Право на жизнь - Андрей Альтанов

Глава четырнадцатая

ХОДЫ ПЕШКИ

Без особых приключений, к счастью, я добрался до станции. И только когда уже оказался у самых ее ворот и закинул за спину автомат, вдруг зарычали и кинулись на меня из-под ближайшего вагона маленькие уродливые твари. Это были тушканы, дед Михей мне очень подробно их описывал, и потому я сразу же опознал бегущих на меня крысоподобных созданий.

Я выхватил «кольт» и не спеша застрелил этих хилых мутантов, двоих из трех. Одного точного попадания хватало, чтобы мелкие тушки разлетались на ошметки. Последний тушкан, визжа, кинулся на меня, пытаясь вгрызться своими маленькими зубками в мою штанину, но попал под подошву берца. Я наступил на мутанта и перенес всю массу своего тела на эту ногу. Хрустнули косточки, и череп зверька сплющился. Из-под подошвы брызнули, будто выдавленные из тюбика резким сжатием, его внутренности.

В этот момент ожил громкоговоритель станции и еще раз озвучил мне золотое правило: не размахивать стволом внутри убежища.

Я спрятал пистолет, тщательно вытер подошву об асфальт и шагнул внутрь. С наступлением темноты людей здесь значительно прибавилось. Многие из сталкеров решили не испытывать судьбу и явились пережидать ночную активность мутантов в надежном убежище. И я их теперь понимал! Если уж прямо под самым порогом обжитого здания ближе к ночи тушканы нападают, то когда совсем стемнеет, там, под стенами, можно повстречаться с мутантами и куда более опасными.

На этот раз Гаваец отстегнул мне всего-то две тысячи, я молча спрятал купюры и потопал к мастеру. Двух часов еще не прошло, но в свете последних обстоятельств я остро захотел сменить свое прозвище, внесенное в идентификатор устройства. Эти трое братанов, трупы которых остались в доме, — всего лишь первая весточка, отголосок начавшейся на меня охоты.

— А, это ты, привет-привет! — Азот оторвался от своего рабочего стола и повернулся ко мне. — Спешу тебя обрадовать, е, два наладонника уже кирдыкнулись, флеша в них выгорела с концами. Третий я поставил на профилактику и безопасную заливку, так что до утра можешь о нем забыть.

— Да хрен с ними… Я вот что хотел попросить. А можно идентификационные данные изменить? К черту прозвище, пусть будет просто Сенька, вольный сталкер, — постарался сказать я ровно, без волнения в голосе.

— Нет, на данном этапе над этим аппаратом больше нельзя издеваться. Ну, если еще насобираешь наладонников, тогда можно повторить процесс, но это будет стоить уже пять тысяч. Слишком продешевил я с этим делом, не думал, что столько геморроя будет. — Мастер недовольно скривился, услышав мою просьбу, и добавил, поняв ее суть: — А если тебе вдруг шифроваться понадобится, то просто выключи гаджет и батарею из него вытащи. Встроенная «таблетка» только данные сохраняет и не запитывает модуль идентификации. Хочешь, я тебе всего за триста денег тумблер встрою, чтобы не нужно было каждый раз крышку открывать и батарею дергать туда-сюда?

— Ну, встрой. — Я отсчитал из тоненькой пачки купюры и протянул их Азоту. — А можно еще убрать все звуковые сигналы в настройках и перевести их на вибросигнал?

Мастер глянул на мою жиденькую наличность и на то, с каким выражением лица я расставался с деньгами, и сокрушенно покачал головой.

— Можно, конечно. А ты, Сенька, я вижу, совсем бедуешь? И зачем ты в Зону лез? Работал бы дворником в каком-нибудь Мухосранске, елы-палы, и горя не знал бы, — судя по сказанному и по тону голоса, Азоту меня стало жаль, чисто по-человечески жаль.

— Так это, у меня мама больная дома осталась, вот, хотел о ней позаботиться, — почти не соврал я.

— Чтобы свободную койку не искать, можешь прямо здесь у меня покемарить до утра, на вон том стуле. — Мастер кивком указал на стул, возле ящика в углу комнаты. — И вот что еще, я тут подумал, если тебе свой «Берилл» не особо жалко, то отдавай его мне на эксперименты, а вдруг и получится что-то с ним сделать, в плане ячеек для артефакта.

— И во сколько мне это удовольствие выльется? — Я неуверенно глянул на оставшуюся наличность, сжимаемую в ладони.

— В этом весь и фокус, что ни во что. То есть даром! — Азот добродушно улыбнулся. — Но есть, конечно же, и подвох. Как я уже говорил, был у меня неудачный опыт с этой броней, она достаточно распространена в Зоне, а я ее так и не научился делать, и денежку теряю на заказах. Но если ничего не делать, тогда и не научишься же ничему? Короче, есть очень большая вероятность, что после моих экспериментов ты в этот «Берилл» ячейки не встроишь уже и за очень большие деньги. Тут как в русской рулетке, только патронов в барабане немного больше, чем один. Ну что, согласен?

