Тринадцатая (СИ) - Белова Полина

Испугаться не успела, а, возможно, так сильно удивилась, увидев живого мишку, что не сразу сообразила, что он представляет огромную опасность. Смотрела на него, будто, на ярмарке, в передвижном зверинце, зверя в клетке разглядывает.

— Ух, ты! Медведь?! Ты настоящий? — стояла, глупая, и вглядывалась в его крошечные злые глазки, потом перевела взор на широкие мохнатые лапы с крепкими толстыми когтями.

Когда до девичьего разума, наконец, дошло, что она встретилась со зверем, хищником, который может её задрать, медведь вдруг развернулся и спокойно исчез в зарослях малины. Розалию, после осознания опасности, теперь потряхивало от страха. Она начала медленно, на полусогнутых ногах, пятиться к тропе. Повернуться спиной к зарослям, в которых скрылся медведь, было выше её сил. Платье цеплялось подолом за колючие кусты, потому, что теперь девушка не удерживала его повыше, аккуратно собрав в руке. Обе руки были свободны и согнуты в локтях, словно она собралась ими отбиваться от зверя, если он вернётся.

На тропе страх нападения не исчез. Теперь Розалии казалось, что из всех кустов на неё выглядывают маленькие злые медвежьи глазки. Она бросилась бежать со всех ног и остановилась только перед высоким каменным забором, сложенным из огромных пористых монолитных блоков. Арочный вход запирала мощная встроенная железная дверь с кованным украшением в виде виноградных листьев и голых лоз, изогнутых, словно змеи. Две широкие, тоже каменные, ступени сбоку поросли мелкой травой, укоренившейся в порах. Розалия опасливо оглянулась на лес за спиной — медведя не было видно. Она немного перевела дух после бега, отряхнула платье, поправила волосы и постучала.

Дверь открыл молодой человек с абсолютно невозмутимым выражением лица и выжидательно замер в проходе.

— Здравствуйте! Я это…учиться пришла… — нерешительно начала разговор первой Розалия, так и не дождавшись от парня ни слова.

Выражение лица юноши совершенно не изменилось. Он молча отступил на пару шагов, шире открывая тяжёлую дверь.

Розалия справедливо решила, что это приглашение войти и не мешкала. Где-то в лесу, за спиной, притаился медведь и лучше поскорее закрыть эту, такую надёжную, железную дверь.

Широкий двор, который открылся перед Розалией, был чисто выметен. Ученики стояли ровными рядами и шеренгами, выполняя упражнения, похожие на танцы. Они слаженно двигались, то резко, то плавно, а то, вдруг, надолго замирали, застыв в какой-то необычной позе. На Озу никто даже не оглянулся. В основном, это были молодые маги, но Розалия заметила и несколько девушек с самого краю площадки. Она завороженно наблюдала за тренировкой, приоткрыв от восторга рот. Пока учитель не огрел ученика гибкой палкой. Позже она узнает, что учителей здесь называют «мастер». Бедняга не устоял неподвижно нужное время в сложной позе, на одной ноге, с поднятыми, словно крылья, руками. Ученик даже не пискнул от удара, только немедленно вернул тело в нужное положение и замер. Розалия заметила, как от напряжения по виску мага стекают капли пота. Она вздохнула от облегчения, когда мастер пошёл дальше, а ученик встал, наконец, на обе ноги.

Тем временем, её провожатый задвинул огромный засов на двери с внутренней стороны каменной стены и неторопливо, но и не медленно, пошёл к самому крайнему одноэтажному строению в самом дальнем углу двора. Вскоре, он стоял там у входа и, не мигая, смотрел на девушку. Немного подумав, Розалия решила, что маг ждёт её и поспешила к нему. Может, он немой?

Едва новая ученица приблизилась, провожатый открыл дверь и сказал первые и, они же, последние на сегодня, слова:

— Это женское общежитие. Форма и постельное бельё в комнате справа. Помывочная — в комнате слева. Занимай свободную кровать. Сегодня — свободна. Завтра — на занятия вместе со всеми.

И ушёл. Что ж, похоже, он — не немой, просто невежливый.

