Трижды преданный - Кирилл Казанцев

– Как ваши дети? – спросил Олег, поймав-таки в зеркале ее взгляд. Та промолчала, хотя ее лицо на мгновение исказила еле уловимая гримаса. Ага, дергается, это хорошо, это славно. – Как Светочка и Денис? Малютки растут, радуют мамочку с папочкой, хорошо кушают и читают умные книжки?

Чиркова пропала из виду, отклонилась в сторону, и Олег видел лишь край ее щеки да темную прядь густых волос. Он почувствовал, как в ямку за мочкой уха уткнулось что-то плоское и холодное, запах пороховой гари стал отчетливее.

– Заткнитесь или я прострелю вам голову! – предупредила Чиркова, голос ее при этом даже не дрогнул. – И я это сделаю, Бог свидетель.

Сделает, с нее станется, в голосе слышится отчаяние и решимость, она взвинчена до предела и держится только на успокоительных – возможно, расширенные зрачки – это лишь побочный эффект. Но истерики нет и в помине, она превосходно контролирует себя и доведет задуманное до конца.

Быстро проскочили на удивление пустой после обеда центр, повернули с проспекта, проехали мимо старой церкви и кладбища, повернули еще раз и оказались на небольшом пустыре, за которым виднелись дома, все, как на подбор, новые, основательные, крепкие – поселок Южный стал частью города, и не самой дешевой, надо сказать. Миновали пустырь, сразу за ним пошли заборы под стать домам, не чета осиповскому, такой с разбега не взять. Сразу видно, что люди здесь обитали серьезные, деловые, на материалах не экономили, и каждый дом мог запросто пережить недолгую осаду.

Проехали по безлюдной чистой улице, повернули вправо, потом еще раз, потом Чиркова приказала:

– Стоять! – Нашла в сумке мобильник, нажала пару клавиш и проговорила весело и беззаботно, да еще и улыбаясь при этом: – Стас, ты мне нужен, приезжай срочно, мне надо с тобой поговорить. Да, сейчас, это важно. Плевать мне на твою проверку, быстро домой, или ты пропустишь кое-что интересное. Нет, подождать не получится… Стас, прекрати говорить всякую ерунду и приезжай. Я в Южном.

Олег не старался понять хоть что-то, а просто следовал за событиями, тем более что другого выбора у него и не было: под дулом пистолета инициатива весьма ограничена. А Чиркова убрала мобильник в карман шубы и скомандовала:

– Вон к тем воротам, к зеленым.

Олег повернул, куда была сказано, и, едва «Ауди» оказалась напротив, тяжелая темно-зеленая створка поползла вбок, за ней показался большой, расчищенный от снега двор, аккуратные сугробы по периметру, деревья, живая изгородь, темная и даже на вид колючая, и пара крепких ребят, настороженно провожавших машину взглядами.

– К крыльцу!

Олег остановил машину напротив широких длинных ступеней. Чиркова, не дождавшись, когда ей откроют дверцу, выпорхнула наружу и, прикрыв пистолет рукавом шубы, крикнула подбежавшей охране:

– Это мой новый водитель! Станислав Игоревич в курсе!

Парни мигом отвалили, напоследок смерив Олега оценивающими взглядами. Показалось или нет, но одно лицо было знакомым – Олег видел его недавно и даже вспомнил, где именно: этот человек сидел рядом с водителем зеленого «Паджеро». Узнал ли тот Олега, по виду парня было непонятно, он быстро оглядел «нового водителя» и что-то сказал напарнику. Олег отвернулся и пошел за Чирковой к дому.

В просторном холле с окнами от пола до потолка, заставленном кадками с зеленой растительностью, поджидали еще двое. Их Чиркова и взглядом не удостоила, те разошлись по сторонам, и Олег чувствовал спиной их взгляды, пока шел за ней к лестнице, что вела вниз.

Дергаться было бесполезно, да и чревато – дом набит охраной, и она мигом разорвет любого, на кого укажет хозяйка. Она пока не торопилась отдать приказ, провела Олега по ярко освещенному коридору полуподвала и показала на дверь в самом конце:

– Туда, и без глупостей.

«Какие уж тут глупости!» Олег вдруг успокоился, волнение как рукой сняло, голова стала легкой и отлично соображала, мысли не путались, сердце билось ровно, в такт дыханию. А чего психовать без толку – дело идет к финалу, разве не этого он ждал, не этого хотел? Еще как хотел, только никак не думал, что все решат за него, а место и время выберет вот эта красотка, которая, если подумать, и стала всему виной. Он спокойно вошел в небольшую комнату, что-то вроде гостевой или помещения для прислуги, сел на диван под узким окном и огляделся. Стол, стулья, два кресла, шкафы с глухими створками, еще один диван напротив, черная «плазма» на стене – чисто, холодно и неуютно. Комната походила на приемную чиновника средней руки, Чиркова расстегнула шубу, под которой оказалось темное платье до колен, села у стола, положила пистолет перед собой и закурила, стряхивая пепел в блюдце из светлого тяжелого камня. На пленника она старалась не смотреть, глядела то в стену перед собой, то в столешницу и даже не обернулась на тихий деликатный стук в дверь.

