Правда и вымысел о второй мировой войне - Георгий Реутов

Однако борьба СССР, сковавшая почти все силы гитлеровской Германии, была крайне выгодна Англии. И ее правящие круги оказанием некоторой, крайне незначительной, военной помощи, а главным образом обещаниями такой помощи в будущем пытались воздействовать на Советское правительство. "Русские события,- писал в дневнике генерал Кеннеди,- могут ослабить бошей и помочь нам. Мы должны постараться удержать их в борьбе". Вскоре он следующим образом инструктировал руководителя британской военной миссии генерала М. Макферлана, отправлявшегося в Москву: "Мы не должны думать, что это (борьба Советского Союза против фашистской Германии. - Г. Р.) является чем-то большим, чем побочный шанс. Но мы должны использовать даже такой незначительный шанс. Ваша задача - сделать все возможное, чтобы удержать русских в войне и тем самым истощить бошей. Даже если мы ухитримся заставить их воевать в Сибири.., это даст нам кое-что" [4].

Нечего и говорить, что эта циничная точка зрения на борьбу советских народов никак не вязалась с теми равноправными, дружескими отношениями, которые, казалось, должны были складываться между двумя союзными державами. "Очень многие в Англии,- писал в те дни С. Криппс,- не хотят признавать, что это не новая война, в которой мы должны помогать, если сможем, а та же самая война, и что отныне Россия является единственным нашим фронтом... Если она является нашим собственным фронтом, то мы должны, несмотря на весь риск, ослабить давление на него, пока не стало слишком поздно и мы не потеряли большую часть выгоды от него..." [5].

Позицию "очень многих" фактически разделял Черчилль. Его дела разительно отличались от слов, произносимых в публичных выступлениях. Именно Черчилль, не скрывает Дж. Гуайер, дал указание делегации, отправлявшейся в Москву на первую союзническую конференцию, обещать увеличение военной помощи СССР, но лишь с 1 июля 1942 г. [6] Мнение, что Советский Союз не выдержит ударов гитлеровской военной машины, продолжало господствовать в ответственных кругах Лондона вплоть до конца 1941 года, когда наступление советских войск под Москвой, нанесших первый с начала второй мировой войны сокрушительный удар вермахту, заставило заняться переоценкой ценностей.

Если большинство буржуазных исследователей старается обойти неприятный для них вопрос об отношении Англии к Советскому государству в первые месяцы его войны против Германии, то отдельные авторы все же вынуждены признать корыстные принципы подхода английского правительства, особенно Черчилля, к сотрудничеству с СССР. Так У. Макнейл и Ч. Уилмот, книги которых "Америка, Британия и Россия, их сотрудничество и конфликт, 1941-1946" и "Борьба за Европу", опубликованные в начале 50-х годов, до сих пор считаются основополагающими работами о внешней политике и международных отношениях Англии в период войны, без тени смущения отмечали, что Лондон смотрел на СССР лишь как на силу, способную хотя бы временно отвлечь внимание Гитлера от Англии. "Официальные отношения с вновь приобретенным русским союзником определялись уверенностью, что сокрушительное, если не общее, поражение Советов неизбежно. Война на Востоке, отвлекая основные силы германской армии и авиации от Англии, означала серьезную передышку",- оценивал позицию Уайтхолла Макнейл. Сходное мнение высказывал и Ч. Уилмот. Объявляя 22 июня 1941г. о поддержке СССР, Черчилль отнюдь не руководствовался "чистым или даже частичным альтруизмом", признает популярный военный публицист Англии Р. Сет. Он действовал на основе принципа: "чем дольше русские смогут сопротивляться, тем больше времени будет иметь Англия для восстановления своих сил" [7].

Однако сам ход событий, огромная угроза, которая могла стать непосредственной для Англии и США в случае поражения СССР, первые его успехи в борьбе с фашистскими полчищами толкали правящие группировки западных держав к военно-политическому сотрудничеству с Советской страной.

Следует отметить, что буржуазные историки Англии делают упор на показе того, что разъединяло Советский Союз, Англию и США, и почти ничего не пишут о том, что их объединяло в борьбе с фашизмом. Такой подход характерен как для крупных, признанных на Западе историков, вроде Л. Вудварда или У. Макнейла, так и для других буржуазных авторов.

С иных позиций выступает советская историография. Историки Советского Союза подчеркивают общность задач и целей народов СССР, США и Великобритании в тяжелой борьбе с фашизмом. Опираясь на факты, они показывают, что Советское правительство стремилось к развитию не только военного, но и политического сотрудничества с партнерами по антигитлеровской коалиции. Отнюдь не замалчивая противоречий между государствами с различным экономическим и политическим строем, советские историки подчеркивают закономерность образования боевого союза миролюбивых стран против фашистских агрессоров [8].