Розалия немного постояла в проёме открытой двери, наблюдая одновременно за парнем, который бегом вернулся на площадку и влился в ряды тренирующихся, и за самой тренировкой. Несложные, на первый взгляд, но красивые упражнения повторялись и повторялись, поэтому смотреть на учеников по-прежнему было интересно. Понаблюдав, Оза заметила, что парни частенько получают от мастера тонкой гибкой палкой то по руке, то по бедру, то по ноге, смотря как ошибаются, а девушки — никогда. Хотя многие упражнения ученицы делают хуже, они только выслушивают замечания. Это наблюдение вызвало у девушки довольную улыбку. Она ещё не знала, что рано радуется.

Комплекты одежды, такой же, как на всех учениках, действительно нашлись аккуратно сложенными на открытых полках, вделанных прямо в стену в комнате справа. Там же стоял закрывающийся шкаф, в котором висело около десятка обычных платьев. Розалия поняла, что это наряды, в которых пришли сюда остальные девушки, при чём, пара платьиц были совсем детскими.

В помывочной вода в огромной бочке была только холодная, и стопка сложенных один в другой чистых тазиков на полу. В углу, прямо в каменном полу, виднелась крупная решётка слива. Судя по всему, девочки мылись, стоя на полу или прямо на решётке и поливаясь из таза холодной водой.

Розалия быстро разделась.

Набирая воду из бочки, хмыкнула и покачала головой:

«Что же у меня за качели такие в жизни? Сначала одиночество и беззащитность в приюте, потом спасение Тираша и его защита и покровительство целый год. Потом, попытка выжить и устроиться в нижнем мире самостоятельно, которая едва не закончилась смертью в сточной канаве. Но, вдруг, произошло попадание в верхний мир, прямо в школу для знатных леди. Только что я была компаньонкой и, вот, уже вляпалась в невесты самого Наследного Принца. Не успела стать Принцессой, как снова вернулась к тому, с чего начиналось — мытьё холодной водой, как в сиротинце, и одежда, похожая на приютскую, только для мальчиков: серые штаны и рубаха навыпуск, почти до колен. Что же дальше? Меньше всего я в Принцессках побыла, три дня всего…Хорошо, что привыкнуть не успела. Может, эти король и королева и не родители мне вовсе? Почему я сразу поверила? Хотя, нет. Я на короля очень заметно похожа. Даже, если не дочь, то близкая родственница — точно.»

Наскоро обмывшись и переодевшись, Розалия убрала платье в шкаф, взяла стопку постельного белья и прошла в большую комнату, где у стен стояли непривычно низкие деревянные кровати. Несколько из них были аккуратно застелены, а на некоторых лежали только набитые соломой матрасы. Оза долго не выбирала, постелила бельё на ближайшей свободной кровати и пошла во двор. Некоторое время она ещё наблюдала за, всё продолжающейся, тренировкой, но потом раздался звук, похожий на удар колокола в храме. Ученики тут же встали ровно, поклонились мастеру в пояс и направились в центральное строение. Розалия, недолго думая, пошла следом за всеми. И не прогадала. Это оказалась школьная столовая.

Так уж вышло, что Озе довелось за королевским столом самыми изысканными блюдами угощаться. Однако, она так и не привыкла привередничать в пище, потому, что ей в жизни и объедки кушать приходилось. Поэтому, школьный обед ей показался вполне нормальным: суп, каша, немного мяса и малиновый компот — жить очень даже можно.

Некоторые парни взяли добавку, и девушка тоже поткнулась к раздаче во второй раз, но Розалии отказали, не дали ещё одну порцию. Немного позже она узнает, что добавка — это награда за дневные достижения.

После обеда все девушки деловито пошли в своё общежитие, и Розалия заинтересованно последовала за ними. Пока шли, не прозвучало ни слова. Да и в столовой, в основном, только ложки стучали. Словно, все здесь обет молчания, или малословия, дали!

В спальне общежития две девушки споро переставили длинную широкую лавку у окна в центр комнаты. Одна из девушек с тяжёлым вздохом легла на неё животом.

— Тебя держать? — спросила вторая, взяв в углу одну из тонких гибких палок.

— Нет. Три удара и так смогу, — глухо ответила лежащая.

Девушка с палкой размахнулась и начала бить ту, что лежала на лавке. Розалия закрыла рот ладонью, чтобы не закричать. Она не понимала, что происходит?