Жак де Моле: Великий магистр ордена тамплиеров - Ален Демюрже

Разработка и обсуждение

Теперь рассмотрим вопрос, как запрашивались и писались эти памятные записки и как они были переданы адресату — папе Клименту V.

Жак де Моле и Фульк де Вилларе были — выразимся официально — приглашены папой 6 июня 1306 года. Но на самом деле проект объединения орденов вокруг папы существовал и раньше. Новые сведения найдены опять-таки в архивах Арагонской короны. 26 и 27 января 1306 г. Жак де Моле написал два письма, одно — своему другу Педро де Сан-Хусто, второе — королю Хайме II . Он сообщил им, что отправил послом в Арагон Педро де Кастильона, казначея ордена. Это был катадонец, о котором я уже говорил, что он занимал ряд второстепенных постов в командорствах ордена Храма в этой провинции;[483] ему было поручено обсудить дела дрма. В письме Педро де Сан-Хусто великий магистр добавляет, что он вспомнил: «Ранее мы велели Вам лично прибыть в монастырь при ближайшей переправе [то есть весной]». Но, пишет он, «в сем случае мы хотим оказать Вам особую милость и предоставляем на Ваше усмотрение выбор, ехать или оставаться» (Педро де Сан-Хусто предпочтет ехать на Кипр). Таким образом, капитул предполагался довольно важный, коль скоро великий магистр уведомлял о нем некоторых командоров Западной Европы, а не только магистров провинций. В марте того же года магистр провинции Арагон Беренгер де Кардона информировал Арно де Баньюльса, командора Пеньисколы, что получил письмо от «сеньора заморского магистра», где тот дает знать, что, «по причине письма папы об общей переправе», требует от Кардоны прибыть в августе на Кипр для совещания.[484] В другом письме тому же Арно де Баньюльсу Беренгер де Кардона сообщает, что должен ехать на Кипр в сопровождении двух других братьев и слуги командора Миравета.[485]

А 20 июня 1306 г. Педро де Кастильон, посол великого магистра в Арагоне, передавал Педро де Сан-Хусто, который еще не уехал, новые важные сведения:

Мы сообщаем Вам, сеньор: сеньор магистр сей земли [Беренгер де Кардона] получил нести из римской курии [из Пуатье], что досмотрщик Франции и командор Португалии, по повелению папы […], на ближайший День всех святых прибудут к нему и что они не должны ни ехать на Кипр, ни что-либо туда посылать. Великий магистр на означенный день приглашен к папе. И еще знайте, что оный командор Арагона получит сие повеление в некие дни означенного года. Великий магистр Госпиталя, прочие командоры означенного ордена, как и прочие ордены, имеющие владения, получили или получат таковое повеление, объясняемое тем, что следует обсудить объединение орденов.[486]

Таким образом, Педро де Кастильон знал о письме папы от 6 июня, созывавшем обоих великих магистров и других командоров в Пуатье на ближайший День всех святых или последующие две недели.

Значит, Жак де Моле, прежде чем получил это письмо, уже пригласил главных сановников своего ордена на Западе приехать на Кипр в августе. Папское приглашение на 6 июня составляло, таким образом, часть процедуры, уже начатой папой (причем, вероятно, начиная с его коронации в ноябре 1305 г.), — процедуры, о которой Моле знал, поскольку, исходя из полученных сведений, организовал совещание сановников своего ордена. Письмо папы уточняло место встречи (Пуатье) и дату (День всех святых), но вынуждало Моле отказаться от совещания, которое он рассчитывал провести в августе, до встречи с Климентом V. Очевидно, на этих совещаниях предполагалось выработать и записать позицию ордена Храма по обоим обсуждаемым вопросам — крестового похода и объединения орденов. В послании, датированном 15 ноября 1306 г., Климент V напоминает Гуго де Перо, что потребовал от него отказаться от поездки на Кипр, чтобы послужить Святому престолу.[487] Зато как Беренгер де Кардона, так и Педро де Сан-Хусто до острова добрались. Они не могли не получить информации о последних перипетиях; значит, они сами решили ехать; впрочем, сомнительно, чтобы папа передавал им какой-либо приказ того или иного содержания. У Климента V с ними не было настолько тесных связей, как с Гуго де Перо.

Следовательно, обе памятных записки Жака де Моле были написаны на Кипре вместе с присутствовавшими чиновниками ордена и «достойными людьми».

