке — предмет роскоши, редкость. Поселковые решают вопрос быстро и просто, разноцветных куполов в гарнизоне выше крыши. Вот и мне девчата пошили экземпляр, большой, с ручками. Что ж, появился повод применить его в деле.

Хорошие стоят ночи. Мало комара и другого гнуса, можно держать окошко открытым. Вот месяц назад… На дворе почти тихо, лишь слышно, как где-то у пищеблока на перекуре негромко беседуют женщины ночной смены. Как там, на дворе, дождь уже закончился? У меня есть автономная метеостанция — надо высунуть руку в окно. Ага, не капает, ветерок юго-западных румбов, двадцать два градуса. Голова не болит, давление нормальное.

Вышел на улицу.

Небо почти очистилось, низкие тёмные облака уходили на восток. Над головой в стратосфере ярко светили звёзды. В любимой «водяной бочке» плавал лунный серп, причудливо покрывшийся мистической рябью, лишь только я ковырнул его пальцем. Дождусь ли, когда в бочке заведутся лягушки? Надо принести самому, пусть квакают по вечерам, нужно же держать какое-нибудь домашнее животное.

Как всегда, вокруг мало света, очень мало.

Новичкам из больших городов довольно сложно привыкнуть к постоянному недостатку освещения после захода солнца… Да и деревенские это ощущают. Память ещё долго будет подставлять им в кадр огни станции и сатанинский глаз ночной электрички, вылетающий из-за поворота вдали, цепочки пятен от фонарных столбов вдоль центральной улицы, яркий неон редких магазинных вывесок и лучи фар дальнего света на автобане.

А мотнёшь головой, и нет ничего, только звёзды, холодные игрушки. Именно поэтому испытываешь чуть ли не шок, выходя на улицы ночного Переделкино — крупный мегаполис, да и только!

Кретовой дома не оказалось. Что за облом?

Я постучал в дверь раз, другой, третий уже посильней, спит что ли?

— По голове себе постучи, герой-любовник! — недовольно предложила мне заспанная рыжеволосая Синтия. «Эта девушка из канцелярии», так называют её впечатлённые новички-нубики, попадающие в канцелярию для заполнения анкет.

Ей двадцать один год, родом из Краснокамска, что под Пермью. Как-то Синтия назвала меня «ничё так масик» и сказала, что таких, как она красавиц с ласковыми именами тропических тайфунов там много. Чуть не купился! Пришлось всю волю собрать в одном важном мужском месте.

Хотя… Напрасно я не побывал в Перми, напрасно, там интере-есно…

— Ну что долбишь? Ещё не понял, что Ирины нет дома?

— А где она?

— Умчалась по какому-то срочному делу твоя Ирина, позавчера забегала в канцелярию ключ сдать. Тебе не отдам, — сразу предупредила соседка.

— Упал он мне… А с кем, куда?

— С одним из ваших, с Виталиком, он вроде бы из второй группы.

— Из второй, из второй, — нетерпеливо подтвердил я. — Что случилось-то?

— Человек у нас один пропал, Денис, вот что случилось… Молодой парень. Говорят, что он как бы сбежал, просто взял и скрылся на своём велосипеде с дырчиком, никого не предупредив. Да ты его помнишь, это Юрик из столярки, он сюда вместе с тёткой попал. Она просто в шоке!

Сразу целый рой невесёлых мыслей пролетел в голове.

Так вот о какой радиограмме говорил Мордовский папа! Но я же самый умный, расспрашивать не стал. И на въезде в гарнизон не стал. Зато Волков у меня особо ушлый да умный! А ты тогда кто?

— Они вдвоём поехали? Гравилёт, «уазик»?

— Ничего они не поехали, ты что? Они на моторной лодке поплыли по Дуромою. Дед решил, что Юрик этот ненормальный отправился куда-то на восток. Хотя жалко его… Вот Ирина и помчалась в погоню, как вечно самая отважная.