Записки безумной оптимистки - Дарья Донцова

Не верьте, сам по себе рак молочной железы не пройдет. Если явитесь к докторам на начальной стадии заболевания, то почти со стопроцентной гарантией выживете. Если позже — ваши шансы уменьшаются, и не дай бог вам обратиться к врачам совсем поздно. Вы наверняка слышали от кого-нибудь фразу: «Ох уж эти хирурги! Не сумели спасти Анну Ивановну, скончалась бедняжка!» Извините за грубость, но скорее всего, несчастная Анна Ивановна сама виновата, запустила болезнь. А умереть можно и от аппендицита, если ждать, пока разовьется перитонит.

Теперь позвольте развеять кое-какие мифы. И первый из них: операция радикальной мастэктомии — так по-научному называется удаление молочной железы — непереносима, страшно болезненна, а период реабилитации мучителен до крайности.

Чушь собачья. Уж не знаю, кто и зачем распространяет эти слухи. Впрочем, вам, наверное, встречались на жизненном пути бабы, беспрестанно ноющие и рыдающие? Скорее всего, таким и впрямь будет тяжело, но нормальная, спокойная, не истеричная женщина легко перенесет посланные испытания.

Операция проходит под глубоким наркозом. И вы ничего не почувствуете: методика отработана, не вы первая ложитесь на стол. Да и перевязки потом не превращаются в кошмар. Конечно, страшно смотреть на залитый йодом шов с торчащими нитками. Отвернитесь в сторону! Потом, когда снимут швы, а йод улетучится, останется только белая нитка, пересекающая грудную клетку.

Безусловно, очень неприятное испытание — химиотерапия. Постоянная тошнота, слабость, скорее всего, заболит желудок и выпадут волосы. Но неудобства временны. Кудри появятся вновь, желудок наладится, и через год вы забудете про уколы циклофосфана, как про страшный сон. Что касается тошноты — это состояние похоже на токсикоз беременной. Врачи выписывают лекарства, но лично мне хорошо помогали народные средства: кислая капуста, стакан кефира, острый маринованный перец.

Сильно преувеличено и мнение об обязательном ожирении в процессе гормонотерапии. До операции я весила пятьдесят килограммов и сейчас, после пятилетнего курса гормонов, вешу сорок девять. Да, пришлось отказаться от мучного, сладкого, жирного, жареного и превратиться почти в кролика, питаясь овощами без масла и майонеза. Но результат-то налицо, то есть, простите, на теле. Кстати, на макаронах с калорийным соусом и пирожных со взбитыми сливками вы раздобреете и без гормонов.

После операции, когда появилась масса свободного времени, можно наконец отдаться любимому хобби. Я начала писать книги. Поверьте, я никогда не думала, что стану писательницей, просто использовала любую возможность, чтобы забыть о болезни, а потом увлеклась. Но для того, чтобы выжить, совсем не обязательно писать книги: одна из моих подруг начала разводить кактусы, другая возила кошку на выставки, третья бросилась в церковь. Правда, батюшка не позволил ей рыдать перед иконами, а, узнав, в чем дело, велел: «Ступай-ка, голубушка, в трапезную да помоги нищих кормить».

Ни в коем случае не изводите мужа и детей, ежеминутно напоминая: «Я умираю, а вы! Неужели трудно хоть раз убрать за собой посуду». Милые мои, не ждите, что вас будут жалеть, гладить по голове и выполнять все ваши прихоти. Да этого и не надо. Чем больше о вас станут заботиться, тем хуже, как ни странно, пойдет процесс реабилитации. У меня хорошая семья: любящий муж, двое взрослых сыновей и дочь. Когда мне делали операцию, девочка была еще мала, и ее отправили к моей подруге, а сыновья и муж принялись за мной ухаживать. Я не стану рассказывать вам о литрах несоленого бульона, в котором плавали перья, и о других деликатесах, которые отважно готовили для больной жены и матери никогда раньше не подходившие к плите мужчины. Даже неизбалованные больничные кошки шарахались от темно-коричневых кусочков чего-то непонятного, оказавшегося в конце концов печенкой.

После операции плохо поднимается рука с той стороны, где шов. Вам предлагают заниматься гимнастикой, ходить на плавание. Спору нет, полезные занятия, но ничто так не приводит руку в норму, как развешивание после стирки белья, мытье полов и приготовление еды. Через три месяца я забыла про то, что рука болела, а все потому, что не улеглась в кровать.

Есть еще один момент, от которого страдают женщины, — внешний вид. Но сейчас делают такие замечательные протезы и шьют такое красивое белье, что никто не заметит отсутствия у вас кое-каких частей тела. Лично я совершенно спокойно снимаю кофточку при посторонних. Ничего, кроме кружевного лифчика и просвечивающего бюста, окружающие не увидят. И уж естественно, никому из прохожих на улице не придет в голову, что вы не совсем целая.

Что же касается мужа или любовника, то когда я выписалась из больницы, встретила в Переделкине одну из подруг моей матери, вдову писателя Х.

— Что ты такая грустная? — поинтересовалась она.

Я рассказала ей про операцию. Дама засмеялась и задрала кофточку.

— Ну и ерунда! Нашла о чем жалеть! Мне это хозяйство отхватили то ли в 44-м, то ли в 45-м — извини, забыла.

Я разинула рот. О любовниках этой невероятно красивой даже сейчас женщины слагались легенды. У ее ног стояли на коленях писатели, композиторы, актеры, журналисты, космонавты… Ее муж дрался на дуэли с соперниками и охапками носил супруге цветы и драгоценности, чтобы удержать любимую.

— Но… э… как… — забормотала я.

Дама опустила кофточку и рассмеялась:

— Видишь ли, душечка, мужчины спят не с твоим телом, а с душой. По большому счету, несмотря на то что пишут глянцевые журналы, лицам сильного пола наплевать на размер бюста и даже на его присутствие. Стань интересной, самодостаточной личностью, добейся успеха, иди по жизни с высоко поднятой головой, не ноя и не плача. Вот тогда ты устанешь отбиваться от поклонников. Кстати, после операции от меня ушел первый муж. Испугался, что придется возиться с инвалидом. Знаешь, я даже рада!

— Почему?

— Если человек бросает женщину в беде, он подлец, а с таким лучше не иметь дела, — ответила моя собеседница и ушла.

Что прибавить к ее словам? Мы не стали хуже от того, что потеряли больные части тела. Девяносто процентов женщин, вовремя обратившихся к врачу, забыли про онкологию и живут счастливо. По смертности рак стоит далеко не на самом первом месте: его обгоняют сердечно-сосудистые заболевания, травмы, туберкулез. И еще. Станете думать о близкой смерти еще, не дай бог, накликаете ее. Рак боится сильных людей. Начнете ныть, стонать и жаловаться — умрете. Будете бороться за свою жизнь — выживете.

И самое последнее. Если вам поставили диагноз: рак, воспримите это как испытание, которое следует выдержать с достоинством. Поймите, вам досталась не самая худшая доля, есть намного более неприятные недуги: проказа, рассеянный склероз, шизофрения. Рак — болезнь, которая вылечивается. И вообще — не дождетесь! Все у нас будет хорошо. Я это знаю точно.