Старые дороги - Галина Дмитриевна Гончарова

посмеялась над собой. Приглашение на завтрак к его величеству, приглашение, которого иные ждут годами да так и не получают, для нее обыденность.

А вот потом…

Когда его величество удалился работать, а придворные разбрелись кто куда…

Адриенна отправилась в сад. Джованна очень уговаривала, объясняя, что румянец сам по себе на щечках не заиграет, надо воздухом дышать, можно вот рядом с розарием, садовники с ним знаете, дана, сколько бьются?

К розам Адриенна была равнодушна, но вроде как розарий разбит в этом дворце со времен Сибеллинов. Может, и стоит сходить?

А что пасмурно, так и не страшно. Плащ накинуть всегда можно.

Но розарий Адриенне понравился.

Место выбрано удачно, открывался вид на реку, розы тоже симпатичные, скамеечка удобная…

А что ей не все розы нравятся, так цветы не виноваты. Адриенна предпочитала белые розы, в крайнем случае – кремовые. А тут было разноцветье алого, багрового, пурпурного…

Не в ее вкусе, но тона и сочетания подобраны хорошо, красиво подобраны.

Адриенна сидела, смотрела…

– Дочка? Ты здесь?

Дан Марк стоял рядом. И на его руке висла какая-то эданна.

Вот уж кто Адриенне сразу не понравился. Вся такая… чувственная. Адриенна с трудом подобрала слово, но так оно и было. Эданна просто источала страсть, она жила ею, дышала, каждое слово – как обещание, каждое движение – призыв.

Налитое тело, полные яркие губы…

Полная противоположность Адриенне.

Девочка не завидовала, но женщина ей сразу не понравилась. И то, как по-хозяйски она вцепилась в руку ее отца, – тоже. Как оглаживала локоть своими цепкими лапками, как хлопала ресницами, как улыбалась, глядя на девочку.

Вот!

Именно улыбка разозлила Адриенну.

Улыбка победительницы!

– Я здесь, отец, – ровным тоном отозвалась она. – Позволено ли мне будет узнать имя вашей спутницы?

Дан Марк даже слегка смутился. И было отчего. Познакомить дочь и любовницу… сложно. Весьма сложно. А еще…

– Дочка, это эданна Сусанна Манчини.

– Приятно познакомиться. – Адриенна даже не шевельнулась. Формально она была в своем праве. Она невеста его высочества, а эданна… а кто она такая? Это еще разобраться надо.

С другой стороны, о помолвке не объявлено во всеуслышание, а по возрасту Адриенна младше эданны. И должна бы приветствовать ее первой. Оскорбление?

Дан Марк правду знал, а вот эданна решила, что может и оскорбиться.

– Я тоже рада знакомству. Милый, твоя дочь совсем на тебя не похожа. Такая… наверное, вся в мать пошла…

Подтекст прослеживался четко: «Твоя ли это дочь, если она на тебя не похожа?»

Адриенна нахмурилась. Джованна тоже не выглядела радостной… знала она эту эданну. Ой знала. И не с лучшей стороны.

– Эданна, я бы попросила вас дать нам с отцом поговорить наедине. В каждой семье есть свои секреты.

Эданне это не понравилось.

Полные белые пальчики сильнее сжались на рукаве. Как бы не оторвала.

– Дорогой, ты обещал мне побеседовать с дочкой.

Адриенна подняла брови.

– Полагаю, мы сейчас и побеседуем. Без посторонних?

– Милая, – дан Марк кое-как отцепил эданну от рукава, – я сейчас же скажу все дочке, но она в чем-то права. Не могла бы ты пока подождать нас… на скамейке? А мы с Адриенной прогуляемся по розарию.

– Одна? – скривила губы эданна.

– Полагаю, вам нет нужды заботиться о тщательном соблюдении приличий. – Адриенна ее видела в первый раз, но вряд ли порядочные женщины станут так грудь оголять. Сейчас ведь выпадет. Это для тех, кто привык товар лицом предлагать… – Но если вы так страдаете… Джованна, останься с эданной?

