Романов. Том 4 - Владимир Кощеев

заводить знакомства при дворе, разбираться, кто против кого дружит.

Я промолчал вновь, понимая, что это еще не конец. И Михаил II после короткой паузы продолжил:

— Я знаю, что ты возлагаешь большие надежды на своего «Оракула», однако когда он еще появится? А твои навыки могут понадобиться гораздо раньше.

Вот теперь интерес государя кристально ясен. Дать мне освоиться в Кремле, прежде чем придется защищать цесаревича. Для того все это и затеяно — и демонстративно пропущенные сроки ученых в ЦГУ, и обещание мощностей после отчета по «Энзиму». Подслащивал пилюлю Михаил II, чтобы я был доволен и не стал особо отказываться.

— Те, у кого хватает мозгов, уже давно поняли, что время опалы Романовых кончилось. Или мне соврали, и дочка нашего дипломата не пытается тебя охомутать? — посмеялся государь.

— Пока что мы договорились о новогоднем приеме, — ответил я.

— Это хорошая партия, и девушка надежная, — кивнул Михаил II. — Если хочешь действительно вывести род из тени, для тебя это лучшая кандидатура.

Великая княжна царской фракции. Против такого аргумента действительно сложно будет спорить. Никто же не поверит, что Соколовы не будут играть первую скрипку в этом союзе.

— Я не давлю и не принуждаю, — приподнял ладонь царь. — Но ты и сам должен понимать, что я заинтересован в правильной партии. И Соколов мне полезен, и Романовы.

Ну да, мать же согласилась выносить ребенка царской семьи. А великие князья Выборгские на протяжении поколений доказывали свою верность. В браке со мной у Анны Михайловны будут шансы сесть на трон и стать царицей. Неплохая награда за верность.

— Я могу подумать, прежде чем давать тебе ответ, государь? — уточнил я.

Михаил II величественно кивнул.

— Даю тебе время до понедельника. Впрочем, ты ведь не откажешься от карт-бланша на разработки и доступа к мощностям всего царства, верно?

Взмахом руки отпустив меня, государь демонстративно повернулся к монитору на столе, а я поклонился и покинул его кабинет. Гвардейцы, ждавшие меня в коридоре, тут же повели меня к выходу из Кремля.

Сев на свое сидение «Монстра», я кивнул Витале.

— В ЦГУ, — велел я, и Слуга завел двигатель.

А пока машины Романовых катились по столице, я листал новости, отмечая для Кристины новые задания. А стоило нам приехать на территорию Университета, я замер, так и не коснувшись двери. Нужно ли мне выходить сейчас? Нужно ли идти в лабораторию, чтобы ждать там завершения занятий, ведь сегодня у меня было полноценное окно на весь день.

— Княжич? — немного напряженно спросил Виталя, и я повернулся к своему водителю. — Случилось что?

Я кивнул.

— Давай в «Руснефть», и пусть предупредят отца, мне очень нужно с ним поговорить.

— Как пожелаешь, княжич, — ответил тот и тут же включил связь с остальными машинами сопровождения.

Нельзя сказать, что предложение царя было сомнительным. Но оно очень сильно влияло на род Романовых, а потому принимать решение самостоятельно я просто не имел права. Хотя еще стоя перед Михаилом II собирался согласиться.

Ведь это было именно то, что нужно лично мне в первую очередь.

* * *

ЦГУ, столовая.

Орлов смотрел на пустые места за столом группы и думал, что бы это могло означать. Отсутствие принцессы, чей статус теперь был официально известен всем, вполне объяснимо — Мэйлин представляла войска Поднебесной и руководила ими на Амуре. А вот отсутствие княжича Романова было подозрительным, особенно в свете вчерашнего заказа «Ласточки».

Обычно Дмитрий Алексеевич не упускал случая встретиться с группой, а о своем отсутствии предупреждал. И хотя староста прекрасно знал, что сегодня не было занятия, на котором Романову надо было бы присутствовать, Петр Васильевич все равно ощущал легкую тревогу.

В этот момент завибрировал телефон боярышни Морозовой. Виктория Львовна негромко извинилась и, вытащив аппарат, прочла сообщение. Судя по улыбке, которой озарилось лицо девушки, писал ей как раз княжич.

— Что-то хорошее случилось, Виктория Львовна? — желая проверить свою догадку, спросил Орлов.

— Это княжич, — со знанием дела ответил Самойлова. — Боярышня у нас только от его слов краснеет.

— Да, Дмитрий Алексеевич просил передать его извинения, что сегодня не появился и не предупредил об этом, — легко согласилась Морозова, не спеша убирать телефон.

— Что-то важное? — спросил Авдеев, хмуро глядя в свою тарелку.

Иван Тимофеевич после вчерашнего занятия по биологии ходил задумчивый. А сегодня, когда понял, что Романов не появится, стал еще более мрачным. Спрашивать, что тревожит молодого человека, никто не спешил, а сам он не стремился делиться.

— У князей по определению не может быть не важных дел, — вздохнула, явно кого-то цитируя, Елизавета Петровна.

Сидящая рядом с Горской Салтыкова взглянула на бывшую старосту с искренним сочувствием.

— Не так-то просто быть невестой великого княжича? — спросила Светлана Николаевна у одногруппницы.

— Нет, что вы! — тут же запротестовала Горская. — Просто редко находится время, чтобы побыть рядом.

— Я уверена, что все у вас будет хорошо, — сказала Морозова. — Не переживайте, Елизавета Петровна, все наладится. Иван Михайлович — занятой человек, но он вас искренне любит, это хорошо видно.

Та слабо улыбнулась в ответ.

— Спасибо.

Несколько секунд за столом царило молчание, пока Рогожин его не нарушил.

— Вот интересно, — произнес он, ни к кому не обращаясь, — в каком кино на этот раз мы увидим Дмитрия Алексеевича?

Орлов бросил на одногруппника взгляд.

— Полагаете, княжич снова в конфликте участвует?

— Ну, — ответил Никита Александрович, чуть поводя плечами, — он редко пропускает целые дни. И обычно бы сидел в лаборатории, а сейчас его опять нет. Что еще можно подумать?

— А я слышала, что вчера состоялась комиссия в деканате по его проектам, — негромко сказала Комарова.

После той отповеди, что ей устроил княжич, Надежда Григорьевна старалась не делиться слухами с группой и вести себя прилично. Но сейчас просто не смогла удержаться.

— Да, я заходил в деканат, — подтвердил Авдеев. — Марина Владимировна как раз шла в переговорную, и там было не протолкнуться от профессоров.

Вновь повисло молчание.

— То