Король арены 9 - Сергей Александрович Богдашов

— В первую очередь! — махнул я рукой, краем глаза отметив, как на её лице расцветает улыбка.

Я уже вроде говорил, что остров у меня небольшой…

Хм, как бы не так. Даже для меня стали неожиданностью те пять сотен девочек и девушек, которые прибыли на следующий день.

Праздник жизни на этом не закончился.

Вечером их стало ещё больше. К ночи поток беженок почти иссяк, но что будет завтра? Ещё одно нашествие?

Хотя, раз шоу оплачено, то почему бы и нет⁈

Глава 17

Глава 17

Столица Империи Конти. Дворец герцога Орейро.

— Брат, рад за тебя. Такое событие — это ещё одна гиря на нашу чашу весов! — пожал руку герцогу государь, когда они наконец-то смогли остаться вдвоём, потеряв добрые полчаса на официальной части этой встречи, и лишь потом уединившись.

— А что я. Это всё советы отца. Он ясно дал понять — нужно ещё одного сына, и чем быстрей, тем лучше, — улыбаясь, развёл руками Орейро, — Вот я и постарался.

— Да! Пусть все знают — наш Род силён, и наследники в нём не переведутся, — пафосно воскликнул Император, искренне радуясь рождению сына у второй жены герцога.

Ещё бы ему не радоваться — чем длиннее очередь официальных наследников, тем меньше шансов у заговорщиков попытаться устранить его, и всех членов их Рода, чтобы попытаться легитимно захватить власть в свои руки.

— Можно подумать, отец тебе ничего такого же не советовал, — почти что смутился герцог, отвернув лицо и глядя на брата через одно из настенных зеркал.

— Советовал, и ещё как, вообще в выражении эмоций не стеснялся, — радостно заржал государь, чувствуя себя во дворце брата, как на пикнике, куда он попал после опостылевшего офиса.

— И? — вопросительно задрал Орейро бровь.

— Месяца через четыре узнаем, а может, через пять. Вторая и третья жены уже обе в положении. Целительниц к ним не подпускаю, чтобы раньше времени интриги не начались. Пусть все гадают, наследник там или нет. Зато теперь я о четвёртой жене подумываю. Там при дворе такая цыпочка появилась! Что личико, что фигурка! — по-родственному поделился государь с братом сокровенным, и даже попытался руками что-то обозначить, — Её на людях опасно показывать. Увидев её, все особи мужского пола — от прыщавых подростков и до седовласых генералов штабелями у ног лягут.

— А твоя Анделиса тебе мозг не вынесет? — осторожно поинтересовался герцог, зная крутой нрав первой супруги государя.

— Так это же её протеже. Месяц назад она эту девушку к себе во фрейлины взяла, но пока ещё на публику ни разу не выводила.

— Да, Анделиса у тебя хороша, — не мог не признать герцог, — И двор в тонусе держит, и с остальными жёнами порядок навела, и за всеми вашими замками успевает следить, год от года их улучшая. Опять же, слышал, что все фрейлины у неё — чуть ли не в рабском подчинении. Говорят — все слухи ей доносят, а если потребуется, то и ночью их добывают по её указке.

— А вот этого тебе, брат, досконально знать не стоит. То уже дела мои, чисто внутрисемейные, — тут же перестал улыбаться государь, насупившись, — Одно могу тебе сказать — если что со мной случится, ну, ты понимаешь, о чём я, оставь Анделису и её фрейлин при дворе. Поверь на слово — пользы ты от них получишь больше, чем от всей Имперской Службы Безопасности.

— Можешь не сомневаться во мне. И твоих наследников вперёд своих поставлю, и с Анделисой договорюсь. Клянусь Релти! — стукнул герцог себя кулаком в грудь, и богиня приняла его клятву.

Это было неожиданно, но опять же, сам момент давно напрашивался, как необходимое условие взаимного доверия.

— Хех, а ты знаешь, от кого я на днях письмо получил, да ещё какое? — спустя полминуты выдохнул государь, разом меняя тему разговора, словно только что ничего и не произошло.

Хотя, на самом деле произошло, и многое.

— Откуда бы мне это знать, если твоя канцелярия их не по сотне в день получает, — проворчал в ответ Орейро, не успев так же быстро перестроиться.

— Тогда не стану интриговать. Написал мне Ларри Ронси, причём, по всем правилам и с пометкой: " Секретно. Лично в руки Императора".

— Он какой-то заговор вскрыл?

— Можно и так сказать, но вот только не против меня, и, если разобраться, даже не только против Империи, — тут государь на несколько секунд задумался, слегка раскачиваясь на упругих подушках кресла и глядя в потолок, — Признаться, я в некотором затруднение, — признался он в итоге, щелкнув пальцами, — Слишком шустрый юноша. Он нарушил прямой приказ Главы Инквизиции, хотя тот и ссылался на меня, но добыл сведения о таких врагах, которые привели в ужас наших учёных. Опять же, одновременно со всем этим ко мне пришли бумаги на его утверждение в качестве полномочного посла, а заодно и про присвоение ему графского титула. Что ты думаешь по этому поводу?

— Опс-с… Наш Ларри может стать графом⁈ — хитро прищурившись, теперь уже герцог задрал глаза в потолок, и так же, как его брат, начал раскачиваться в кресле, осмысливая ситуацию, а заодно и только что отрывшиеся перспективы, о которых он раньше и думать не смел. Ибо мезальянс даже младшей дочери герцога не простят. А вот с графом…

В детстве, за подобную привычку — раскачиваться на стульях, им обоим влетало от воспитателей.

Ибо нефиг разрушать стулья раскачиванием ни у себя в комнатах, ни в обеденном зале.

Зато, когда они повзрослели, то нашёлся краснодеревщик, который предложил им пару элегантных решений, где и раскачиваться можно, и целостность мебели не нарушается. Если что — он очень быстро статус Поставщика Императорского Двора заработал, что сразу подняло цену на все его изделия вдвое, а то и больше.

Понятное дело, что потом были у него подражатели, которые и кожаные подушки, набитые конским волосом пытались повторить, и растягивающиеся ремни на спинках, опять же крепящие на себе кожаные валики, и ещё ряд причуд, которые мастер внедрил, опираясь на ощущения и пожелания венценосных братьев, но тут вдруг резко заработало право привилегий, о котором многие стали забывать. Всех подражателей, не желающих платить