– Слушаюсь, дана СибЛевран, – официальным тоном отозвалась Джованна.

Дан Марк предложил дочери руку.

– Идем, дорогая?

Адриенна сначала тщательно разгладила складки на рукаве отца, а уж потом положила пальцы на его кисть.

– Да, папа.

Дан Марк медленно повел дочь по дорожкам розария.

– Адриенна, ты уже взрослая.

– Да, отец.

– И скоро сама выйдешь замуж.

– Через пять лет.

– И я обещал твоей матери, что не женюсь, пока ты не повзрослеешь…

Адриенна уже поняла, к чему идет разговор. Но кто сказал, что она будет облегчать его отцу? Или радоваться этой новости?

– Я еще не повзрослела.

– Ты можешь стать матерью, и заключена твоя помолвка. Через пять лет ты навсегда оставишь СибЛевран. Я же еще молод…

Адриенна качнула головой.

– Я знаю, отец.

– И… я хочу сделать Сусанне предложение.

– Судя по ее словам, ты его уже сделал.

– Обсуждать мои решения – не твое дело, девочка! – разозлился дан Марк.

– А приводить чужую женщину в дом моей матери? Моих предков?

Удар был нанесен мастерски. Но – увы. Дан Марк и сам пришел на готовенькое.

– Предков с какой именно стороны?

– СибЛевранов, – отозвалась Адриенна.

– Ты уедешь. Я должен вековать век один? Раньше я думал, что выдам тебя замуж, буду счастлив с тобой и твоей семьей. Сейчас я остаюсь один…

Адриенна вздохнула.

Спорить с этим было сложно. Если бы его величество не решил ее судьбу своей волей, все сложилось бы иначе. Места прекраснее СибЛеврана она не знала. И покидать его не хотела.

Но выбора у нее нет.

С другой стороны…

– Отец, а никого другого ты выбрать не мог?

– Чем тебе не нравится Сусанна? – удивился дан Марк. – Она подходящего возраста. Я не юноша и не стану портить жизнь девочке, которая будет ровесницей моей дочери. А Сусанна – женщина опытная. Сын у нее есть, значит, еще детей она родить мне сможет. При дворе она давно и будет для тебя хорошей наставницей. Так что все складывается хорошо…

Для эданны Сусанны? О, это безусловно. Но вслух Адриенна ничего не сказала. А может, еще и не успела, потому что они свернули за угол…

– Ох!

Адриенна стояла перед кустом роз.

Да таким…

Куст явно был старым. И выкорчевать его… это надо половину розария разворотить.

А еще он был… жутковатым.

Длиннейшие острые шипы, темные листья, глянцевые, яркие. И всего несколько бутонов на кусте.

Темные. Судя по цвету лепестков, которые видны… черные?

Черная роза?

Кажется, Адриенна произнесла это вслух. Или нет?

Но руку она вперед протянула. Отвела ветку, кольнула пальцы шипами… на землю упали капли крови… на землю?

Под корни растения. Под самые его корни… и вроде как сразу там пропали.

– Адриенна!

Но голос отца доносился словно бы из страшного далека. А здесь, перед ее глазами происходило чудо.

Расцветала роза.

Один из бутонов медленно разворачивался. Распускал лепестки, словно потягивался, выходя из своего тесного кокона…

Роза была черной.

Адриенна протянула руку, словно завороженная. Она никогда бы не осмелилась ее срезать или сорвать, никогда! Но роза сама отделилась от куста, сама упала в ее ладонь.

Сама.

И пальцы девушки сжались.

– Кар-р-р-р-р!

Кажется, на землю упало еще несколько капель крови. Но какое это имело значение?

Черные волосы, розовые розы… и среди них одна черная роза. Незаметная в черных волосах?

О нет! Кому надо – заметят.

* * *

Дан Марк не был трусом. Но и невероятным храбрецом он не был, обычный человек.

И дочь его иногда пугала до крайности.

Рианна – нет. Рианну он любил так, что любые странности бы простил. А вот дочери иногда боялся.

Когда она спросила о проклятии…

Когда она пришла на помолвку в черном…

И вот