Играя с судьбой (СИ) - Капитан Немо

Куда больнее, чем умирать, оказалось выжить. Смерть была милосердней: сознание просто гасло, так же, как гаснет свет уходящего дня, боль уходила следом за сознанием — и ослабевала так же, как и тело. Мне удалось удержаться на краю, но возвращение к жизни было крайне болезненным. Но я знала, зачем так цепляюсь за этот шанс. Теперь же….

— Хреновый аналитик достался тебе, Аторис, — выдохнула я покаянно. — Баба, которая только и умеет, что закатывать на пустом месте истерики. Тут нужен мужик со стальными яйцами, а не….

Махнув рукой, я даже не посмела посмотреть в лицо Ордо.

Стыдно-то как. За нелепую вспышку стыдно. За собственные слова. За срыв. За то, что раскиселилась и вела себя не умнее мартовской кошки.

А генерал-то силен, стервец. Одной фразой, случайно брошенной наугад, сумел попасть в самую душу и переворошить в ней все, поселить неуверенность, лишить опоры.

Вернувшись, Аторис ухватил мои плечи, легонько встряхнул. Поймал подбородок и заставил посмотреть себе в глаза.

— Фори, чтобы я подобного больше не слышал, — произнес твердо. — Хватит грызть себя. В разведку берут не каждого. Каков там у вас конкурс — две-три сотни на место?

— Больше, — усмехнулась я. — Однако, хронические везунчики принимаются вне конкурса.

Старая байка, хотя и довольно близкая к истине. Без изрядной доли удачливости нечего и мечтать стать Стратегом. Когда-то мне везло куда больше. Видимо, доигралась: если постоянно испытывать Судьбу, она перестает улыбаться.

Впрочем, попытка отшутиться не удалась. Аторис осторожно переместил руку, погладив по щеке, и предложил:

— Хочешь, я попрошу передать торговцам, что нам нужна отсрочка. Несколько часов. Но ты хоть отдохнешь.

— Нет. Некогда отдыхать.

Я отодвинулась от Ордо, бросила взгляд на часы.

— Во сколько назначена встреча?

— В восемь вечера. В представительстве. Будут представители Гильдий и старый премудрый змей — Олай Атом.

Я не стала уточнять имена тех, с кем придется договариваться, подумав о том, что у меня есть еще немного времени.

— Флаер дашь? Я должна переговорить с Хэлдаром.

И снова на лицо Ордо словно тень набежала, при упоминании имени этого человека.

— Тебе так не терпится его озадачить?

— Да! — я примиряющим жестом вскинула руки, и, глядя в глаза Аториса произнесла: — Да! И я согласна с твоим условием: ответственность на мне. Но без Рони я могу трети подводных камней не заметить и подписать кабальный договор. Торговцы любят вписывать в текст документа разнообразнейшие подпункты о штрафах и неустойках за отклонения по времени выполнения задач. И, как правило, им до лампочки что либо смета была посчитана неверно, либо небо упало тебе на шею. Впрочем, если у нас есть кто-то лучше Рони, ты только скажи.

— Рони — лучший, — Ордо проговорил это нехотя, потом мотнул головой, сжал кулаки, и направился к выходу, но остановился у двери, и перед тем как уйти добавил: — Флаер дам. Скажу, чтобы закрепили за тобой одну из машин. Будешь пользоваться при необходимости. Но с Рони будь осторожна. Он ведет дела с торговцами.

В последнем кто бы сомневался. Странно, что представителям ни одной из Гильдий не удалось еще сманить Хэлдара в Торговый союз. Им-то было, что предложить этому гению. В отличии от нас с Ордо.

Пару секунд я стояла, чувствуя, как на моем лице расцветает улыбка.

Бросив взгляд за окно на усиливающийся ливень, я прошла в гардеробную. Длинные юбки, которые я любила, совершенно не годились для перемещений в подобную погоду. Стоит выйти под дождь, и они намокнут, отяжелеют, станут липнуть к ногам, сковывая движения.

Выбрав узкие кожаные штаны и шелковую блузку, я переоделась, подумав, что и мягкие туфли — не лучший выбор для прогулок под сильным дождем, натянула на ноги высокие сапоги. На все ушло не больше пары минут.

Прихватив с собой плотный кожаный плащ, я направилась к выходу и за дверью тотчас наткнулась на Дона.

— Куда собралась? — спросил он, ухватив меня за руку.

— Я что, у тебя под арестом?

— Нет. Но у Ордо вид, словно ты его скорпионами накормила. Вот и спрашиваю — мы в бега?

— Нет. Необходимо срочно найти Рони. Полетишь со мной пилотом. Ордо дает транспорт.