Возникает вопрос, каким образом эти памятные записки дошли до папы. Разные историки предлагают одну дату — декабрь 1306 г. и в качестве посредника — Юм-бера Блана, магистра Оверни и Лимузена.[488] Последнее утверждение не имеет никаких оснований, тогда как дата представляется вероятной. Имя Юмбера Блана с этой историей связали, произвольно соединив уже упомянутое письмо от 6 июня с набором из трех других писем понтифика, датированных 13 июня и имевших отношение к магистру Оверни. В этих трех письмах есть одинаковые части: первая, где содержится обращение к королям, князьям, епископам и клирикам, рекомендует им Юмбера Блана и Пьера де Лангра, гражданина Марселя, представленного как «адмирал галер, посланных на помощь Святой земле», и просит споспешествовать их предприятию по оказанию помощи латинским государствам; две других части касаются двух этих персонажей — поскольку они решили бороться с неверными и с нечестивыми христианами, которые торгуют с таковыми, им будет дозволено атаковать корабли последних и грабить их; кроме того, папа также предоставлял им привилегию брать на борт священника, правомочного исповедовать взятых в плен дурных христиан и отпускать им грехи, естественно, если те покаются.[489]

История с этой затеей по-прежнему интригует. Надо ли видеть в ней личную инициативу двух этих людей? Или же ее следует связать с проектом крестового похода, который предложил Жак де Моле?

Можно предположить, что это была инициатива на месте, поддержанная папой. В таком случае речь шла о каперстве, а не о простом пиратстве, под покровительством Святого престола и при поддержке суверенов Запада.[490] Однако трудно представить, чтобы магистр ордена Храма был не в курсе столь важной инициативы провинциального магистра в то время, когда сам готовил план крестового похода.

Нужно ли связывать эту инициативу с тем, что писал Жак де Моле в своей памятной записке о крестовом походе? Приведу одну фразу из этого текста, имеющую несколько темный смысл:

Также я считаю нужным и весьма одобряю, если Вы снарядите десять галер, как можно скорее […], с тем, чтобы они могли оборонять Кипрское королевство и охранять море, и тем самым противодействовать тому, чтобы дурные христиане могли снабжать сарацин; […] что до необходимых денег, я предоставлю их секретно, если Вам угодно, как я сочту уместным…[491]

Если, как мы только что видели, подготовка к встрече с папой началась весной 1306 г. и даже раньше, не исключено, что какие-то конкретные приготовления могли произойти до того, как их ясно опишут. Жак де Моле в памятной записке просил зафрахтовать корабли зимой 1306 г., чтобы следующей весной они уже могли действовать. Инициатива Юмбера Блана — Пьера де Лангра, отраженная в папских письмах от 13 июня 1306 г., могла входить в состав этого плана. Идея создания маленького флота для блокады Египта стала, как мы видели, общим местом и встречалась в то время во всех трактатах о крестовом походе, какие бы решения ни предлагались. С марта 1306 г. тамплиерам было известно, что ведется серьезная подготовка проекта крестового похода; можно было, не дожидаясь его оформления, заняться организацией некоторых его практических аспектов.

Да простят мне это отступление, и я вернусь к своему первоначальному утверждению, чтобы заключить: в содержании трех писем, проанализированных выше, ничто не позволяет сделать вывод, что памятные записки Жака де Моле папе передал Юмбер Блан. Гонец магистра выехал до него. Записки на Запад вполне мог доставить гонец; возможно, они были отправлены раньше, чтобы дошли до декабря, или магистр просто-напросто привез их сам.

Итак, в октябре Жак де Моле готовился отплыть во Францию. За исключением Рембо де Каромба, великого командора, он оставлял все руководство ордена на месте и назначал маршала Эймона д'Уазеле наместником на время своего отсутствия. Когда это было? Раньше 20 октября: в письме, датируемом этим днем (имеется в виду разрешение Педро де Сан-Хусто вернуться в свою страну), Эймон д'Уазеле подписывается как носитель этого титула.[492] Такое было обычной практикой как на центральном, так и на провинциальном уровне. Но этот факт не дает нам даты отъезда Жака де Моле.

Дорогу нам укажет Беренгер де Кардона. Ненадолго последуем за ним. Он выехал на Кипр после 10 августа 1306 г. — несомненно позже, чем собирался.[493] Высадился на острове в Фамагусте до 8 октября — даты, когда он прибыл в Лимасол. Встретился с магистром (Жаком де Моле), который готовился ехать на Запад. Провел с ним три дня, и магистр уехал. Поскольку на Кипре Беренгеру делать было больше нечего, он в свою очередь решил уехать. Но, когда он должен был отплыть из Фамагусты, он заболел четырехдневной лихорадкой, отложил отъезд, вернулся в Лимасол, стал лечиться и выздоровел. Тогда он отплыл, но уже зимой, и его судно зазимует в Кандии на Крите. Это оттуда он написал своим каталонским братьям, что покинет Кандию в марте 1307 г. и надеется достичь Барселоны до Пасхи.[494] Так и случится.