Создана быть твоей (СИ) - Мун Эми

Интересно ей. Пусть изучает, он никогда не пытался ни свести их, ни закрыть татуировкой.

— Это…

— Следы от когтей тигра.

Нежные губы удивленно приоткрылись, и Марк заткнул новый вопрос поцелуем. Все потом, сначала — эта охрененно красивая и слегка пьяная малышка.

Рук не хватало, чтобы приласкать девочку там, где хочется: сжать чувствительнее вишенки сосков и погладить ложбинку между ягодиц, намекая, что ждет их дальше. И можно получить свое, заставив Шерил опуститься на колени, но желание, чтобы она сама это сделала, засело под ребрами слишком крепко. Вместе с иррациональной потребностью в ласке. Нежности, которая вообще противоположна пристрастиям альф, но с куколкой все как угодно, только не по шаблону.

Оторвавшись от сладких губ, скользнул поцелуями по изящной шее. От возбуждения туман перед глазами и в паху болит до чертиков, но в голове словно блок включился — еще медленней, совсем осторожно. В тихих стонах Шерил прозвучала умоляющая нотка, подкрепленная первыми коготками. Терпеть не мог, когда ему женщины спину драли, а от ее деликатного царапанья заводился до одури. Вмял бы в постель и не отпускал сутки напролет, с ног до головы отметив своим запахом и метками.

— Пожалуйста… — всхлипнула, стоило приласкать чуть жестче.

Выгнуласьнавстречу, едва пальцы коснулись тесного колечка между ягодиц. А он еще больше замедлился. Почти перестал, давая малышке время сообразить, чего от нее хочет..

Шерил крепко обнимала за шею, пытаясь взять сама перехватить инициативу. Приподнималась на носочки и виляла бедрами, не представляя, сколько сил стоит сдержать огненный торнадо, рвущий жилы на куски. Заставить себя терпеть, вместо того чтобы одним рывком развернуть, распластать на темной плитке, и ворваться в податливое тело жестким толчком. Гладить и ласкать до тех пор, пока куколка не сообразит произнести заветное…

— Марк…

И собственное имя дало отмашку запертым внутри инстинктам. Короткий и глубокий поцелуй, как награда за сообразительность, и хриплое:

— Умница.

Шерил вскрикнула, когда он рывком развернул ее на сто восемьдесят. Сама выгнулась, раскрываясь и давая к себе доступ. Чуть не выругался вслух — охрененно роскошный вид. Попка сердечком и тонкая, будто созданная для его рук, талия.

Прелюдия в пару минут закончилась. Только смазку достал и пальцами немного растянул, дразня и подготавливая к первому проникновению. Ей не будет больно. Одно стопроцентное удовольствие.

Первый аккуратный толчок — и малышка громко застонала, приподнимаясь на цыпочки. Второй — и слух обласкало протяжное «Да-а-а». И все, слетели последние предохранители. Зажал бедро рукой, вторую между стройных ног уложил и задвигался, как мечтал весь этот долгий день.

Малышка с ходу темп поймала. Подстроилась, предугадывая малейшее желание, а он удары сердца про себя отсчитывал — только бы продлить близость на максимум. Успеть насмотреться, как член входит в тугую плоть, и Шерил выгибается, охотно принимая его в себя.

Но финиш приближался слишком быстро. Мало ему одного раза с этой куколкой, как мало и нескольких. В паху зрел тяжелый узел, а влажный, наполненный их запахом воздух обжигал легкие, проникая в само ДНК и намертво запечатывая там образ распластанной под ним Шерил и собственных, смуглых рук на белоснежной коже. Самая, мать ее, крышесносная фантазия.

И девочка уже на грани — он чувствовал это. Ее тихую дрожь и нетерпеливое напряжение, с которым она встречала каждый выпад. Они кончат вместе, сейчас.

Несколько дразнящих движений пальцами — и Шерил вскрикнула, сжимая его внутри.

— Марк!

Без просьб и приказов, только потому что хотела сама.

Разрядка была долгой и почти болезненной, как будто не один день, а вообще никогда не кончал. Чуть не рухнул вместе с куколкой, даже пол из-под ног ушел… Кажется, все-таки выругался. В ушах звон и перед глазами цветные пятна плавают и вертятся, а вокруг члена все еще сокращались мышцы. Протяжно, сладко.

