Имам Шамиль - Шапи Казиев

Приговоры утверждал наиб, а исполняли их мюриды. Но бывали случаи, когда за дело брался сам Шамиль.

Существует предание, что однажды представители общества, попавшего под власть царского командования и не имевшего сил к сопротивлению, попросили мать Шамиля убедить его, чтобы тот или защитил их, или разрешил им сделаться «мирными». Разгневанный имам объявил, что предательство карается по меньшей мере сотней палочных ударов и что исключений не будет ни для кого. Потрясенное население с ужасом ожидало исполнения приговора над старой женщиной. Экзекутор не посмел сильно бить старую женщину, но и после пяти его ударов та лишилась чувств. Тогда Шамиль взял остальные удары на себя и объявил экзекуторам, что отрубит им руки, если они будут бить его не в полную силу. Виновники столь впечатляющего события уже прощались с собственной жизнью, но Шамиль отпустил их, велев передать всем то, что они увидели и услышали. После этого никто уже и не помышлял о решении своих проблем подобными способами. Этот случай приводит в своей книге М. Гаммер, память о нем сохранилась также в народных преданиях в различных вариантах.

Наказания были самые разные. Некоторые из них совмещали в себе назидание и развлечение для горцев. За курение табака в носу виновного проделывали дырку и продевали в нее веревку, на которую нанизывали трубку или табачные листья. Точно так же подвешивали к носу вора украденную вещь, если кража случалась впервые и была незначительной. При повторении преступления воров ожидало куда более строгое наказание, вплоть до отрубания руки и даже казни. Пьяниц окунали в чан с вином, пока они не начинали захлебываться, при этом остальные осыпали грешников грязью и коровьим пометом. Были и более позорные наказания, об одном из которых свидетельствует письмо Шамиля: «…Провези ее по всему селению, посадив верхом на осла и вымазав ей лицо сажей, прикажи бить ее без пощады ногами, а затем прогони из села как подлую собаку — без всякого снисхождения».

При наибах состояли дибиры, управлявшие отдельными участками наибства. Им подчинялись выборные старшины сел, руководившие, в свою очередь, делами джамаатов (сельских общин).

В ведении дибиров находились и татели, следившие за общественной нравственностью, точным исполнением предписаний религии и недопущением действий, вредных для безопасности государства. Они же приводили в исполнение приговоры, предусматривавшие телесные наказания. Причем за каждый удар палкой сверх назначенного количества татель мог подвергнуться десяти ударам рукою наказуемого.

Стать наибом мог любой горец, независимо от происхождения, национальности или имущественного состояния. Все зависело от его человеческих качеств и преданности общему делу. Такая демократичность поддерживала в народе уважение к власти и ее учреждениям.

Над несколькими наибствами назначался мудир (генерал-губернатор), представлявший имама и верховную власть.

Такая структура, в которой каждый знал свои права и обязанности, обеспечивала точное выполнение законов и распоряжений властей, регулировала общественную жизнь и соответствовала военным потребностям государства.

Устраивая порядок в обществе, Шамиль позаботился и о введении внешних отличий между разными званиями и должностями.

Отличие это заключалось в цвете чалмы. Кадиям, муллам и другим ученым людям — алимам был присвоен зеленый цвет. Хаджиям — мекканским пилигримам, особо уважаемым в народе,— гранатовый, наибам — желтый и т. д. Сам Шамиль носил белую чалму, как и все простые мюриды. Впрочем, эти головные уборы не были чалмой в ее натуральном виде. Для горцев, занятых войной, это было бы слишком хлопотно и не всегда по средствам. Роль чалмы в горах исполнял кусок кисеи или другой материи, обернутой вокруг обычной папахи.

Для упорядочения деятельности наибов и других должностных лиц Шамиль издал специальный низам.

Положение о наибах

Глава первая

Должно быть исполняемо приказание имама, все равно, будет ли оно выражено словесно, или письменно, или другими какими-либо знаками, будет ли оно согласно с мыслями получившего приказание, или не согласно, или даже в том случае, если бы исполнитель считал себя умнее, воздержаннее и религиознее имама.

Глава вторая

Должно быть приводимо в исполнение приказание его векиля (представителя) по всем необходимым делам, как, например, выход на войну или на работу, подобно тому, как исполняется приказание самого имама — без лицемерия.

Не исполнивший сего наиб низводится на должность начальника сотни.

Глава третья

Когда в чьем-либо наибстве произойдет несчастье, прочие наибы должны спешить на помощь, как только узнают о том, без замедления, и оказать должную помощь, забыв все враждебные отношения друг к другу.

Не исполнивший сего наиб низводится на должность начальника сотни.

Глава четвертая

Не должно быть оставляемо без взыскания, когда кто будет порицать имама, или этот низам, или службу наибов.

Виновный в таком порицании наказывается выговором при народе.

Глава пятая

Не должно наговаривать (одному наибу на другого) перед имамом, хотя бы они знали друг о друге в действительности предосудительные поступки.

Глава шестая

Не должны быть беспечными относительно охранения страны своей и границы днем и ночью, невзирая на то, находится ли граница в опасности от вторжений неприятеля.

Глава седьмая

Не должны одобрительно относиться к мнению народа, клонящемуся к нарушению порядка в делах необходимых, как то: в постройке оборонительных стен, в защите границ, пресечении неприятелю путей и прочего.

Виновный в этом наиб низводится на должность начальника сотни.

Глава восьмая

Должны удерживать себя и сослуживцев своих от взяточничества, потому что взяточничество есть причина разрушения государства и порядка.

Взятка отбирается, поступок оглашается и виновный арестовывается на 10 дней и 10 ночей.

Глава девятая

Если войска отправятся в какую-нибудь страну с имамом или с тем, кому он поручит предводительство над ними, то они должны идти в порядке, куда поведет их старший,— каждая часть под значком наиба своего, отнюдь не смешиваясь с другими частями.

Нарушитель порядка сего наказывается публичным выговором.

Глава десятая