Князь лжи - Андрей Смирнов

– Что он сделал?

– Создал заклятье… тошнотворный запах, едва не сведший меня с ума. Я… мне было очень плохо… Я почти ничего не помню. Вероятно, в какой-то момент я ушел домой. На Остров Цветущих Песков. Это меня и спасло. Там я исцелился. Когда токи моего мира очистили меня, я отправился к Фрембергу. Оказалось, что я отсутствовал две недели. Тогда Фремберг сам попытался найти Нарвериша, но не сумел.

– Обсидиановый шарик у Нарвериша был?

– Он выкинул шар сразу на выезде из города.

– Хорошо. Что дальше?

– Пока Фремберг занимался поисками, я получил задание навестить Маскриба. Тогда ни мне, ни моему господину еще не было известно, что он мертв. Но странное поведение Ёнко началось сразу после визита к нему, и нужно было выяснить, что произошло и о чем они говорили. Оказалось – ни о чем. Они не встречались. Маскриб погиб до появления Ёнко, еще ночью.

«Начинаю понимать, почему расследовать это дело Фремберг отправил именно меня, – думал Эдрик, в пол-уха слушая Аайглато, подходившего к финалу своего повествования. – Понимаю, почему он не отправил за книгой еще одного переписчика… Он не знал, с чем имеет дело. Требовался не только книгочей, но и боец – сочетание, которое встретишь нечасто. Вдобавок это должен быть человек, которым, в случае чего, не жаль пожертвовать… Если вдруг со мной произойдет то, что случилось с Маскрибом… или с Нарверишем».

– …после того, как я рассказал о Маскрибе, Фремберг наложил заклятье, сделавшее меня невосприимчивым к отраве Нарвериша. Я снова начал преследование. К сожалению, прошло слишком много времени. Он накопил энергию и ушел в какой-то другой мир. По путям, которые мне неизвестны.

– Преследование? Он что, тебя ждал?

– Нет. Я неверно выразился. Я взял остывший след, но шел по нему недолго. Нарвериш остановился вскоре после того, как создал заклятье с тошнотворным запахом. Ему просто нужно было время. Около недели, я полагаю. Переход он осуществил еще тогда, когда я вымывал из себя отраву на Острове Цветущих Песков.

– Ты не пытался найти его в Нижних Мирах?

– Пытался. Но проще найти песчинку в Хэплитской пустыне.

– А чем ты занимался в последнее время?

– Этим и занимался. Все время. Пока Фремберг вновь не призвал меня и не отправил к тебе.

– Понятно. – Сказал Эдрик. – Я тут уже не первый день роюсь в княжеской библиотеке. Кое-что откопал. Не уверен, что это именно то, что нужно твоему хозяину, но об этом пусть он судит сам. Завтра вечером передам тебе книги. Идет?

– Если ты еще не нашел, не нужно спешить. Я подожду…

– А если нашел? Я не собираюсь сидеть тут годами, выискивая для твоего господина неизвестно что. Отнесешь ему книги, которые я тебе дам. Завтра. Ты понял?

– Да. Как прикажешь.

– Тебе есть, где заночевать?

– Я не нуждаюсь во сне. Могу подождать здесь.

– Посетителей и так почти нет. Через пару часов трактирщик тебя выгонит и отправится спать. А может, и раньше. Ты ведь ничего не заказывал.

– Я могу уйти в Нижние Миры.

– Отлично. Там и оставайся до завтрашнего вечера.

Капюшон согласно качнулся.

Купленные в лавке книги Эдрик оставил в княжеском книгохранилище, а вместо них – положил в сумку те, с которыми когда-то работал Маскриб. Три изученные и переведенные полностью, книгу на непонятном языке и ту, в которой содержалось упоминание о Слепой Горе. Последнюю он отдавать не собирался.

Всучить Аайглато хоть что-то и заставить его убраться из города Эдрику нужно было для того, чтобы без лишних свидетелей встретиться с посланцем Школы. Точного часа прибытия Эдрик не знал, но полагал, что посланец прибудет в ближайший день-два. Хорошо, если Аайглато задержится в Обсидиановой Башне подольше… Он мог перемещаться очень быстро, но пока еще Фремберг разберется с тем, что именно принес тайвэ…

Эдрик вернулся в гостиницу ранним вечером. Завернул книги в какую-то ветошь и даже успел поужинать прежде, чем объявился демон. Вторая встреча получилась совсем короткой. Когда Аайглато ушел, Эдрик заперся в своей комнате и – уже более внимательно – принялся изучать текст единственной по-настоящему важной рукописи, неизвестно каким образом оказавшейся в княжеской библиотеке Рендекса.

Чтение он закончил в середине ночи.

Совпадений с тем, что практиковала Школа Железного Листа, оказалось гораздо меньше, чем он предполагал поначалу.

Только правила подсчета дней, в которые ритуал надлежало совершать и наименование места, куда отправлялся совершающий.

Частично – не совсем – совпадало и открывающее путь заклятье. Впрочем, расхождения тут были неизбежны, учитывая, что и написано заклятье было не на классическом Искаженном, а на одном из его диалектов. Но рисунок ритуального круга, схема накопления энергии – все очень похоже.

Куда больше его удивили цели и действия, необходимые для их осуществления. Пробежаться по Игольчатому Мосту до конца? Сменить естество человека на естество демона? Или наоборот – если пробежку совершит демон? Эдрик перечел страницы, где говорилось об этом, несколько раз. Все это выглядело полной ахинеей. «Все равно, как если бы собака хотела превратиться в кошку, – подумал он. – Даже если это возможно – зачем?..»

Школа Железного Листа ставила при переходе на Слепую Гору совсем другие цели… и неудивительно, что и ее методы были совершенно иными.

Но более всего его привлекла та часть книги, где рассказывалось о вызове демона, могущего стать проводником по Мосту. Когда он закончил чтение, ему захотелось начать его снова… нет, не просто перечитать – выполнить то, о чем там говорилось. Провести ритуал и вызвать это существо.

Странное желание. Он ведь никуда не собирался перемещаться. Или… собирался? Эдрик уже не был в этом так уверен. Он попытался вспомнить, куда хотел отправиться. На Слепую Гору?.. Но для чего?.. Впрочем, это не так важно. Важно вызвать демона. Проводника. Вот это действительно важно. Он должен это сделать немедленно.

Он начал было вставать, чтобы приступить к процедуре, когда вдруг понял, что происходит. Понимание возникло не в разуме – его мысли в этот момент, в некотором роде, ему не принадлежали – а вне, на каком-то более глубоком уровне его «я». Как только пришло понимание, он начал действовать. Захлопнул книгу. Нырнул еще глубже, отстраняясь от желаний, мыслей, от того образа себя, каковой он ежедневно демонстрировал окружающим. Найдя себя-настоящего, Эдрик победил то, что едва не овладело его волей. В этот момент он мог бы вовсе отбросить человеческую форму, как делал уже не раз, и принять свой подлинный облик, но он не стал. Чтобы одолеть этого противника, достаточно было и духовного перевоплощения. Хотя бы совсем короткого – только чтобы привести себя в чувство. Затем Эдрик перешел обратно. Выстроил человеческую психику заново, вновь начал чувствовать, мыслить, желать. Теперь это было безопасно. Пребывание в настоящем «я» уничтожило заклятье без следа.