– Что надо? – крикнула она, не повернув головы. Дверь приоткрылась, раздался негромкий голос, но человека Олег не разглядел, его скрывала створка.

– У вас все в порядке?..

– Да, да, идите к черту! Когда Стас приедет, проводите его сюда. И проваливайте!

Дверь немедленно закрылась. Чиркова бросила окурок в пепельницу, потянулась к лежавшей рядом пачке за новой сигаретой. Пистолет отъехал к краю стола – она задела его рукавом шубы, и оба заметили это. Олег подался вперед, но Чиркова быстро накрыла оружие ладонью и усмехнулась:

– Не дергайтесь, Покровский! Сейчас приедет мой муж, и вы решите с ним все свои вопросы, потерпите немного.

Закурила уже третью по счету сигарету, выпустила в воздух струйку синеватого, пахнущего вишней дымка, и его отнесло к окну.

В ее словах, голосе и нарочито расслабленной позе – нога на ногу, в сигарете в тонких пальцах, в перекинутых на одно плечо длинных волосах было что-то если не фальшивое, то уж точно далеко стоящее от истинных эмоций и чувств. Ни криков, ни проклятий, ни оскорблений, она не зовет охрану, не пытается давить на «гостя», а просто ждет, когда ее благоверный примчится домой, будто сюрприз ему готовит. А ведь так оно и есть, черт возьми…

Олега точно кипятком ошпарило, он поймал взгляд Чирковой, посмотрел ей в глаза и спросил:

– Что вы задумали? Что это за игра?

Он примерно догадывался, к чему все идет, но женщина лишь злобно глянула на него, затянулась, выдохнула дым и проговорила в ответ:

– Скоро вы все узнаете, а пока молчите, вы действуете мне на нервы.

Сверху вдруг послышался металлический грохот, потом гул двигателя, потом раздались голоса. Чиркова подобралась, положила пистолет себе на колени, накрыла его ладонью, но это видел только Олег. Любой, кто вошел бы в комнату, увидел лишь, как она курит, повернувшись спиной к двери. Голоса стихли, потом в коридоре загрохотали шаги. Сюда шли человек пять, а то и больше. Олег напрягся и не сводил с двери взгляд. Краем глаза он видел Чиркову, та откинулась на спинку стула и смотрела куда-то вбок, еле сдерживая при этом улыбку. «Она чокнутая, точно», – отпали последние сомнения, и тут дверь распахнулась. Первым в комнату влетел тот самый юноша из «Паджеро», уставился на Олега и, судя по зверской роже, едва сдерживался, чтобы не ткнуть в него пальцем и не заорать: «Вот он, держите его!» Но парня мигом отодвинули в сторону, и на пороге появился высокий плотный человек, мощный, резкий, короткие светлые волосы растрепаны, лицо багровое, то ли от ветра, то ли от злости. Охрана расступилась перед ним, он вошел в комнату, шагнул к Чирковой, которая его и взглядом не удостоила, и вдруг точно на барьер напоролся, замер на месте, не сводя с Олега глаз.

Они моментально узнали друг друга, и Олег почувствовал, как сводит скулы, а перед глазами все плывет. В точности как тогда, в отделении на Валовой, когда от боли и унижения он не понимал, что происходит. Но это пять лет назад, а сейчас все предельно ясно – из этой комнаты выйдет только один из них, и пока весь расклад в пользу бывшего следователя.

– Это Покровский, – не поворачиваясь к мужу, сказала Чиркова. – Ты же его искал, верно?

Еще как верно – тот аж побледнел от неожиданности, глупо вытаращился на Олега, и тот окончательно убедился – Чиркова ничего не сказала мужу о разговоре с его «кровником», она ведет свою игру, и это ей пока неплохо удается. Чирков дернул ртом и проговорил, еле ворочая языком:

– Оля, выйди, пожалуйста. Я потом тебе все объясню…

Она вскочила с места, повернулась на каблуках и прошептала, глядя мужу в глаза:

– Не надо мне ничего объяснять, я все знаю, Стас, он рассказал мне и не обманул, как я думала сначала. Ты скот, Чирков, скот и убийца, ты убил моих детей! Ты подонок, я хочу, чтоб ты сдох!

Тот глянул на жену, повернул голову, мотнул подбородком, и охрану вмиг вымело из комнаты. Дверь закрылась сама собой, и стало очень тихо.

– Ты был прав, он не умер, – продолжала Чиркова, отходя к дивану, где сидел Олег. – Я слышала твой разговор, когда ты сказал: ищите Покровского, это подстава, убит не тот. Я нашла его и привела к тебе. Ты доволен?