Городской охотник - Алексей Волков

— Значит, есть ещё и то, чего мне знать не надо? — устало спросил Алексей. «Странно, — подумал Охотник, — мои Прознатчики рассказали немного другую историю этого проклятого места. Врёт господин Антиквар и не краснеет. Вот только для чего?»

— Да, есть. Во многом знании многие печали, поверьте мне.

— Охотно верю. А теперь давайте поговорим о том, какую помощь вы намерены мне оказать и как, собственно, собираетесь выводить меня отсюда. Конечно, я могу сделать это и сам. Но без особой надобности предпочел бы не тратить силы попусту. Они у меня отнюдь не бесконечны. А черпать из мира так же запросто, как это делаете вы, обитатели Изнанки, я не умею.

— Да, я сразу почувствовал, что вы накачали себя заёмной силой при помощи ритуальной магии и амулетов. В вашем нынешнем состоянии вы похожи на воздушный шар, надутый ребёнком. Распусти ниточку — и воздух выйдет. Так же и вы, Алексей. Как только вы начнете использовать свой ресурс, то уже не сможете остановить убывание силы. Я прекрасно это понимаю. И поэтому намерен снабдить вас кое-какими артефактами, которые поспособствуют успеху нашего мероприятия. И которые вы с равным успехом сможете применить как против духа Боровицкого и всего того сонма душ, которыми он повелевает, так и против Коллекционера, смерть которого нужна нам обоим и ещё некоторому количеству разумных существ. Выход в ваш мир, прямо к тому месту, откуда вы провалились сюда, я открою. У меня есть, скажем так, особые полномочия на общение между мирами. Что касается артефактов — для этого нужно проводить вас в хранилище нашего Цеха. Держать дома предметы, взаимодействующие с силой, у нас строго воспрещено.

— Пешком пойдем или отправимся на таксо? — не удержался от колкости Фатеев.

— Зачем пешком? Как я уже сказал, властью Совета Цехов я наделён рядом чрезвычайных полномочий. И поэтому доступ в хранилище я тоже смогу открыть нам прямо из этого кабинета.

Илья встал, одёрнул на коленях брюки, поправил манжеты рубашки и повернулся лицом к центру комнаты. Достал из кармана маленький кристаллический цилиндрик голубого цвета, зажал его в кулаке и произнёс короткую отрывистую фразу на непонятном Алексею языке.

Воздух сгустился, а в центре комнаты свился в тугой, видимый жгут и хлестнул в потолок. По фигуре Антиквара промчался быстрый всполох, и на ковре стала разрастаться яркая точка лазурного света. Яркое, диаметром с метр, пятно стало ритмично пульсировать, озаряя всю комнату неверным голубоватым свечением. Илья разжал кулак, где был зажат кристалл, и на пол ссыпалась щепотка безжизненного серого праха.

— Прошу, — указал он рукой в сторону портала. — Становитесь в середину. Вы сразу же окажетесь в хранилище. Сразу по прибытии сделайте шаг в сторону, чтобы нам с вами не столкнуться. Я отправлюсь следом.

— А почему не вы первый? — спросил Алексей, с опаской покосившись на мерцающий призрачным светом круг на полу кабинета.

— Как только я войду, портал сразу же закроется. Я окажусь в хранилище, а вы останетесь тут, — объяснил Илья.

— Транспорт зашибись! — пробормотал Алексей и шагнул в мерцающий круг. Его сразу же оглушило тишиной и опалило холодом. Все вокруг разлетелось ослепительными клочьями, и мир потух.

Всего на мгновение.

А потом вернулись звуки и запахи, которых не было в портале.

В хранилище, куда попал Алексей, выйдя из яркой вспышки на каменном полу, нашлась масса интересных вещей, которые он с удовольствием прихватил бы с собой. От некоторых из них исходил ощутимый поток силы, но не разливался окрест, а как бы сдерживаемый невидимым полем, пульсировал на расстоянии полуметра от артефакта. Каждый из предметов, как понял Алексей, имел долгую историю и обладал огромной силой. Ему, человеку, в общем-то, случайному, как он сам считал, в этой круговерти миров среди их обитателей, оставалось только завистливо мечтать да молча, пряча досаду в глубине души, выслушивать то, что рассказывал о свойствах предметов сопровождавший Охотника Илья.

Антиквар снова сменил облик. Теперь он был одет в черную шелковую мантию, тяжёлыми складками струящуюся до самого пола, на голове была шапочка средневекового студента, у которой кисточка свисала на правую сторону, что, как помнил Алексей, означало принадлежность носителя к корпусу магистров.