Нехотя освободил чудесную попку. Шерил почти висела у него на шее пока мыл их обоих. Совсем развезло — ножки не держат.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Уснула, пока донес из ванной на кровать. Свернулась в его руках комочком, зевнула пару раз и выключилась. Одевать ее не стал — только белье на место вернул. Не из-за брезгливости — опять смущаться начнет, хотя вид крови, менструальной или нет, не трогал абсолютно.

Растянулся на кровати, девочку под бок засунул и самого накрыло. Утянуло в мягкие черные пески, где спокойно и есть только сладко сопящая фарфоровая малышка.

* * *

— Миссис Гранд, вы очаровательны, как всегда.

Жеманная улыбка заставила мысленно поморщиться. К чему скромно опускать глазки, когда во рту клыки в несколько рядов, а между ног побывало пол Мега-Нью-Йорка? От старой пробляди смердело новым молодчиком. Майкл не чувствовал это — просто знал. Сам нанял опытного альфонса, который уболтает на трах все, что шевелится, при условии, что ему за это выпишут чек. А Гранд уговаривать не нужно — муж у нее в качестве аксессуара и ходячего кошелька.

— Мистер Дарквуд, не ожидала…

Ложь. От первой до последней буквы. Не так давно сама караулила на каждом углу. Такая новость — у сыночка новая игрушка. И не какая-нибудь моделька или очередная Мисс, нет, на этот раз Марк переплюнул сам себя. Нищенка! Помойная крыса, неизвестно каким образом просочившаяся в его, Майкла, компанию и дом!

Мужчина посмотрел в панорамное окно, скрывая вспыхнувший яростью взгляд. Марк всегда был дефектным. Похожим на свою мать, такой же мягкотелый, и с головой, полной всякой дури, типа привязанности или чувства долга. Поначалу это казалось плюсом. Молодость не вечна, и послушная марионетка в руках очень кстати. Но неожиданно в мальчишке проклюнулся их, Дарквудов, характер. И даже военный лагерь с заранее проплаченным устным договором сделать из мальца послушную собачонку не принес результата. Кроме, пожалуй, той грязной человечки… Мэгги, нет — Маргарет. У Марка обнаружилась неожиданная слабость. Влюбился, как последний тупоголовый идиот. И тоже выбрал простушку из низов. Но надо отдать должное, у родителей девчонки имелись мозги. Быстро сообразили, что к чему, и девка убралась в ту дыру, из которой выползла.

Гранд как бы невзначай звякнула ложечкой, привлекая к себе внимание. Ждёт свою сенсацию, а у самой поджилки трясутся. Мелка она — против Марка идти, и знает об этом. Но сейчас ее связи и продажность отлично пригодятся. Если идиот-сын потащил девку в свое «убежище», значит, крючок уже проглочен. Осталось дёрнуть, как следует, и вывернуть добычу наизнанку. Правда, в его плане было несколько неприятных минусов… Но если сработать быстро, все получится

— Да, миссис Гранд. Вы — женщина деловая, поэтому не будем ходить кругами — мне нужна парочка статей касательно моего сына и мисс Хлои Тампильтон. Тема — их скорая свадьба.

Женщина попыталась нахмурить обколотый ботексом лоб.

— Подождите, мистер Дарквуд, насколько я знаю…

Его сын не собирался жениться ни на Тампильтон, ни на ком-либо еще. А все его «завтраки» и туманные намеки — это так, отговорки, чтобы использовать компаньона на максимум. Ну и ещё развлечься с омегой. Дура запала на него, как только увидела. И сразу к папочке поползла с воплями «Хочу!». Тот, не смотря на сволочную натуру, дочурку обожал, и, разумеется, попытался взять Марка за шиворот. Не тут то было. А он, Майкл, периодически подливал масла в огонь, знал, как сына бесят намеки о женитьбе.

— … Все верно, — перебил мнущуюся Гранд, — но с каких пор вас заботит правдивость новостей?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Женщина оскорблено вскинула голову, прищуривая и без того мелкие глазёнки.

— Прошу прощения, но наша встреча закончена.

А вот и старт торгов. Гранд хлебом не корми, дай плеснуть в прессу хоть сколько-нибудь грязи. А если за это заплатят…

— Что ж, пожалуй, мне стоит обратиться к Хьюберту…

Нынешний молодчик Гранд не только следил за тем, чтобы стерва ходила удовлетворённой, но и снабжал некоторой информацией. Хьюьерт — один из конкурентов и бывших любовников Гранд. Такой же охочий до грязи газетчик.