Мятежница и менталист - Эль Бланк

Я ждала возмущений, критических замечаний — все же привела девушку без разрешения. Однако Марк отреагировал на это абсолютно спокойно. Похоже, давно уже смирился со своим призванием спасителя и покровителя женщин.

А вот Карен, который забежал пообедать, узнав новость, явно не обрадовался. Орать и выгонять не стал, но физиономию скривил. Я даже предпочла отправить Вику наверх, чтобы наш разговор с Кареном прошел без свидетелей. И все равно мужчина смотрел очень недружелюбно, демонстрируя свое неодобрение, вероятно считая себя полноправным хозяином особняка. Да только я тут тоже не пустое место, третий этаж в моем распоряжении, привожу кого хочу.

Наверное поэтому и на мой закономерный вопрос о гонораре отреагировал де’Лоста раздраженно:

— Так быстро дела не делаются, Кара. Денег у меня нет. Понадобились вещи, так иди и возьми все, что приглянется. Магазины здесь есть. Не забудь найти приличное платье, у нас будут гости. Кому и за что ты должна платить, если мы тут хозяева?

— Подобное поведение общественность не одобрит. Ты так легко разрушишь свою репутацию? — возмутилась я вопиющей самонадеянности и идее уподобиться бандитам.

— Мне наплевать на чужое мнение! — отрезал Карен. — Я же говорил тебе, что устал от всего. Какая разница — действовать правильно или неправильно? И мне безразлично, и им тоже! Мы всего лишь пешки в чужой игре.

Я невольно посмотрела на Марка, который внимательно прислушивался к разговору, хоть и делал вид, что занят сервировкой. Вот только комментировать тот ничего не стал, едва заметно безразлично пожал плечами, и продолжил накрывать на стол.

И лишь когда Карен, торопливо доев второе и швырнув приборы на стол, помчался по своим делам, Марк достал из кармана карточку и протянул мне со словами:

— Тут немного, но тебе на одежду хватит.

Глядя на маленький пластиковый прямоугольник-накопитель — настолько старое средство расчетов, которое осталось в ходу разве что вот в таких отсталых местах, как Марсианская колония, — я растерялась. С одной стороны, чувствовала огромную благодарность к мужчине, который не пожелал чтобы я позорилась и уподоблялась мародерам, и предложил привычный и нормальный способ получения вещей. С другой, мне было крайне неловко, что Марк ущемил свои интересы, несомненно отдав свои личные сбережения. Я не хотела чувствовать себя обязанной и пообещала:

— Я отдам, когда Карен мне заплатит.

Марк лишь беспечно махнул рукой, будто бы и не рассчитывал на возврат. Мол, было бы о чем переживать. Похоже, сумма там действительно совсем скромная.

Когда выяснилось, что магазин на другом конце поселения, я решила, что идти пешком нерационально. Тем более при наличии гравискутера. За время командировки и пока жила на базе повстанцев, я успела соскучиться по любимому занятию и поэтому с удовольствием разместилась на упругом сиденье, обхватив ногами гладкий корпус. Вика уселась за моей спиной, крепко обняв меня за талию. Гравискутер едва слышно загудел. Он не только внешне оказался красив, но и вся его “начинка” — двигатель и электроника оказались выше всяких похвал и работали четко, отлаженно. Ход у него оказался плавным, а скорость развивал хорошую, несмотря на то, что не являлся гоночной моделью.

До магазина мы домчались буквально за считанные минуты. Оставив нашего “коня” у входа, зашли внутрь и…

— М-да… — не сдержалась я, оценив открывшуюся мне картинку.

Мои бывшие диверсантки тоже были в торговом зале. Вот только они, похоже, придерживались той же нравственной позиции, что и де’Лоста — “хозяин вправе грабить всех”. А потому, набив полные сумки и угрожая продавщицам оружием, медленно отступали к двери.

— Вы что творите? Прекратить! — приказала я.

Бандитки дернулись было, намереваясь поставить нежданного свидетеля на место и прорваться наружу, но, сообразив, на кого нарвались, и увидев за моим плечом винтовку, воинственный пыл тут же поумерили.

— А что такого? — невинным голоском поинтересовалась одна из “налетчиц”. — Карен деньги зажал, хоть так компенсируем. Где нам взять все нужное для жизни?

— Оружием размахивать обязательно? Почему в долг не попросили? Почему ко мне не обратились? Вы мой отряд или банда разбойниц? Что за самоуправство?

Девчонки окончательно сникли, переглядываясь, а я, закрепляя завоеванные позиции, приказала:

— Взять только самое необходимое. По паре вещей. Сама заплачу.

Проявляя такое благородство я, разумеется, рисковала — оставшейся суммы мне могло не хватить на личные нужды. Но продавщицы, подсчитав стоимость покупок, в качестве благодарности сделали скидку. Фактически я спасла их магазин от разграбления и предприняла все возможное, чтобы выходка мятежниц не повторилась.

Мятежники тоже сбавили обороты и прекратили тащить все что плохо лежит — погромов я больше не наблюдала. Гражданские по-прежнему выглядели испуганными, но паники уже не было и народ ходил, не шарахаясь по углам. Судя по всему, причиной стало распоряжение Карена — на улицах повстанцев не было, их загнали в казармы.

Из магазина мы направились не в особняк, а к заставе, чтобы узнать о судьбе отца Вики. Я надеялась пересечься с кем-нибудь из знакомых офицеров и уточнить по поводу пленных. Правда, в итоге удалось найти только списки погибших, но хотя бы фамилии отца Вики среди них не оказалось. Я за нее порадовалась — у девчонки оставалась надежда, что он жив. Зато пока я листала записи, вдоволь успела наслушаться самых разных высказываний в адрес Карена — от восхвалений до откровенной критики.

Хвалили офицеры, само собой. Ругали… рядовые, предварительно убедившись, что их никто из начальства не слышит.

— Наглеж! Нас облапошили как малолеток.

— Карен захапал себе особняк, а нас в занюханную казарму…

— Он зажрался и наплевал на всех.

— Мы жизнью рисковали, а что взамен? Ни денег, ни жилья. И где справедливость?

— Ниччо, вот прибудет подкрепление, тогда их в казарму, а нас на вольные хлеба отпустят.

— Если мы сейчас свалим из казармы, а федералы начнут атаку, то Кварцит потеряем. Всем тогда крышка.

— Верно. Лучше уж потерпеть…

Похоже, при растущем уровне недовольства, страх ослабить позиции удерживал всех от необдуманных поступков.

Мы с Викой вернулись в дом. Моя протеже отправилась помогать Марку готовить ужин, а я села монтировать обещанный Карену сюжет. Вернее, целых два!

Позитивный репортаж… Что туда подойдет? Совместная попойка вояк и поселенцев, ведущих маргинальный образ жизни — якобы собутыльники отмечают радость освобождения. А мародерство с натяжкой можно преподнести как помощь местным жителям с переездом — грузчиками подработали для общего блага. Мятежницы, которых легко принять за местных дам,