Страна Оз за железным занавесом - Эрика Хабер

то, что назвал американскими чертами: использование машин и сил природы, «какими мы знаем их в Америке». Вагенкнехт предположил, что серия в целом должна читаться как Американская утопия, и считал, что различия между утопией и сказочной страной невелики (1929, 27, 15)28. Он также утверждал, что книги о стране Оз прививают детям правильные идеалы и понимание фантастики, и отмечал, что, даже отнесенные к популярной литературе, книги о стране Оз «имеют право на свое место» и «заслуживают внимания» (129, 38). Вагенкнехт отметил модернистские черты в произведениях Баума, тем самым положив начало дальнейшим исследованиям, авторы которых будут пытаться выявить различные значения слова «американский».

Еще одна критическая статья, появившаяся до того как первая книга Баума стала общественным достоянием, была написана Джеймсом Тербером для «Нью репаблик» в 1934 году. Как и другие рецензенты, Тербер вспомнил, как сам в детстве увлекался этими книгами: «Дети очень любят ужасы и хотят, чтобы при чтении хоть немного замирало сердце. И они получают это в книгах о стране Оз» (Turber 2). Но все-таки, как и многие читатели, Тербер считал более поздние книги менее удачными.

Мне кажется, что фатальная проблема с поздними книгами (по крайней мере, для нас, взрослых экспертов) заключается в том, что они становятся скорее эксцентричными, чем фантастическими. Более бессвязными и назидательными… им не хватает живости, свежей интриги, забавных диалогов и по-настоящему смешных выдумок, отличавших первые книги (4).

Маленькая книжечка Вагенкнехта и остроумное эссе в «Нью репаблик» дают представление о диапазоне интересов первых критиков творчества Баума. Это может казаться странным, пока мы не вспомним битвы, которые велись по поводу того, что должны читать американские дети, и громкие заявления влиятельных экспертов, которые определяли канон детского чтения.

Спустя почти десять лет после эссе Вагенкнехта книги Баума о стране Оз подверглись нападкам со стороны библиотекарей, которые обвиняли их в том, что они плохо написаны и не достойны внимания серьезных критиков. Задача создания канона детской литературы в США воспринималась очень серьезно, особенно в период между двумя мировыми войнами, когда обучение, а не развлечение нового поколения считалось залогом создания сильной и могущественной нации. Библиотекари, как правило, выбирали книги, которые считали высокохудожественными; приключения и эксцентричная сказочная фантастика, вроде серии о стране Оз, не имели шансов попасть в одобренный ими список. Критический вердикт о литературных достоинствах этих произведений – «Им не хватает стиля, а порой и воображения» (37), вынесенный Вагенкнехтом в 1929 году, конечно, не мог убедить их в обратном. Эта оценка произведений Баума превратилась в постоянно повторяющийся библиотекарями и учеными рефрен. Среди наиболее влиятельных профессиональных изданий о детской литературе, которые могли повлиять на продажи и ограничение распространения, были журналы «Школьная библиотека» и «Книжный список Американской библиотечной ассоциации». Плохая рецензия в одном из этих журналов могла отразиться на успехе книги, но страна Оз даже не удостоилась рецензий в этих изданиях. Более полувека научные публикации по истории литературы полностью игнорировали любое упоминание о Бауме и его книгах29. Даже в 2011 году «Оксфордский справочник по детской литературе» включил статьи о Докторе Сьюзе, Питере Пэне и «Арахисе» Чарльза Шульца, но Бауму и его книгам так и не нашлось места на 585 страницах этого тома. Совершенно очевидно, что мнение, будто книги о стране Оз не дотягивают до стандартов качества детской литературы, отбрасывало длинную тень и привело к тому, что их игнорировали на протяжении нескольких десятилетий. Исключение из антологий детской литературы, а также из множества рекомендательных списков книг для детского чтения, например тех, которые публиковала Американская библиотечная ассоциация, приводило к тому, что эти книги отвергались библиотеками и намеренно изымались из обращения.

Изгнание в черный список началось при содействии влиятельной Энн Кэррол Мур, которая многие годы возглавляла секцию детских библиотек Американской библиотечной ассоциации. Как уже отмечалось в предыдущей главе, Мур была авторитетом во всем, что касалось детского чтения и книгоиздания, ее статьи воспринимались как догма. Она стремилась поддерживать стандарты качества и отмечала серьезные недостатки. Такие классические произведения, как «Стюарт Литтл», «Паутинка Шарлотты», «История быка Фердинанда» и «Таинственный сад», подверглись ее суровой оценке (Marcus 2008, 195). В 1930‐е годы Мур решила убрать все книги о стране Оз из читального зала Нью-Йоркской публичной библиотеки. И десятки библиотекарей по всей стране последовали ее примеру. Мур так и не дала серьезного обоснования своего решения, но она громко выступала против книг этой серии, утверждая, что количество неизбежно умаляет качество. Еще в 1906 году она взяла себе за правило «очищать библиотечные собрания от серийной беллетристики – книг, которые она считала халтурой» (Marcus 2008,105). От подобного предубеждения пострадали не только книги Баума, но и произведения Лауры Ингаллс Уайлдер; детективные серии о Нэнси Дрю и братьях Харди также разделили эту участь. Сорок книг о стране Оз предполагали не только большие затраты на их покупку, но и занимали немало места на книжных полках, что, возможно, также содействовало их непопулярности у библиотекарей и книготорговцев.

Еще более серьезной причиной запрета книг о стране Оз стал страх распространения коммунизма. После Первой мировой войны США охватили ксенофобские настроения: всюду мерещилась «красная угроза» – особенно опасная в популярных детских книгах, влиявших на юные умы. В 1938 году Стюарт Робб опубликовал в «Нью массез», известном американском марксистском журнале, статью «Красный волшебник страны Оз», в которой он размышлял о возможности прочитать книги Баума с коммунистической точки зрения и среди прочего выдвигал предположение, что «страна Оз управляется согласно коммунистическим идеалам», а в подтверждение своего тезиса цитировал третью главу «Изумрудного города страны Оз», где объясняется, что в Оз нет бедняков, потому что там нет денег, а вся собственность принадлежит Правителю (8). Вырванные из контекста, цитаты из книги Баума, конечно, могут быть использованы как доказательство всего, чего угодно, о чем свидетельствуют различные прочтения текстов о стране Оз, но Робб заканчивал статью рассказом о том, как он попытался взять книги Баума в Нью-Йоркской публичной библиотеке, но был проинформирован, что они запрещены, и не получил никаких объяснений, почему. Не будучи осведомлен о ситуации в детском книгоиздании и в библиотеках в то время, Робб сделал далеко идущие политические заключения.

Так совпало, что именно в это время «Волшебник страны Оз» наконец вышел на экраны. Кино считалось не только частью популярной культуры, но и эффективным средством распространения идеологии и пропаганды, поскольку почти девяносто миллионов американцев во время войны посещали кинотеатры каждую неделю. Кино могло черпать из глубокого колодца идеализма и общего опыта