Избранная. Между любовью и долгом (СИ) - Геррер Мария

Потянула за вышитую сонетку у окна и велела горничной принести коньяк.

– За удачу, – провозгласил пес. – Скоро она понадобится всем.

– За нее, – я стукнула краем фужера о миску Були. – И за мое ангельское терпение. Даже не знаю, как я буду жить рядом с Императором.

– Молча, – Буля громко залакал коньяк. – Как только ты передашь энергию артефакту и забеременеешь, он от тебя отстанет.

– С артефактом все пройдет быстро. А вот про последнее мне даже думать не хочется, – призналась я и залпом осушила бокал. – Император хочет двух наследников.

– Да, тут тебе не позавидуешь. И не стесняйся называть вещи своими именами. Беременность вполне приличное слово. Кроме всех прочих достоинств, наш Император очень плодовит. У него масса  побочных детей и от дворянок, и от крестьянок, и от горничных. Надеюсь, у вас все получится быстро.

– Утешил, нечего сказать, – я налила нам еще коньяка. – Хорошо бы с первого раза. А в местных аптеках есть тест на беременность? Чтобы сразу показал, а не ждать несколько дней.

– Такого нет, но есть придворная акушерка. Она практически сразу определяет, как все прошло. И ошибается редко.

– Тогда я поселю ее в соседней комнате. И маркиза Шерр угомонится, надеюсь, когда узнает, что я беременна.

– Ну, эта курица так просто не успокоится. Ревнива до безумия. Не забывай регулярно принимать противоядие от греха подальше.

– Император приставил ко мне дегустатора.

– Очень мудро с его стороны. Но лучше подстраховаться.

– Как же тут все тоскливо. Хороша жизнь во дворце, нечего сказать! – я выпила коньяк и поскорее закусила его шоколадом.

– Сама-то не увлекайся алкоголем, – наставительно произнес пес. – Я тебя, конечно, понимаю. Но не стоит уподобляться Его Величеству, даже когда на душе серая хмарь.

Глава 32

Через шесть дней вернулся почтовый голубь с запиской от Грега. Он благополучно добрался до места и снова благодарил меня за спасение.

К лапке голубя была привязана зеленая лента. Значит, все прошло удачно. Никакого обмана со стороны Императора.

Слезы навернулись на глаза. Все-таки я редкая дура. Надо было сказать Грегу, что люблю его. Пусть мы не будем вместе, пусть он не любит меня. Разве обязательно иметь ответ на свои чувства? Моя любовь согрела бы его в далеком холодном замке.

*   *   *

Подготовка к свадьбе Императора шла стремительно. Уже давно были разосланы официальные приглашения главам дружественных государств. Местная знать боролась за право присутствовать на церемонии. Для этого пускали в ход все связи и возможности.

Даже меня засыпали просьбами походатайствовать перед Его Величеством. Все письма я выбрасывала. Я тут никого не знаю и вообще, мне совершенно безразлично, кто будет приглашен на свадьбу и как все пройдет.

Император повелел провести несколько репетиций церемонии венчания и коронации. Он желал, чтобы все было идеально.

На меня надели пышное парчовое платье и мантию. Я выглядела величественно. Но платье противно кололо тело серебряными нитями даже через белье. Спину оттягивала тяжеленная мантия. Четыре пажа мученически таскали ее за мной.

Роль Императора изображал Премьер-Министр. От этого становилось еще тоскливее.

С венчанием все было просто. Я говорила «да»,  повторяла короткую клятву и все. Император после этого целовал меня. Дэну это, разумеется, дозволено не было.

А с репетицией коронации для меня началась настоящая мука. Дэн стоял на возвышении, а я должна была опускаться перед ним на колени для того, чтобы он возложил на мою несчастную голову муляж короны Императрицы.

Дэн торжествующе улыбался, и в очередной раз заявлял, что я слишком медленно преклоняю колени. Или наоборот, бухаюсь на них, словно устала от непосильной работы. Ему нравилось смотреть на мое унижение. Он получал от этого удовольствие и даже не пытался скрыть его.

– Грациознее, пожалуйста, метта Элинор, – раз от раза повторял он. – Больше смирения и достоинства.