— А ладно, валяй! — Я подумал немного, снял свою броню и передал ее обрадованному мастеру.

От шары отказываться нельзя ни при каких раскладах. Конечно, если это не сыр в мышеловке.

— На вот, надень куртку, чтобы не простыл ненароком. — Азот протянул мне одежду. — И располагайся на стуле до утра. Но смотри, будешь храпеть — я в тебя начну метать отвертки.

Я кивнул в знак согласия, уселся на стул, снял шлем и натянул на голову капюшон, а на лицо повязку. Мастер разрешил мне поужинать, используя ящик в качестве стола. Я расстегнул свой рюкзак и выложил трофейную еду, которую нашел в мешках братков. Почти свежий батон, неизвестно откуда взявшийся в Зоне, и засохшая палка колбасы были красиво нарезаны и уложены на тарелку, стоящую на ящике. Туда же, на ящик, пристроилась и бутылка водки, доставшаяся мне от бандитов.

Азот от предложенных ста граммов не отказался, но больше пить не стал, ссылаясь на то, что у него до утра еще уйма работы. Мастер занялся делами, а я, периодически опуская повязку вниз пальцем, приговорил всю оставшуюся бутылку, и под водку слопал абсолютно весь батон и сожрал всю колбасу.

Я и не заметил момента, когда отключился, и очнулся утром, когда меня растолкал Азот.

— Вставай, Зона зовет, артефакты собирать некому! — бодренько проговорил мастер, как будто он всю эту ночь дрых, а не ковырялся над своими заказами. — Вот твой наладонник, сбоку в пазу утоплен тумблер, о котором я тебе говорил. А с «Бериллом» почти все удалось. Встроил я тебе, правда, одну ячейку, но зато полнофункциональную. Следующий костюм уже смогу улучшить на совесть.

— И то дело. Спасибо, мужик. — Я поблагодарил мастера, вернул ему куртку и облачился в свою модернизированную броню. — Как насобираю еще денег, то приду винтовке апгрейд делать.

— А что ей делать? Эта винтовка у меня уже побывала как-то, я вон по зарубкам ее помню. Там единственное, что рекомендую установить, это тыльник толстый, резиновый. И еще, ты там осторожнее, ко мне забегало ночью тело, интересовалось тобой. Ну, я и сказал, что ты Сенька, вольный сталкер, и придумал простенькую историю, не обремененную деталями и подробностями, о том, как ты сюда попал.

— Еще раз спасибо, мужик! Разживусь на наличность и вернусь. — Я надел на голову шлем и отправился дальше, искать приключений на свою бедную голову.

Худо-бедно, но пробегал я в окрестностях станции «Янов» два дня, и уже почти запомнил расположение аномалий, но в конце вторых суток грянул выброс и перемешал, падла, все зонные карты. Похвастаться особо нечем было, результаты двух дней удручали.

В подвале железнодорожной станции я встретил охотника на мутантов, и в основном ходил к нему, сдавать охотничьи трофеи. Оказывается, здесь можно было переводить в наличность такую гадость, как глаз плоти или хвост псевдособаки. Особо мерзким трофеем, как по мне, оказались ступни снорков. Мало того, что завалить этих монстров было весьма проблематично, так потом еще нужно сидеть и ножом оттяпывать им эти самые ступни. Занятие, сразу скажу, совсем не из приятных и легких.

Случилось мне и на артефакты разжиться. Свою «медузу» я сменил на «выверт», а найденный мною «глаз» оказался артефактом весьма полезным, хоть и радиоактивным. Он буквально на глазах каким-то чудесным способом затягивал любые мои боевые раны и порезы, и, естественно, сдавать его этому кровопийце-торговцу я пока что не спешил. Как и не торопился относить те два артефакта, не до конца сформировавшихся, в бункер ученых. Пусть еще немного понервничает барыга, а вдруг и цену мне предложит поинтереснее?

Ночевал я все время в комнатушке мастера, за что приносил ему на разборку все найденное оружие. На ночь, или когда хотелось немного отдохнуть от беготни, я прикидывался пьяным в стельку вольным сталкером и сидел в мастерской Азота на своем стульчике.

Но уже на следующее утро после выброса мастер с нескрываемым волнением предупредил меня, что на станции стали шастать наемники, и они интересуются несколькими сталкерами. Азот четко слышал, что прозвище одного из тех, кого ищут — Бизон. Мастер по-дружески посоветовал мне уходить с «Янова» и из окрестностей станции на «Затон», а потом и еще дальше, потому что наемники если ищут людей, то исключительно с единственной целью.