Сдаю комнату в коммунальной квартире (СИ) - Ната Николаева

пил бульон, отсыпался. В эти дни Роза расцветала, расплачивалась с долгами и вволю наслаждалась ласками мужа. Потом Постуму становилось скучно, он шел в трактир на углу перекинуться в картишки и исчезал, прихватив с собой наличность и собаку.

— Постик, вставай, бульон готов! — проворковала Роза и толкнула коленом добермана, развалившегося на кровати.

Как она и ожидала, блудный муж на ощупь нашел кружку с бульоном. Выпил его и приступил к исполнению супружеских обязанностей, согнав недовольного добермана на пол. Вдоволь покувыркавшись, семья приступила к разбору сундука.

Постум тщательно ощупал обод, пощелкал ногтем по александриту и нахмурился.

— Можно отнести к Францу Карловичу… — робко предложила Розочка, которая имела дело с одним и тем же ювелиром, не задававшим глупых вопросов.

— Нет, — отрезал Постум и отложил обод в сторону. — Разбери статуэтки. Завтра походишь по лавкам, узнаешь, сколько за них дадут. Только не продавай оптом! Непременно надуют.

Роза согласно наклонила голову. Прихватила пяток золотых монет и отправилась к зеленщику и мяснику с молочником. Она знала, что мужа надо часто и сытно кормить, иначе он исчезнет на следующий день.

После ее ухода Постум натянул чистые подштанники и завалился на кровать, устроив обруч на столике — так, чтобы он был перед глазами. При взгляде на обод он испытывал необъяснимое волнение. Хитро сплетенные серебряные нити тянули его в глубины памяти, заставляя заново пережить моменты, которые он давно забыл.

Ему десять лет. Он возвращается с выгона, волоча за собой мешок травы для ненасытных кроликов. Мать с отцом ругаются в сарае — жестко, до хрипоты.

— Почему Постума? Он еще мал!

— Вцепилась в любимчика! Пусть он у сеньора своими дурными глазищами зыркает! А я в доме ведьминское отродье терпеть не буду! Говорила мне матушка, что у тебя кровь гнилая, все знают, что твоя бабка с демоном жила, угораздило ж на такой швали жениться!.. Не иначе как ты меня околдовала, дрянь позорная!

Постум слышит хлесткий звук удара и вбегает в сарай. Встретившись с его взглядом, отец опускает руку, пятится. Выкрикивает:

— Завтра тебя заберут люди сеньора, понял?

Постуму явственно вспомнился захудалый замок, гончие псы сеньора, тихие вечера, когда он вынимал занозы из собачьих лап, отводил их боль прикосновениями пальцев и разговаривал с ними без слов. В нем, неуклюжем на вид подростке, крепла диковинная сила. Он исподволь заставлял людей делать то, что ему захочется — сеньор отменял охоты, сеньорита бегала на сеновал, кухарка научилась готовить вкусный бульон, а лакеи приносили его Постуму на псарню.

Все закончилось в тот день, когда Постум убил своего отца. Удар топором — и сила исчезла. Остались жалкие крохи: неоправданная любовь женщин и собак.

Постум вспомнил слезы матери и поморщился. Дура! Нашла, кого оплакивать! Быдло навозное, только и знал, что кулаками махать. Александрит согласно подмигнул, маня Постума молчаливым зовом. Он не выдержал и осторожно взял обод в руки. Сила… Он и забыл, как упоительна и прекрасна была утраченная сила! Если бы она вернулась хоть на мгновение!..

Глава 13

Город мы покинули через новый мост. Разглядеть, есть ли на полицейском посту собака, мне не удалось. День клонился к вечеру, и в воздухе повисла противная сумеречная серость. Для визита на незнакомую ферму было поздновато, но я помнила слова Максимилиана о том, что Феликс в любой момент может починить каюк и призвать его к служебным обязанностям. И что мне тогда — ехать на электричке в голубую даль и самой беседовать с тронутым фермером? Страшно.

Мне и сейчас страшно. Все время, пока мы мотались по выставкам и зоопаркам, я гнала прочь тревожную мысль. Что будет, если мы действительно найдем Татьяну? Что я ей скажу? Захочет ли она вообще со мной разговаривать?

Она пропала, это факт. Но я ведь никуда не пропадала! Живу там же, где жила, надолго не уезжаю, номер телефона не меняла уже несколько лет. Если бы Таня хотела меня видеть, обратиться за помощью, она бы без труда со мной связалась. А если она не хочет меня видеть…

Максимилиан расслышал мой вздох и ободряюще спросил:

— В чем дело, Мария Александровна? Расскажите будущему мужу, что вас гнетет! Не стесняйтесь, между нами никаких тайн быть не должно.

Я пропустила насмешку мимо ушей — что с него взять, охламона рогатого? — помедлила и вывалила на него ворох своих сомнений. Максимилиан внимательно меня выслушал и задал вопрос:

— Припомните, Мария Александровна, почему вы хотели ее разыскать?

— Потому что… — я на секунду запнулась и решительно продолжила. — Потому что я не знаю, как ей свечки ставить — за здравие или за упокой. Я изредка в церковь захожу и всем свечки ставлю, понимаете? А ей — нет. Говорят за упокой живым ставить нельзя ни в коем случае, да и наоборот тоже глупость получается.

— То есть, вас тяготит неопределенность. В таком случае, увидев вашу подругу, вы достигнете цели, о чем бы вы с ней ни поговорили. Даже если вы молча посмотрите друг на друга и разойдетесь в разные стороны.

— Надо было Барона с собой взять! — с досадой проговорила я. — Таня с Рэсси к Барону очень хорошо относятся. А когда собаки играют, беседу завязать проще.

— Барон мне нужен для дела, — отозвался Максимилиан. — Я с ним договорился, чтобы он охранял Феликса.

— Договорился! — возмутилась я. — Заведите свою собаку и договаривайтесь! Почему у вас собаки нет? Жилищное и материальное положение вам позволяет. Мы с Бароном в одной комнате живем — и ничего, помещаемся. А у вас домина такой, что псарню устроить можно!

— Я жду, пока какая-нибудь собака захочет со мной жить, — улыбнулся он. — Это труднее, чем выбрать жену, Мария Александровна. Не каждому так везет, как вам с Бароном.

Я вспомнила, как Игнатов злился из-за Барона, и ехидно поинтересовалась:

— С женой можно развестись, а если предаст собака, вы не переживете?

— Примерно так.

— Да вы копия Игнатов! — сладко заявила я. — Как я сразу не догадалась?

— Не надо определять меня в один ряд…

Я не выдержала и расхохоталась. Как мужчины не любят, когда между ними ставят знак равенства! Для того чтобы выставить из дома надоевшего любовника достаточно брошенных вскользь слов: «Милый, с тобой так комфортно! Ты хозяйственный, как мой первый муж и темпераментом почти догоняешь второго. Раньше я мучалась, как мне быть — не держать же при себе их обоих? А теперь у меня есть ты и проблема разрешилась!». Уверяю, после такой речи надо будет только проследить, чтобы он не упаковал вместе со своими