Коммандер Граймс (Сборник) - Бертрам Чандлер

Наконец Граймс вызвал Спуки Дина, офицера псионической связи, по прозвищу Призрак. Бутылка и стаканы уже стояли на столе, когда высокий хрупкий молодой человек, похожий на сгусток эктоплазмы, завернутый в униформу ФИКС, словно просочился через дверь каюты. Опустившись в кресло, он немедленно принял у капитана стакан с чистым джином.

- За то, что у нас под килтом, - провозгласил Граймс. Этот непристойный тост последнее время стал весьма популярен.

- Физическое вмешательство в частную жизнь, - буркнул Дин. - Ничего не имею против.

- На что вы намекаете, мистер Дин?

- Я знаю, капитан, что вы собираетесь попросить меня нарушить клятву Райновского института. Чтобы об этом догадаться, не нужно быть телепатом. Одно и то же - каждый раз, как мы везем пассажира. Каждый раз вы просите меня заглянуть в их мозги, чтобы понять, что и как у них там тикает.

- Только когда на карту поставлена безопасность корабля, - возразил Граймс и налил Дину еще один стакан: содержимое первого непонятным образом исчезло.

- Вы...боитесь нашего пассажира?

Граймс нахмурился. "Боитесь" - слишком сильно сказано. И все же люди живые всегда опасались роботов - людей искусственных. Дурное предчувствие? Или этот робот - просто воплощение мира машин? Безмозглых машин, которые с каждым годом занимают все больше места в человеческих делах и мыслях?

- Мистер Адам - не безмозглая машина, - тихо проговорил Спуки Дин.

Граймс метнул на него гневный взгляд. Он уже собирался рявкнуть: "Какое вам дело, черт побери, о чем думаю я?" - но сдержался. В любом случае, это не имело значения.

- И у мистера Адама есть не только мозги, но и разум, - продолжал телепат.

- Именно это меня интересовало.

- Да. Он транслирует мысли, капитан, как и вы все. Беда в том, что я не очень хорошо настроился на его... частоту.

- А чувства? Может быть... враждебность по отношению к нам? К людям?

Дин протянул пустой стакан, Граймс налил. Телепат сделал изящный глоток.

- Я... мне так не кажется, - неуверенно сказал он. - Но, как я уже сказал, его разум - не человеческий разум. Можно ли назвать его чувства презрением? Нет, не совсем. Жалость? Да, возможно. Некая удивленная симпатия? Да...

- В общем, примерно то, что мы бы чувствовали, скажем, к собаке, обладающей связной речью.

- Да.

- Еще что-нибудь?

- Я могу ошибаться, капитан. Наверняка ошибаюсь. Я впервые подслушиваю мысли неорганического, искусственного существа. Кажется, это сильное ощущение... своей миссии.

- Миссии?!

- Да. Он напоминает мне священника, которого мы везли не так давно который собирался обращать в истинную веру язычников Тарварке.

- Грязное занятие, - высказался Граймс. - Заставлять туземцев отречься от их собственных, вполне достойных местных божков, чтобы они перестали пулять ракетами в торговый пост, установленный без их разрешения.

- Отец Клири был иного мнения.

- Его проблемы. Интересно, что случилось с бедным ублюдком?

- Стоит ли так говорить, капитан?

- Не стоит. Для вас нет разницы, говорю я или думаю - вы все равно это слышите... Так получается, этот мистер Адам - миссионер? Бред.

- Это только мое ощущение.

- Или не бред, - продолжал Граймс, проигнорировав его реплику. - Робот такого класса может пройти туда, куда не может человек. Их для этого и делают. В Солнечной системе они, к примеру, исследовали Меркурий, Юпитер и Сатурн. Послать робота-миссионера на ту же Тарварку имело бы смысл - ему не повредят ни отравленные стрелы, ни копья... Но Делакрон? Это же колония Земли. Быть не может.

- Но я почувствовал именно это, - настаивал Дин.

- Чувства чувствам рознь, - внушительно заявил Граймс. - Не забывайте, что это неорганический мозг. Может, нужен особый шифр, язык...

- Для телепата не существует ни шифров, ни языков, - Дин продемонстрировал пустой стакан, и Граймс налил. - Не забывайте, капитан, что на Делакроне есть и машины, разумные машины. Не очень высокого уровня, должен заметить, но... Вы, наверное, слышали о споре между Делакроном и соседней планетой - Малдуном...

Вопрос был излишним. Примерно посередине между двумя планетными системами находилась звезда с единственной планетой на близкой орбите - и на этой планете имелись богатейшие залежи радиоактивных руд. На нее претендовали и Делакрон, и Малдун. Делакрону руды были нужны для собственной промышленности, а менее технологически развитый Малдун собирался экспортировать их в другие миры Федерации.

Но мистер Адам? Зачем он там понадобился? Согласно официальным документам, он программист, чьи услуги временно предоставлены правительству Делакрона Большим Советом Федерации. Программист... обучающий машины... Разумная машина, обучающая другие разумные машины... Чему?

И кто программировал его самого?

Знакомый шаблон - смутный, неясный, но несомненный - начал наконец прорисовываться. Так уже делалось, и не однажды: переброска революционеров туда, где они смогут причинить наибольший вред, за счет правительства, абсолютно не разделяющего их устремлений...

- Даже если бы мистер Адам носил бороду, он все равно не стал бы похож на Ленина, - заметил Дин.

Интересно, подумал Граймс. Тот машинист, который привел поезд на Финляндский вокзал, - знал ли он, что делает?

Как бы то ни было, в данной ситуации Граймс все равно исполнял роль машиниста, а мистер Адам был пассажиром. Устав ФИКС ограничивал инициативу Граймса не в меньшей степени, чем древнего машиниста - рельсы. На свою беду, Граймс обладал такими неудобными качествами, как воображение и совесть, непозволительная роскошь для младшего офицера. Правда, те, кто уже может позволить себе такую роскошь, частенько приходят к выводу, что прекрасно могут обойтись и без нее.

Граймс почти желал, чтобы мистер Адам каким-нибудь образом подверг опасности корабль. Тогда он как капитан имел бы право принять меры, возможно, весьма радикальные. Но робот доставлял даже меньше неприятностей, чем обычный пассажир. Он не жаловался на однообразную пищу, затхлый воздух и прочие издержки корабельного быта. Единственный его недостаток заключался в том, что он слишком хорошо играл в шахматы. Но к тому времени, когда Граймс начал подыскивать способы уклониться от игры с ним, мистер Адам нашел настоящего друга и с тех пор предпочитал компанию МакКлауда любой другой.

- Тут все ясно, капитан, - сказал Бидль. - Они из одного клана.

- Что вы, черт побери, имеете в виду, Первый?

- Клан МакШины, - ответил Бидль с непроницаемо серьезным видом.

Граймс с облегчением расхохотался:

- В этом есть смысл. У машины больше общего с нашим инженером, чем у нас всех. Их беседы, должно быть, очаровательны. - Он попытался изобразить акцент МакКлауда: - А скажите-ка, мистер Адам, которым сортом смазки вы смазываете коленный сустав?