Противостояние - Стивен Кинг

– Испугаешься тут. По-вашему выходит, что я уже вроде как мертвец.

– Я не хочу, чтобы ты умер, – сказал Девинз. – Но мне надо было тебя напугать. Если ты войдешь в зал суда с глупой и самодовольной ухмылкой на роже, тебя немедленно прикрутят ремнями и врубят ток. Будешь сорок первым. Но если будешь слушать меня, то, может быть, мы прорвемся. Я ничего не гарантирую, но слабая надежда есть.

– Ну?

– Нам надо рассчитывать на присяжных, – сказал Девинз. – Двенадцать болванов с улицы. Я был бы рад, если бы присяжными оказались сорокадвухлетние престарелые леди, которые до сих пор помнят «Винни Пуха» наизусть и в детстве устраивали похороны птичкам на заднем дворе. Когда набирают состав присяжных, их очень хорошо информируют о вердикте по делу Маркхема. Они не выносят смертный приговор, который может быть приведен в исполнение через шесть месяцев или через шесть лет после его вынесения, когда они уже давно про него забудут. Парень, которого они приговорят к смерти, отправится на небеса через одну-две недели. В некоторых случаях само знание об этом заставляло присяжных вынести вердикт о невиновности. В некоторых случаях они оправдывали явных убийц только потому, что не хотели, чтобы кровь у них на руках была такой свежей. Хотя сорок человек и казнили в соответствии с вердиктом по делу Маркхема, но требование смертной казни по таким делам выдвигалось целых семьдесят раз. Из тридцати избежавших смерти двадцать шесть были признаны невиновными судом присяжных, и лишь четыре раза приговор был отменен выездной сессией суда по особо тяжким преступлениям – один раз в Южной Каролине, два раза во Флориде и один раз в Алабаме.

– А в Аризоне?

– Ни разу. Я же тебе говорил. Кодекс Запада. Эти пятеро старичков хотят усадить тебя на сковородку. Если мы не отстоим тебя перед присяжными, тебе крышка. Могу дать девяносто против одного.

– Сколько человек было признано невиновными постоянным составом присяжных в Аризоне?

– Двое из четырнадцати.

– Шансы не из лучших.

Девинз обнажил зубы в своей кровожадной улыбке.

– Следует отметить, – сказал он. – Что один из этих двух находился под защитой вашего покорного слуги. Он был виновен, как смертный грех, Ллойд. Совсем как ты.

– Если меня признают невиновным, они ведь не могут привлечь меня снова, а?

– Ни в коем случае.

– Так что либо все, либо ничего.

– Да.

– Черт, – сказал Ллойд, вытирая лоб.

– Раз ты понял ситуацию, – сказал Девинз, – и понял, на чем будет основано наше сопротивление, то перейдем к делу. Ты сказал мне и полиции, что ты… эээ… – Он достал из портфеля бумаги, посмотрел их и выудил нужный лист. – Ага, вот оно: «Я никого не убивал. Всех убил Поук. Это была его идея, а не моя. Поук был чокнутый, и по-моему, это большая удача, что он подох».

– Да, так оно и есть. Ну и что? – сказал Ллойд опасливо.

– А то, – сказал Девинз, – что ты боялся Поука Фримена. Ты боялся его?

– Ну, не совсем так…

– Ты боялся, что он тебя убьет.

– Да, но…

– Боялся до ужаса. Поверь в это, Сильвестр.

Ллойд нахмурился. Он выглядел как старательный студент, который никак не может ухватить смысл услышанного.

– Не позволяй мне вести тебя, Ллойд, – сказал Девинз. – Я не хочу этого. Тебе может показаться, что я хочу представить дело так, будто Поук все время был под действием наркотиков…

– Но он действительно был под кайфом! Мы оба были!

– Нет. Ты не был, а он был. А когда он нахмурился, он совсем сдвинулся…

– Парень, да ты, пожалуй, прав. – В памяти Ллойда возник призрак Поука Фримена, который весело завопил «Ннннноооо!» и выстрелил в женщину, стоявшую у прилавка.

– И он несколько раз угрожал тебе оружием, когда…

– Нет, он никогда…

– Угрожал. Он сказал, что убьет тебя, если ты не будешь ему помогать.

– Ну, у меня был автомат…

– Я уверен, – сказал Девинз, пристально глядя на Ллойда, – что если ты хорошенько пороешься в памяти, то вспомнишь, как Поук сказал тебе, что автомат заряжен холостыми. Вспоминаешь?

– Ну, когда вы мне об этом напомнили…

– И именно ты был удивлен больше всех на свете, когда из него стали вылетать настоящие пули, верно?

– Точно, – сказал Ллойд и энергично кивнул. – Меня чуть удар не хватил.

– И ты уже собирался направить автомат на Поука Фримена, когда его пристрелили, избавив тебя от этой необходимости.

Ллойд посмотрел на адвоката с зарождающейся надеждой во взгляде.

– Мистер Девинз, – сказал он чрезвычайно искренне, – именно так и было дело.

Глава 24

Ник Андрос отдернул одну из занавесок и выглянул на улицу. Отсюда, со второго этажа дома, который раньше принадлежал Джону Бейкеру, просматривался почти весь город. На главной улице никого не было видно. Жалюзи на окнах всех основных учреждений были опущены. Посреди дороги сидела собака. Бока ее раздувались, а изо рта выходила белая пена. В восточной канаве лежал труп еще одной собаки.

Он задернул занавеску и подошел к проснувшейся женщине. Джейн Бейкер была вся обложена одеялами, так как пару часов назад у нее начался приступ озноба. Теперь с ее лица струился пот, и Ник с удивлением заметил, что в некоторых местах ее тонкая ночная рубашка пропотела насквозь и стала прозрачной. Но она его не видела, и он подумал, что в данной ситуации ее частичная нагота едва ли имеет значение. Она умирала.

– Джонни, принеси таз. По-моему, меня сейчас вырвет! – закричала она.

Он вынул таз из-под кровати и поставил перед ней, но она дернулась, и он упал на пол с глухим грохотом, который Ник не услышал. Он подобрал таз и держал его в руках, наблюдая за ней.

– Джонни! – вскрикнула она. – Не могу найти коробку с иголками и нитками! Ее нет в шкафу!

Никогда еще ему не приходилось так горько сожалеть о своей немоте, так как в последние два дня. Брейсмен, методистский священник, был с ней двадцать третьего числа, когда пришел Ник. Он читал ей библию в гостиной, но было видно, что он нервничает и ему не терпится уйти. Легко было понять, почему. Жар придал ее внешности какое-то розовое, девичье свечение, которое никак не вязалось с ее горем. Возможно, священник боялся, что она заразит его. Но скорее всего, он просто стремился поскорее забрать семью и уйти через поля. Новости быстро передаются по маленькому городку, и многие уже решили уйти из Шойо.

После того, как около двух суток назад Брейсмен ушел, все превратилось в какой-то кошмар наяву. Миссис Бейкер стало хуже, настолько хуже, что Ник боялся, как бы она не умерла до захода солнца.