Война сынов (ЛП) - Ребекка Дессертайн

Сэм надеялся, что это правда.

***

На заре поезд приблизился к Гэри, Индиана. Утро было хмурое, низкие облака стелились над озером, угрожая летними грозами. Дин проснулся первым, растолкал Сэма, и они тихонько поднялись на ноги. В полусумерках Дин видел, что Джулия и Уолтер все еще спят, накрывшись скатертями.

Винчестеры выбрались из вагона. Рельсы впереди плавно сворачивали налево, так что поезд обещал замедлиться достаточно, чтобы можно было выпрыгнуть. По лесенке они спустились по стенке вагона и дождались, пока поезд не замедлил ход. Сэм прыгнул первым и по двухметровому склону скатился в мягкое зеленое поле. Дин последовал за ним. Он приземлился неудачно и покатился кубарем.

– Я скучаю по «Импале», – заявил он, отряхивая костюм.

Поезд исчез вдали. Дальше Джулия, Уолтер и Эли сами разберутся. Главное, свиток на месте. Теперь осталось только найти путь домой – в две тысячи десятый год.

Братья шагали вдоль путей. Город Гэри перед ними начал просыпаться: из труб над сталелитейными заводами потянулись тонкие струйки дыма.

– Знаешь, кто вырос в Гэри? – спросил Дин.

– Кто? – Сэм посмотрел на него с плохим предчувствием.

Не зря. Дин изобразил, насколько смог, лунную походку, резко опустив голову и ухватив себя за промежность:

– Майкл Джексон.

– Крайне тревожное зрелище, Дин, – Сэм прибавил шагу.

Они добрались до грязной дороги, ведущей на запад.

– С тобой совсем невесело, – проговорил Дин. – Пойдем в город, достанем машину и будем думать, куда дальше.

По небольшому склону они выбрались к дороге.

– Утро доброе, – весело окликнули сзади.

Братья резко развернулись. На другой стороне дороги стояли Уолтер и Джулия. Джулия, развязно покачивая бедрами, подошла к Дину:

– Нас не разбудили, стыд какой. Мы бы не хотели, чтоб вы ушли, не попрощавшись, – она толкнула Дина, и ее голос из игривого стал сердитым. – Кто вы, черт побери, по-вашему, такие, а?

Винчестеры переглянулись. Хороший вопрос.

– Свиток принадлежит нам точно так же, как и вам. Вы его не заберете.

– Послушай, леди, – сказал Дин. – Я понимаю, ты крутая, но мы пришли за этим свитком издалека. И прошли куда более долгий путь, чем вы. Так что вы с Папашей Уорбаксом[1] просто возвращайтесь в Нью-Йорк, а у нас есть дела.

Они с Сэмом зашагали к городу. Джулия поспешила за ними, а Уолтер сражался с больной ногой.

– Я не для того своим задом рисковала, чтобы вы забрали у нас свиток! – крикнула она.

– Своим задом? – ухмыльнулся Дин. – Тоже мне ценность.

Они не сбавили хода.

– Еще один шаг, и я тебе яйца отстрелю!

Братья остановились и медленно обернулись. Джулия целилась в них из пистолета:

– И в нем не соль.

– О Боже, – простонал Дин. – Ты действительно собираешься сделать это? Где ты его вообще взяла?

– У машиниста. А теперь давайте отправимся в город, и у нас будет хорошая длинная беседа, ладно?

? Папаша Уорбакс – миллиардер из популярного в 20-30 гг ХХ века комикса «Сиротка Энни».ГЛАВА 24

Разношерстная группа шла в молчании. Дин явно злился, Сэм пытался придумать другой способ заставить Уолтера перевести последние страницы свитка. Джулия сверлила взглядом затылок Дина. Наконец, Дин развернулся:

– Ты у меня в голове дырку просверлишь, сладенькая. Смотри куда-нибудь в другую сторону.

Джулия метнула на него неприязненный взгляд.

На окраинах Гэри они заметили одинокую закусочную на углу – помещение было длинным, сплошь застекленные окна и сталь. Все остальное пространство занимали покрытые гравием площадки.

Они вошли в закусочную. По всей ее длине тянулась отделанная огнеупорным пластиком стойка. К каждому столику прилагались собственные музыкальный автомат и окно. Сэм заметил двух официанток в желтых платьях и белых фартуках с оборками.

Столик в углу занимала шумная компания из троих отпускающих шутки рабочих, которые явно закончили ночную смену на одном из сталелитейных заводов.

Уолтер и Джулия уселись на скамьи, а Сэм и Дин направились в туалет.

– С меня хватит идиотских костюмов. Теперь, когда мы вернулись в настоящую Америку, я снова надеваю джинсы, – заявил Дин, расстегивая пуговицы.

– Отличная идея, Пэйлин, – Сэм тоже начал раздеваться.

Когда братья вернулись в зал, Уолтер и Джулия о чем-то приглушенно беседовали. Они замолчали, стоило Винчестерам приблизиться. Перед ними дымились четыре чашки кофе. Дин сел рядом с Джулией и перегнулся через нее, специально двигаясь так, чтобы его подмышка оказалась у нее перед лицом.

– Прости, хочу сахар достать, – он взял сахарницу.

Джулия ощетинилась.

– Ладно, сначала о главном, – проговорил Уолтер. – Вы никуда без нас не идете. Мы все очень старались, чтобы добыть свиток. Никто не может объявить себя его владельцем с большим правом, чем остальные.

Дин громко выдохнул:

– Уолтер, мы прибыли за ним издалека…

– Как и мы, – не уступала Джулия.

Тут к ним плавно подошла крупная женщина с высокой прической «улей» и положила на стол меню:

– Привет, я Мардж, хозяйка этого заведения. Дайте мне знать, если вам что-нибудь пона…

Она осеклась, заметив что-то за пределами закусочной. Дин проследил ее взгляд и увидел, как по пустынной стоянке через улицу, по гравию, пробиралась Айшет со своими приятелями, среди которых было несколько человек в униформе музея искусств.

– Идут, – тихо проговорил Дин, поднялся и вытащил из сумки Сэма дробовик.

– Молодой человек, в моем заведении запрещены дробовики, – рассердилась Мардж.

– Послушайте, Мардж, – твердо сказал Дин. – Там группа очень опасных людей. Так что прошу прощения, если в вашей закусочной начнется… беспорядок.

Рабочие собрались уходить.

– На вашем месте я бы не стал выходить на улицу, – предупредил их Дин, оглянувшись через плечо.

Он целился из дробовика в Айшет.

– Приятель, на черта тебе пушка? – удивился один из рабочих.

– Поверь, здесь безопаснее.

Джулия подтолкнула Уолтера к кухне:

– Папа, достань соли.

В зале появилась официантка с несколькими тарелками яичницы. Заметив оружие, она быстро развернулась на каблуках и направилась обратно.

– И двери сзади забаррикадируй, – велел Дин Уолтеру.

Проигнорировав предостережение Дина, рабочие вышли из закусочной. Буквально через две секунды на них напали подручные Айшет.

Маленькая девочка в униформе католической школы приблизилась к одному из рабочих и ударила его коленом в пах. Когда же он пошатнулся и упал, она мило улыбнулась и перерезала ему горло зазубренным камнем.