Беглец - Алекс Рудин

class="p1">— Ну так что, ты придешь? — настойчиво повторил Семен.

— Конечно, приду, — улыбнулся я. — Спасибо за приглашение. Буду у твоего дома через пять минут.

— Тогда я накрываю на стол, — обрадовался домовой.

Порыв осеннего ветра мягко подтолкнул меня в нужном направлении. Мне хотелось думать, что эта магия одобряет мое неожиданное решение.

Если не знаешь, что делать, доверься магии. Это самое правильное.

С этими мыслями я свернул к небольшому сувенирному магазинчику, соображая, как мне побыстрее попасть к бывшему дому Померанцева. Появляться прямо внутри дома я не хотел. Мы с Семеном не настолько близко знакомы.

Но тут я вспомнил о продуктовой лавке на Каштановом бульваре и решил, что это отличная идея. От нее до дома Миши всего две минуты быстрым шагом.

* * *

И все-таки тяжелый разговор с Зотовым повлиял на меня намного сильнее, чем мне хотелось думать. Я понял это, когда вошел в продуктовую лавку не с улицы, а из подсобного помещения, и увидел изумленное выражение на лице продавца.

— Вы кто? — растерялся продавец. — Туда нельзя.

— Я не туда, а оттуда, — мгновенно сориентировавшись, ответил я. — Санитарная инспекция. Нужно было кое-что проверить. Но уже все в порядке, вы можете работать спокойно.

Я кивнул продавцу, обогнул прилавок и быстро вышел на Каштановый бульвар.

Это неожиданное происшествие подняло мне настроение, и я бодрым шагом направился к дому Миши.

В свое время Миша, по моему примеру, купил себе особняк, хоть и небольшой, но очень уютный, а главное, стоящий в стороне от соседей. Особняк был окружен аккуратным, ухоженным палисадником. Насколько я знал, Семен лично присматривал за ним. Ну, разумеется, палисадник — это же часть дома.

Калитка при моем приближении открылась, как будто сама собой. Но я догадался, что ее открывает невидимый Семен. Домовой умел становиться невидимым, чтобы избежать любопытных глаз.

— Шалишь? — улыбаясь, спросил я.

— Осторожничаю, — возразил Семен. — Эти балбесы из общества защиты магических существ все никак не хотят оставить меня в покое. Раз, а то и два в неделю обязательно появляются здесь со своими приборами.

— А почему Миша их не прогонит? — заинтересовался я, — он же полицейский следователь?

— Так он все время на службе, — горько вздохнул Семен, — вот и приходится мне выкручиваться самому.

— При помощи воплей и тяжелой сковородки? — рассмеялся я.

— А что я могу поделать, если они другого языка не понимают? Идем в дом, Тайновидец.

Мы вошли в прихожую, и тут мне посчастливилось увидеть изумительное магическое явление. Невидимый домовой превращался в видимого.

Проделал он это не сразу, а постепенно. Сначала в воздухе появился едва заметный, прозрачный силуэт. Затем он стал постепенно уплотняться, так что в какой-то момент домовой здорово напоминал призрака.

Но оставаться призраком Семен не пожелал и через мгновение приобрел свой привычный вид.

— Здравствуй, Тайновидец, — улыбнулся он, протягивая мне руку. Ты не станешь возражать, если мы пообедаем на кухне? На мой вкус, там гораздо уютнее, чем в столовой. И сними, пожалуйста, туфли. Вот тебе тапочки.

Тапочки оказались мягкими и пушистыми. Ноги в них мгновенно расслабились. Из кухни долетали умопомрачительные запахи вкусной еды.

Я потянул воздух носом и вдруг понял, что поступил абсолютно правильно.

Хорошо, что я пришел сюда именно сейчас.

— Идем, — пригласил меня домовой, и первым пошёл на кухню.

А я пошлёпал за ним.

Обед был очень простым, но от этого не менее восхитительным. Сначала Семен предложил мне наваристые щи с говядиной, щедро сдобренные густой сметаной, а на второе подал отварную картошку с пахучим подсолнечным маслом.

К такой картошке ничего больше и не надо, разве что немного соли и горбушку ржаного хлеба.

Мне мгновенно вспомнилось детство.

Тогда я каждое лето проводил в загородном поместье моего деда и жил абсолютно счастливой и беззаботной жизнью.

— Есть у тебя блюдце? — с улыбкой спросил я домового.

— Конечно, — невозмутимо кивнул Семен, подавая мне глубокое блюдечко.

Я аккуратно налил в него подсолнечное масло и щедро посолил. Затем, позабыв о глупых приличиях, взял горячую картофелину пальцами, окунул ее в масло и с удовольствием откусил.

Мой отец пришел бы в ужас. Он всегда пытался втолковать мне, что граф в любой ситуации должен оставаться графом. А я каждый раз пропускал его нудные нотации мимо ушей.

— Замечательно, — вздохнул я, чувствуя, как моя тревога бесследно исчезает.

Семен внимательно поглядел на меня и довольно кивнул.

— Так о чем ты хотел поговорить, Тайновидец? — спросил он.

— О твоих магических способностях, — объяснил я. — Вернее, о магических способностях домовых. Фома рассказал мне, что у каждого домового есть какая-то особенная связь с домом. Это правда?

— Ну, конечно, — кивнул Семен. — Понимаешь, Тайновидец, дом — это самое важное, что у нас есть. Он важнее всего на свете. Мы сильно к нему привязаны, и дом платит нам тем же. В общем-то, эта способность есть у всех магических существ и даже у людей. Но у нас, домовых, она развита особенно сильно. А почему ты об этом спрашиваешь?

— Я решил изменить программу обучения в Императорской Магической академии, — объяснил я. — Ты ведь помнишь, что, помимо всего прочего, я еще и ректор? Так вот, я задумал обучать молодых магов так, чтобы со временем они могли превратиться в настоящих магических существ. Но вот о чем я подумал. С магическими существами то и дело случаются всякие чудеса. И мне бы не хотелось, чтобы кто-то из моих подопечных окончательно заблудился в этих чудесах. Я хочу быть уверен в том, что каждый из них в любой момент сумеет найти дорогу домой.

— А кто-нибудь обязательно заблудится, — с улыбкой отмахнулся Семен. — И с этим ты ничего не поделаешь. Но попробовать можно. Понимаешь, Тайновидец, все дело в простых вещах. У каждого дома есть свои отличия, и у каждого мира тоже. Некоторые особенности можно заметить сразу, другие понимаются только со временем.

Скажи, ты ведь всегда можешь отличить свой дом от чужого, даже с закрытыми глазами?

— Конечно, — кивнул я.

— А как именно ты отличаешь? — с улыбкой спросил Семен.

— По тысяче мелочей, — удивленно ответил я. — Звон бронзовых колокольчиков на ограде, скрип лестничных ступенек под ногами, голоса и запах кофе, который доносится