Илья вел Алексея вдоль стеллажей, заполненных самыми невообразимыми на первый взгляд вещами, о происхождении которых, даже после долгих изысканий, Алексей вряд ли смог бы догадаться. Пряча восхищение, он слушал то, что Антиквар рассказывал о той или иной диковинке, мимо которой они проходили. «Глаз Иноса», «Зов Братства», «Лесная Легенда» — красивые названия носили причудливые игрушки, силы каждой из которых хватило бы на то, чтобы сровнять с землей городской квартал, если знать, как её использовать. Или в мгновение ока поднять лес, густой и непроходимый, площадью в пару десятков гектар. Менторским тоном Илья повествовал об истории и происхождении артефактов, одни из них рекомендуя Алексею, а о других запрещал и думать.

В помещении, освещённом обыкновенными газовыми рожками, было прохладно и гуляли сквозняки, так что Алексею, бредущему за неторопливо шествующим перед ним Антикваром, пришлось плотнее закутаться в овчинный зипун, который дал ему Ждан. В конце концов прогулка, долгая и утомительная, закончилась тем, что Илья выдал Алексею, как в детской сказке, три вещицы. Старое потёртое кольцо, которое с трудом налезло на мизинец правой руки, так, что оно соприкоснулось с обручальным кольцом. Древний гребень, вырезанный из кости, должно быть, какого-то доисторического предка всех мамонтов, отправился в карман джинсов, на что Илья неодобрительно покачал головой. Пришлось переложить его в один из множества кармашков. Ещё была короткая палочка толщиной в палец со сплошной причудливой резьбой, изображающей смертельную битву былинных зверей — семаргла и феникса.

На вопрос о том, как ими пользоваться, Илья ответил, что диковинки сами подскажут, что и когда с ними делать.

Алексей молча кивнул, пытаясь приспособить резную палочку в петлю для стрел на поясе. Вошла идеально, словно влитая.

Неловко потоптавшись на месте, Илья сообщил Алексею, что второй портал он будет вынужден открыть не только в пространстве, но и во времени, чтобы вернуть Алексея в тот самый момент, когда он должен был выпасть из своей реальности в мир Изнанки. На вопрос, зачем такие сложности, Илья ответил коротко: «Так надо». «Партия сказала надо, комсомол ответил есть, — недовольно пробурчал Алексей, — кого есть, нам по фигу».

Когда Алексей пристроил должным образом подарки, Антиквар вновь извлек из складок манжет кристалл, на этот раз красный, и сжал его в кулаке, произнеся нараспев магическое заклинание, которое Алексей даже и не пытался запомнить, кристаллов-то у него все равно не было.

На этот раз смерч, подняв облачко пыли, взвихрился посреди хранилища и, оставив после себя мерцающие призрачным голубоватым светом концентрические круги на каменном полу, исчез. Алексей хмыкнул и сделал шаг в сторону открывшегося прохода в пространстве и, как утверждал Илья, времени. Вблизи переливающихся лазурью колец стоял неслышимый уху, но ощутимый всем существом гул, как будто стоишь у трансформаторной будки.

— А чего это гудит? — задал глупый вопрос Алексей.

— Напряжение эфирных полей, соприкоснувшихся с пространственно-временным континуумом, — ответил Антиквар.

— Нормально, — сказал Алексей и шагнул в мерцание портала. Тут же в лицо ударило горячим ветром, словно он стоял на гребне бархана во время песчаной бури. Подаренный старичком-домовым зипун треснул по швам и клочьями разлетелся в стороны. Алексей ощутил, что тело стремительно иссыхает. Посмотрел на руки и увидел, как суховей уносит с них серую пыль, некогда бывшую верхними слоями кожных покровов. «Вот падла, — мелькнуло в мозгу, опаленном горячим ветром и чудовищной догадкой, — решил прикончить».

Спустя миллионную долю секунды он почувствовал, что волосы на голове и теле то ли укорачиваются, то ли прорастают внутрь.

Тело изогнула жуткая судорога.

«Если выживу, никогда больше не полезу в такой портал, будь он неладен», — зарекся Охотник, и тут же доски пола больно ударили его по подошвам ботинок. Алексей рухнул на колени, вокруг облачком взвилась потревоженная его падением пыль.

Впереди раздавались утробное рычание и яростный визг, гулкие удары и глухой рык.

Алексей мотнул головой, приходя в себя.

Огляделся и увидел знакомую картину: впереди, в нескольких шагах, раздавал увесистые тумаки наседавшим на него уродцам волколак. Те, вереща и взвизгивая, яростно кидались на огромного зверя, но, как волна разбивается о скалу, бессильная причинить вред вечному монолиту, так и твари разлетались в стороны, шмякались об стены с противным глухим звуком и растворялись в их поверхности, оставляя только мокрые подтеки на грязных обоях.