– А что, это совместимо? – не выдержала я.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Разумеется. Императрица обязана быть смиренной, но не до раболепства. И ее величие не должно подавлять подданных. Поэтому найдите баланс. Пусть ваше лицо сияет чистотой, невинностью и гордостью за оказанную вам честь.

Мне хотелось пришибить Дэна чем-нибудь тяжелым. Хотя бы бутафорским скипетром, которым он каждый раз царственно касался моего плеча, изображая императора.

– Легче преклоняйте колени. Вы же не на рынке милостыню просите. Изящнее, изящнее. Попробуйте еще раз.

– Хватит, я устала, – наконец заявила я. – Закончим с этим.

– Не вам решать, – усмехнулся Дэн. – Небольшой перерыв и продолжим. Чаю метте Элинор. И немного печений. Вам не стоит увлекаться мучным до свадьбы. Это может испортить фигуру раньше времени.

– Не смей дерзить невесте Императора! – взорвалась я.

– Смиренно прошу простить, если прогневал вас, – согнулся в поклоне Дэн. Он нагло смотрел мне в глаза и мерзко улыбался. – Клянусь,  не хотел оскорбить вас. Я всего лишь забочусь о том, чтобы бракосочетание Императора и ваша коронация прошли блестяще.

Я отказалась от чая. Расстегнула застежку на мантии и сбросила ее с плеч. Подошла к приоткрытому окну. Свежий ветерок ласкал мое лицо, играл прядями волос. В парке никто не гулял. Одинокий садовник неспешно подстригал кусты вдоль серой гранитной дорожки.

Деревья покрыла молодая листва. Буйно цвели какие-то кустарники. Хотелось вырваться прочь из дворца.

Но я поселилась в этой золотой клетке навечно. И мне предстоит делать только то, что позволено Императрице. А позволено ей совсем немного. Присутствовать на балах и некоторых государственных мероприятиях, рожать детей, поддерживать магией энергию главного артефакта. Еще можно читать и вышивать. Все, больше ничего.

– Почему вы так грустны, метта Элинор? – голосом змея–искусителя вопросил Дэн, подойдя ко мне. – Вам следует радоваться, что все так удачно для вас сложилось.

Я проигнорировала вопрос и даже не обернулась в сторону Дэна.

– Прими вы в свое время мое предложение, то сейчас не тосковали бы, – продолжил он. – Кажется, визит маркизы Шерр вас не приободрил? Очень целеустремленная дама. И умеет добиться своего любой ценой. Такой лучше дорогу не переходить. Будьте с ней осторожны.

Уж слишком хорошо этот мерзавец осведомлен о том, кто ко мне приходил и зачем.

– Ты следишь за мной? – возмутилась я.

– Нам следует соблюдать этикет. Будет лучше, если вы станете при придворных обращаться ко мне на «вы», – снова гаденько ухмыльнулся Дэн. – Не стоит всем знать, что мы давние знакомые и были даже обручены. Кстати, я доложил об этом Его Величеству. Иметь секреты от Императора неразумно. Это может привести к роковым последствиям.

Похоже на очередную угрозу.

– Нет у меня секретов, – отрезала я. – Так что не надо меня запугивать. Не получится.

– Помилуйте, метта Элинор, я не запугиваю, я даю добрый совет, – лицемерно протянул Дэн.

– Я в них не нуждаюсь, – огрызнулась в ответ. – Я готова продолжить. Надеюсь, сегодня последняя репетиция?

– Все зависит только от вас. Пока церемония коронации у вас не получается. Величия не хватает.

Дэн откровенно издевался надо мной.

– Значит, сойдет и так, – прорычала я, теряя терпения. – Еще один раз и все, больше никаких репетиций. Так и передайте Императору. Мне этот балаган надоел. Может искать другую невесту, если я недостаточно хороша.

– Хорошо, я понял, что вы очень устали, – миролюбиво кивнул Дэн.

– Вот и чудно.

Две служанки накинули мне на плечи тяжелую мантию.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Так, все по местам, – голосом заправского режиссера скомандовал Дэн  и хлопнул в ладоши. – Еще раз и на сегодня закончим.  Живее, живее!

Пажи поднялись с пола, где играли в кости, и встали позади меня. Юноша с крыльями за спиной взял алую бархатную подушку с короной и встал на колени на возвышении. Верховный Старейшина расположился рядом с ним и эффектно оперся на посох.