Дон хлопнул ресницами, хотел было что-то сказать, но хлебнул воздуха и закрыл рот. Лицо у парня сделалось каким-то неживым, хватка на запястье ослабла. Выдернув руку, я пошла по коридору, и только через несколько долгих секунд услышала, что сын присоединился ко мне.

Нагнав, пошел рядом. Молча. У самого выхода, остановившись и забрав из моих рук плащ, он помог надеть его, а я получила возможность еще раз взглянуть прямо в лицо Дона и рассмотреть глаза, полные немого изумления. А потом мы вышли на улицу, под хлещущий ливень и из всех моих мыслей осталась одна — как добраться до ангара, не промокнув насквозь, преодолевая под бурлящим водопадом дождя расстояние в несколько десятков метров.

Только под защитой крыши ангара я смогла перевести дыхание, нырнув во флаер в пассажирское кресло, посмотрела на насквозь промокшего Дона и подумала, что расспросы лучше отложить. Что бы ни произошло меж Ордо и Рони, о том я еще успею узнать, а сейчас Дона лучше не отвлекать. И пусть военная форма сохнет на редкость быстро, ледяные капли стекающие с волос за воротник, концентрации внимания не способствуют. А я в подобных метеоусловиях если бы и решилась вести флаер, то только при условии подстраховки маневров диспетчерской вышкой.

Когда Дон поднял машину в воздух, я невольно зажмурила глаза, а когда открыла их — вокруг клубилась туманная пелена облаков. Флаер постепенно набирал высоту, пробиваясь сквозь плотное молочное марево, и мне казалось, что облака никогда не кончатся. Но когда мы поднялись, и солнце брызнуло в иллюминаторы, на душе стало теплее.

Прищурившись, сквозь ресницы, я посмотрела на плывущий параллельным курсом золотой диск и перевела взгляд на бездонное, прекрасно-синее небо. Облака клубящимся океаном распластались внизу, укутав землю и море плотным одеялом.

Несколько минут я упивалась видом лазури. До тех пор, пока не осознала внезапно одного простого факта: флаер стремительно несся на восток. И если я ошиблась в определении направления полета, меньше чем через час я могу оказаться в порту, увидеть Доэла.

Сердце болезненно сжалось. Если еще вчера мне безумно хотелось увидеться с мужем, сейчас этой встречи я уже страшилась.

— Куда мы летим? — спросила я сына, почувствовав, как голос предательски дрогнул.

— У Рони в порту небольшая судоремонтная верфь. Застать его можно либо там, либо дома, на острове, до которого от космопорта полчаса лета. Но тогда сначала придется связаться с ним через диспетчеров — незваных гостей Рони не жалует, а над островом постоянно висит защитный купол.

Вздохнув, я закрыла глаза, пытаясь усмирить суматошное трепыханье в груди и понимая, что с Судьбой не поспорить, а у нее весьма оригинальное чувство юмора. Но как бы она не насмехалась, я не опущу рук. Мне просто нельзя сдаваться на ее милость.

Глава 20

Зная о разрухе, царившей на планете, я в смятении разглядывала серые корпуса судоремонтной верфи, едва не вплотную приткнувшиеся к границам летного поля.

С высоты цеха казались игрушечными, но я представляла их истинные размеры. Несолидной забавой, я эту верфь назвать не могла, хотя недавно мне они не показалось бы ни чудесными, ни сверхординарными, ни даже необычными. Верфи и верфи, каких полно при многих портах. И все же все это было чудом. Как и видневшиеся вдали корпуса новых энергостанций. Нет, их мощности не хватило бы обеспечить энергией всю планету, но в порту перебоев с энергоснабжением не бывало: об этом Дон рассказал мне за время полета, как и о том, что после бунта Рони отгородился от всего мира, поддерживая исключительно рабочие контакты с комендантом порта, да еще некоторыми торговцами.

Флаер стремительно скользнул вниз, целясь на клочок посадочной площадки перед зданием порта, заставив меня вновь стиснуть пальцы. Встречи с Доэлом не избежать, как не найти времени на полноценный разговор по душам. Не представляю, как вести себя, как говорить. Улыбаться? Попытаться сделать вид, что ничего не знаю? От неопределенности лихорадило.

Но стоило флаеру коснуться почвы и остановиться, я выскочила из него и стремительно зашагала к порту. Понимая, что стену, которую возвел между собой и всем остальным миром Рони с наскока не взять, я все же не собиралась отступать, повторяя словно заклинание: «так или иначе, но я это сделаю». Даже если придется перешагнуть через собственную гордость.

Дон утверждал, что Рони не выносил на своей территории посторонних. Служа в охране космопорта, сын видел, и не стал молчать о том, что секьюрити не пустили бы меня внутрь. Даже будучи представителем Ордо, я и то не могла бы прорваться в цеха без разрешения самого Хэлдара.