И прольется свет - Наталья Рыбкина

И познал Верзун свою любовь.

…Верзун стоял в одном из коридоров. Одной рукой опирался на стену, другая безвольно болталась вдоль тела. Сделав шаг вперед, он выпрямился, взгляд стал тверже, рука сжалась в кулак. Вспомнил зеркальную комнату, и принял самое важное в своей жизни решение. Он поможет Корделии. Ради своей мечты.

Спускаясь по ступенькам, он заметил в боковом коридорчике шныряющих гномов, они несли в кровоточащие куски мяса. На кухню потащили, понял Верзун, опять пир намечается. Хорошо бы не из его пленников, а то освобождение не состоится. Возле одной из дверей сидели четверо крысаков, играли в кости. Увидев Верзуна вскочили, один отработанным движением ноги оттолкнул кости за валун в углу. Верзун усмехнулся, часовые отрабатывали этот трюк каждое дежурство. Придал взгляду строгость, крысаки задрожали:

— Пошли вон.

Толкаясь и плюясь нечесаные создания бросились прочь из коридора. Верзун подождал, когда стихнет топот, открыл дверь. На полу в раскованных позах похрапывали люди и тролли.

— Подъем! — голос, привыкший повелевать войсками, пробился сквозь толщу сна. Они подскочили, вытянули руки по швам и одновременно принялись оправдываться:

— Я только лег.

— Я почти придумал план.

— Кто сказал, что я спал? Я плюну ему в глаза.

— Я полы вылизывал.

Последняя фраза заинтересовала Верзуна, он посмотрел на потирающего глаза человека. Как и предполагал, словесный шедевр выдал Антифрикцио. Минут десять пришлось потратить впустую, пленники упорно пытались спать стоя. Окончательно разбудил всех старик. Приоткрыв один глаз, он какое-то время пытливо рассматривал невозмутимого Верзуна, потом глубокомысленно произнес:

— Я знаю, как сбежать из темницы.

— Как? — глаза пленников широко распахнулись.

— Спросим у него, — кивнул дед на Верзуна.

— Это Верзун, — неуверенно произнес Тлж, после долгого молчания.

— Он хороший, — невпопад добавил Антифрикцио, — только визга не выносит.

— А вы нас спасете? — робко приблизился Гее, пытаясь сдержать идиотский смех. Веселун в нем веселился, молодому троллю даже казалось, что у него в голове танцплощадка. Мышцы едва удерживали ноги на месте, тем хотелось выписывать кренделя. К сожалению, глаза Гее был не в силах контролировать и Веселун отчаянно стрелял взглядом, кокетливо взмахивал ресницами.

Верзун отодвинулся от молодого тролля, нахмурился. Помнится, он сжег одну деревушку, полную таких жеманных мужчин. Он, тогда еще Верховный Повелитель, до самых бровей укутавшись в хламиду, осматривал свои владения, когда трое мужчин попытались пристать. Отскрести от скалы, названной впоследствии кровавой, шаловливую троицу не смог бы даже самый могучий колдун. Когда уничтожал деревушку, там не оказалось ни единой женщины. До сих пор теряется в догадках, как же они размножались.

Пленники пододвинулись к Верзуну, с надеждой заглядывая в его серые глаза. Нелюдь вздохнул. Кивнул в сторону открытой двери:

— Пошли.

— Просто…пошли? — не поверил старик.

— Не просто пошли, а очень быстро, — поправил Верзун. — Держитесь строго за мной. Ни шагу в сторону.

Нужды конечно в этом не было, но уж больно потешно пленники поднимались по ступенькам и шли по коридору, наступая, друг другу на пятки. Вот так гусиным шагом и дошли до одной из дверей. Верзун распахнул створки и пленники, толкаясь, вломились в комнату. У широкой кровати стояли три девушки. Две из них, едва завидев вошедших, с визгом бросились к ним:

— Папа!

— Брат!

— Тихо. Не надо визжать, — засновал между ними Антифрикцио. — Не люблю, когда визжат.

Корделия не двигалась с места, но так посмотрела на Верзуна, что сердце забилось со страшной силой, норовя разрушить каменный кокон. Он отвернулся, сдержанно произнес:

— Хватит обниматься. Идите за мной.

— Куда, — с интересом спросил Гее, выпутываясь из объятий сестры, Селена повисла на нем, поджав ноги. Веселун в его голове откровенно ржал.

Посчитав, что вопрос не требует, ответа Верзун подошел к стене. Сосредоточился, дунул,

в стене появилось сквозное отверстие с копеечную монету. Оно стало разрастаться, пока не достигло размеров крысы, потом волка, затем слона. Верзун прошел сквозь отверстие, не колеблясь ни секунды, следом двинулась Корделия. Остальные испуганно смотрели на края дыры, которые шевелились как живые.

— Скоро выход исчезнет, — донесся до замершей компании голос Верзуна.

Все разом ринулись в страшную дыру, времени на страх не оставалось. Снаружи их ждал сюрприз, дракон Верховного Повелителя. На его спине стояли Верзун и Корделия.

— Вперед, за Верзуном, — провозгласил Антифрикцио, храбро залезая на чешуйчатую спину рептилии. Следом, косясь на зубы дракона, полезли остальные. Воодушевленный молодой человек продолжал, — Я сочиню песнь о нашем чудесном спасении. О смелом Верзуне.

— И таком красивом, — Гее закрыл рот ладонью, опасаясь новых выходок Веселуна. Он-то слышал заготовленные слова, за некоторые из них Верзун убьет без долгих размышлений. Кроме того, ему было совсем невесело, не смотря на выходки Веселуна. Его душа рыдала по Авру. Он был так несчастен.

Селена покосилась на брата, томные жесты, хихиканья, брат раньше так себя не вел. Тайком скопировала кокетливый взгляд. Неплохо. Старший брат тоже может кое-чему научить.

Дракон дыхнул огнем, тяжело взмахнул крыльями и поднялся ввысь. Внизу шелестели деревья, указывая путь. Оставалось четыре дня до возвращения демона-кота.

—38-

Верховный Повелитель взвыл от ярости. Как смел Верзун угнать его дракона, и увести пленников. Гномы прикрывали руками головы, приседали, но не смели убежать, вздрагивая под ударами. Они знали, если попытаются убежать, будет хуже. Шепотом передавалась история о страшной гибели доверенного лица Верховного Повелителя, предавшего его. Аск метался по тронному залу, разгоряченное тело торопливо посылало кровь мозгу, мысли выстроились вряд. «Почему Верзун бросил мне открытый вызов? -думал Аск. — Раньше он чаще придерживался нейтралитета. Конечно не всегда был холоден и бесстрастен, как каменная глыба… Но ведь практически ни во что не вмешивался. Путешествовал, изредка нарушал Закон, но никогда открыто не оспорил мое правление. Неужели узнал о поисках плиты? Или об уничтожении Горных Тюльпанов? Быть того не может, я был так осторожен. А если вдруг? Может он, услышал допрос старика? Темноликие Боги, ведь старика он увел с собой!»

Под ноги попался гном, Аск ничего не видя, прошелся по хрупкому тельцу. Кости затрещали, гном заверещал тонким пронзительным голосом.

Верховный Повелитель прошел на трон, сел. Гномы быстренько утащили страдающего собрата. Аск продолжал размышлять.