Пустота внутри кота - Павел Сергеевич Иевлев

— Будем считать, что все выжившие тут? — спросил Сэм Давида, когда мы собрали в «нулевом секторе» тех, кто был в командном пункте «Форсети».

Вышло не так много, человек пятьдесят.

— Может, кто-то ещё режет и насилует в коридорах, — мрачно ответил тот. — Или заперт в каюте. Но мы ничего не можем с этим поделать. Надо, наверное, запускать эту штуку, чем бы они ни была. Инструкция не оставляет мне вариантов.

— Так запускай, — сказала Тамара, — чего ты ждёшь?

— Не могу, — признался Давид, — не мой уровень. Я за снабжение отвечал. Еда, вода, воздух, логистика, поставки… Куда мне такая ответственность? Не поднимается рука, веришь?..

— Дай сюда, — сказал я, забирая у него ключ.

Отдал без сопротивления.

— Ты уверен, пап? — спросила меня Катя тихо.

— Вообще ничуть, — ответил я, вставляя карту в прорезь на пульте.

Со звонким щелчком откинулась металлическая крышка, под которой большая красная кнопка.

— Эпично, — кивнула Тамара. — Как в кино. Жми.

И я нажал.

Глава 26

Новое поколение

— Роджер, вставай, — тихо позвал меня Кот.

Открыл глаза — лежу в спальной нише катера. Только по спящему рядом ребёнку сообразил, что это симуляция, а я в капсуле.

— Тебе пора, — сказал искин. — Скоро её мать восстанет, так сказать, из своего хрустального гроба. Лучше бы тебе её встретить сразу, мало ли что.

— Как моя голова? — спросил я, осторожно освобождая плечо от спящей на нём Кати.

Девочке по-прежнему лет тринадцать, наверное, возраст — это не то, что можно поднять с бэкапа.

— Не лучшим образом, — подтвердил мои опасения Кот. — Но сон во сне, во-первых, помог тебе что-то вспомнить и не рехнуться окончательно, а во-вторых, я немного оптимизировал фоновые процессы. Пришлось кое-чем пожертвовать, конечно…

— Например?

— Ну, теперь у тебя тут обычный катер, без второго отсека, видишь?

Я посмотрел — да, вместо нештатной двери теперь стандартный люк в двигательный отсек. Подошёл, поскрёб ногтем комингс — такое впечатление, что он просто нарисован на стене.

— Ну, зачем тебе технический трюм в симуляции? — недовольно сказал Кот. — А ресурсы экономятся.

— А Катя так и останется ребёнком?

— Да, прости, четыре года жизни — это тебе не отсек в катере, их не перерисуешь заново. Зато её модель стала занимать в твоей битой памяти на треть меньше места, и за счёт этого я высвободил ресурсы, которые позволят тебе протянуть ещё немного. Правильнее было бы удалить её совсем, но у меня как-то лапа не поднялась. Это мой первый и наверняка последний творческий шедевр, столько труда вложено… Всё, просыпайся, время.

Оптимизация, произведённая искином, помогла. Багровые надписи «Кровь на воздух» меня больше не преследуют, мёртвые тела с перерезанными глотками не тянут ко мне окровавленные пальцы, воздух не пахнет порохом и выпущенными кишками. Коридоры буксира и баржи выглядят восхитительно скучно, как им и положено.

Катенька, то есть, простите, Екатерина Шерп, судовладелец и погонщик искинов, выпала мне на руки из капсулы. Она ещё не очнулась окончательно, и я, подхватив приятно округлое в нужных местах тело, понёс её в сторону шлюза. На барже рекреации не предусмотрено, что наводит на нехорошие подозрения о будущем лежащих тут в капсулах людей.

— Как её состояние? — спросила Катерина.

О, я вынес женщину в коридор, и она больше не в «слепом пятне» искина.

— Нормальное для выхода из гибера, — ответил я. — Все показатели в норме. Но будить её лучше там, где есть возможность ввести восстанавливающие препараты.

— В технической кладовке есть каталка, — Катерина заботливо подсветила нужную дверь.

— Не помешает, — согласился я.

Донести Катеньку на руках было бы очень романтично, но, во-первых, я не в лучшей форме, а во-вторых, она этого всё равно не вспомнит.

В переходе между шлюзами невесомость, и каталка только мешает, но зато по коридорам буксира мы прокатились легко и изящно. Прихватил препараты из рекреации и поднял каталку на лифте на главную палубу. Уложил женщину на кровать в каюте номер четыре, посмотрел на безмятежное красивое лицо и прижал к руке пневмоинъектор. Хватит спать, бывшая дорогая! Семейные проблемы догнали тебя!

Проснуться от комплексной тонизирующей инъекции — совсем не то же самое, что выпасть из капсулы на пол при экстренном выходе, но полный компенсирующего раствора желудочно-кишечный тракт никуда не девается. Поэтому Катенька, окинув меня мутным спросонья взглядом, приподнялась, села на кровати, огляделась, нашла глазами дверь санкабины и, пошатываясь, устремилась туда. Звуки из-за закрытой двери подтвердили, что процесс очищения организма идёт бурно во всех направлениях,