Проблеме военной помощи Советскому Союзу английские исследователи уделяют сравнительно много внимания. Один из их тезисов состоит в том, что с июля 1941 года Англия, а затем и США поставками военных материалов оказали серьезную помощь СССР, которая сыграла чуть ли не решающую роль в провале планов Гитлера. При этом некоторые историки бездоказательно заявляют, что эта помощь оказывалась даже в ущерб национальным интересам Англии. Поставки, которые предназначались для Юго-Восточной Азии, "были посланы России", и это привело к падению Сингапура, писала в 1944 году, не скрывая своих антисоветских взглядов, Д. Крисп. "Английское правительство,- утверждает Дж. Лисор,- так стремилось помочь России, что лишило свои собственные армии оружия и материалов, которые они во многих случаях ждали в течение двух, а то и более лет" [9].

Надо сказать, что Черчилль приложил много стараний, чтобы хоть как-то подкрепить этот весьма шаткий тезис. "Все, что было послано России,- уверяет он в третьем томе военных воспоминаний,- было отнято от жизненных потребностей Англии...". В защиту этого тезиса выступает и биограф Черчилля Л. Брод. Несмотря на требования военных об усилении английской армии в Египте, пишет он, Черчилль "считал необходимым предоставить всю возможную помощь Красной Армии, даже если это означало лишение поставок Окинлеку" [10]. Однако ни Черчилль, ни Лисор, ни Брод не могут привести каких-либо фактов, подтверждающих эти заявления.

Какова в действительности роль английской военной помощи Советскому Союзу в июле - ноябре 1941 года, то есть в тот период, когда в ней ощущалась особая необходимость? Как убедительно показали советские историки, вплоть до самого конца 1941 года поставки из Англии и США были крайне незначительными и не могли оказать какого-либо влияния на ход военных действий на советско-германском фронте. Лишь в середине августа было подписано англо-советское соглашение о товарообороте, предусматривавшее некоторое увеличение объема и предоставление СССР кредита в размере 10 млн. ф. ст. Тогда же был отправлен первый караван судов с вооружением для Советской Армии. Что касается США, то до начала 1942 года их военная помощь СССР исчислялась более чем скромной суммой - 545 тыс. долл. К августу прибыло, например, только пять американских бомбардировщиков и 147 истребителей вместо 6000 запрошенных единиц [11]. Только после подписания 1 октября 1941 г. Московского протокола об англо-американских поставках поток грузов несколько увеличился.

Не случайно Советское правительство летом - осенью 1941 года неоднократно ставило в Лондоне вопрос о необходимости увеличения военной помощи. В конце августа И. М. Майский заявил А. Идену, что 200 истребителей, обещанных Советскому Союзу, слишком мало, учитывая большие потери. Английский министр иностранных дел ответил, что помощь будет увеличена. Однако этого не произошло. Наоборот, квоты были сокращены. За июль-декабрь 1941 года Англия вместе с США поставила СССР 750 самолетов, 501 танк и 8 зенитных орудий, хотя по протоколу о поставках должна была передать 1200 самолетов и 1500 танков [12].

Утверждения Черчилля о том, что Англия "делала все возможное" для оказания военной помощи Советскому Союзу, не соответствуют действительности. Один из документов инструкция Черчилля Бивербруку, являвшемуся тогда министром военного производства,- отчетливо показывает это. В документе, который Бивербрук получил перед отъездом на Московскую конференцию, говорилось: "Ваша функция - не только в том, чтобы планировать оказание помощи России, но и добиться того, чтобы при этом мы сами не были обескровлены. И если на вас окажет воздействие атмосфера Росдии, то я останусь совершенно непреклонным" [13]. Возникает вопрос: когда же Черчилль был искренен, в 1941 или в 1950 году, когда на страницах мемуаров писал о своих стремлениях оказать максимально возможную помощь СССР?

Надо сказать, что сами английские публицисты и историки, особенна во время войны и в первые послевоенные годы, неоднократно подчеркивали, что англо-американская помощь Советскому Союзу в 1941 и даже в 1942 году была крайне незначительной и не могла оказать влияния на ход событий на советско-германском фронте. Вот несколько примеров. "...Практически вся битва за Москву велась русскими материалами",- подчеркивал Ф. Джордан. "Достижения Красной Армии в сопротивлении Германии, первоначально с минимальной помощью Запада,- отмечал П. Метьюз,- конечно, продемонстрировали огромную внутреннюю силу Советской России". "Это был год,- писал известный английский журналист А. Верт о значении 1942 года,- когда Советский Союз, еще не получая существенной помощи от своих союзников, вел борьбу за существование и выиграл ее" [14].