Правил нет. Есть те, кто их придумал - Венера Солнечная

попасть в ваш мир, пройдя через арку, — включился в рассказ дочери король.

Я как-то сразу поняла, про какую арку они говорят.

— И причем здесь ваш…, — очень хотелось добавить что-нибудь, не предназначенное для ушей коронованной семьи, но сдержалась, — сын?

Демон хмыкнул, уловив мою сдержанность:

— Если одно маленькое «но», лесная принцесса.

При переходе через арку, если в тебе есть скрытые магические силы, то арка их найдет и передаст демону, с которым ты ее будешь переходить, а если нет, то заберет те, что есть сейчас, и ты просто погибнешь. Совсем. А при брачном ритуале, вы обменяетесь магией. И магия моего сына поможет пройти тебе арку без последствий.

До тошноты довольное лицо Люцерона сейчас вызывало отвращение. Вот он отец Луцеи во всей красе, одержимый своими экспериментами над собственными детьми.

Я опять спряталась в своих руках. На мне точно какое-то проклятье, почему я не могу жить тихой спокойной жизнью, как всегда мечтала? Не нужен мне никакой принц, ни эльфийский, ни демонский.

— Айя, есть одно условие, при котором брак можно будет расторгнуть, — решил подсластить мне мою горькую пилюлю демон.

Я с надеждой, взглянула на него.

— Если консумации брака не будет, то, как только Луцер передаст тебе скрытую магию, если, конечно, такая будет, в любое полнолуние я смогу развеять брачные чары.

И тут меня пробило еще одной жуткой догадкой.

— А магические договора и помолвочные чары, которыми я была связана в моем мире рассеялись? — спросила я пересохшими губами, уже понимая ответ. Ведь я больше не чувствовала Эйроуна.

Как же я сразу это не поняла?!

— Конечно, — тут же отозвался Луцерон.

Дальше уже никакие слова не имели смысла. Наш союз с Эйроуном разорван, и принц точно это почувствовал сразу, а значит и магического договора больше нет.

Мне нужно возвращаться в лес, чтобы спасти своих родных!

Я вскочила на ноги, подлетела к Луцеру и схватила того за руку.

— Я согласна. Только давайте побыстрее, — выпалила на одном дыхании.

Король и королева, да и демоны, которые не проронили ни единого слова за весь наш разговор, светились от удовольствия. Луцея была в замешательстве. А вот мой очередной жених явно в ужасе, о чем говорил его обезумевший взгляд. Он вроде как попытался высвободить свою руку или что-то возразить, открывая беззвучно рот, но вскоре по его телу прокатилась волна смирения, и он сжал мою руку в ответ, возвращая взгляд с меня на отца.

Луцерон только что ручки не потирал, удостоверившись, что все согласны с его планом.

— Я думаю, что трех ночей нам хватит, чтобы все подготовить, — предложила не менее довольная королева.

— Нет, — отрезала я, — никаких приготовлений. Проведем ритуал прямо сейчас.

Коронованная чета переглянулась, и кивнула. Демон рядом со мной тихо застонал. А я не упустила возможности фыркнуть на него.

Когда мы всей делегацией двинулись к выходу из зала, я почувствовала, что мое тело набралось сил, и иду я намного увереннее.

Луцер всю дорогу до арки держал меня за руку, то сжимать ее чуть крепче, то расслабляя захват. А я обратила внимание, какая же у этих демонов невообразимо бархатистая кожа. Погрузившись в свои сумбурные переживания, не сдержавшись погладила тыльную сторону ладони демона большим пальцем, от чего принц в миг напрягся и глянула на меня недовольно. В ответ лишь пожала плечами.

Когда мы вышли на мост, Насти рядом с аркой уже не было.

— А, кстати, еще одно, чуть не забыл, — заговорил король. — Мага я отдаю Луцеи.

Луцер было дернулся возразить отцу, но тот остановил его, добавив:

— Это тебе в наказание за нарушение правил, и за то, что не усмотрел за сестрой.

Принц кивнул, мельком глянув на сестру. А я снова машинально сжала его руку в знак поддержки, но на этот раз реакции не получила. Как бы мне не нравился Луцер, но отношение их отца мне казалось не справедливым.

Первым к арке подошел сам король, проделав несколько незамысловатых движений в воздухе, он бросил узор на старый камень, который образовывал круг из горящих медленным огнем узоров, переплетающихся между собой.

Теперь уже Луцер потянул меня за собой в этот круг, как только его отец отступил.

Мы стали в центр, обернувшись друг к другу лицом. Никогда мы с демоном вот так не смотрели друг на друга, очень близко и так долго. Меня передернуло. Это же пиявка хвостатая, а сейчас я выйду за него замуж. Мысленно я застонала. Оставался лишь островок надежды, что этого брака Люцер не хочет так же, как и я, поэтому в ближайшее же полнолуние мы разорвем союз.

— Что нужно делать? — тихо прошептала, осознавая, что даже не спросила ни у кого.

— Молчать, — снова он фыркнул на меня.

Еще лучше, подумала и стала просто ждать, когда все это закончиться. Мысленно составляя план, что мне нужно взять из вещей и как быстрее добраться до своего леса. Но ничего не помогало мне, прервать поток тех ужасных картинок, которые разрывали голову, при мысли, что Эйроун уже отправился мстить моим любимым. Сейчас я уже не сомневалась, что те сны были не совсем снами, а я просто закрывала на них глаза.

Погруженная в свои переживания пропустила, как огненная магия окутала нас, скрывая от всех остальных.

Настороженно взглянула в лицо демона, он тоже смотрел на меня не отрываясь, сведя хмурые брови. Его рука взметнулась вверх, и коготь слегка рассек губу принца, выступила капля яркой фиолетовой крови.

— Дай руки! — скомандовал мой почти муж, и я подчинилась, не сводя взгляда с капли его крови.

Луцер сплел наши пальцы так, что мы плотно соприкасались ладонями.

— Пусти свою магию через ладони, — почти шепотом, и я, кивнув, почувствовала, как потекла моя теплая ласковая магия, а в ответ почувствовала магию Луцера.

Мы замерли, а вокруг нас кружила в ярком вихре магия — его почти черная, моя отливающая золотом, и огонь сплетал их во что-то единое.

— А теперь что? — снова, не удержавшись, спросила.

Демон нерешительно наклонился, пристально смотря мне в глаза. Его глаза стали темнеть, выпуская на свободу дымку, а потом скользнули на мои губы, которые приоткрылись от учащенного дыхания, вызванного скорее всего демонической магией. И Луцер коснулся моих губ своими, дав мне почувствовать вкус своей крови.

Мы снова не шевелились, а вихрь становился все сильнее и злее, мои волосы били нас по лицу. Ну вот еще одно движение губ, неспешное, а потом еще одно, но уже увереннее, и на моей губе сомкнулись острые