Лихой гимназист (СИ) - "Amazerak"

На этой неделе я, понятное дело, браться за заказ не собирался. Вначале надо было сдать экзамены. А вот на следующей, когда начнутся каникулы — уже можно.

Глава 16

Экзамен по огненной магии проходил в четверг. Нашему классу дали очень лёгкое задание: требовалось создать шар огня и запустить его в мишень. Но даже с этим справились не все. Два ученика так и не освоились с данной техникой, а значит, им грозило отчисление, только не с отправкой в солдаты, а с переводом в обычную гимназию.

Остальные худо-бедно повторили фокус, и я тоже справился без труда. Созданный мной огонь, как и прошлый раз, имел чёрно-синий оттенок, и это удивило экзаменационную комиссию, но посовещавшись, они всё же поставили мне высший бал.

Магический экзамен и экзамен по фехтованию оказались самыми лёгкими из всех, которые мне пришлось выдержать.

Учебный день подошёл к концу, мы вместе с Сергеем Галатовым и ещё четырьмя парнями вышли в вестибюль, где меня догнал классный надзиратель.

— Алексей Александрович, подождите минутку, не уходите, — остановил он меня. — Вам велено сейчас же явиться на тренировочную площадку.

— А что случилось? — спросил я.

— Это повеление вашего тренера.

Ну надо, так надо. Я попрощался с ребятами и отправился во двор.

Никого из учеников на площадке не было, тут присутствовали только тренер и два господина в чёрных кителях. По эмблемам на кокардах я сразу понял, что эти ребята — из священной стражи. У мужчины, который был повыше и выправкой напоминал военного, на погонах красовалось по одной большой звезде, как у моего папаши. Значит, он — статский советник.

— Господа желают проэкзаменовать вас, — объявил тренер. — Они заинтересовались вашим даром. Покажите, что умеете.

— Здравствуйте, Алексей Александрович, — поздоровался высокий. — Мы прибыли по поручению Афанасия Ивановича Давыдова, дабы определить уровень ваших умений. Не волнуйтесь ни о чём. Я дам несколько заданий, а вы просто выполняйте всё, что можете. Результат данного экзамена на итоговую оценку не повлияет. Снимите медальон и приготовьтесь.

Я отдал медальон тренеру, перчатки сложил в карман и сосредоточился на внутренней силе.

Экзамен начался.

Первое, что меня попросил сделать — это создать малый «кулак тьмы» и запустить в одну из мишеней — толстый кирпичный столб, обугленный и испещрённый выбоинами от постоянных тренировок.

Я произнёс заклинание и метнул сгусток. Тот прожёг углубление в кирпичной кладке, и кусок столба обвалился, подняв пыль. Место удара покрылось чёрной коростой.

— Создайте «кулак», не кидая его, — потребовал экзаменатор.

— Этому я не учился, — ответил я честно.

— Хорошо, тогда повторите то же самое левой рукой.

Я сделал это без проблем. «Кулак тьмы» снова прожёг кирпичи.

— Создайте малый «кулак тьмы» и атакуйте столб левее вас, не направляя на него руку, — сказал экзаменатор.

Это было сложнее. Пока все мои магические снаряды летели туда, куда я направлял их рукой. Теперь же требовалась более тонкая манипуляция стихией. Такое я ещё не практиковал.

Выставив перед собой согнутые в локтях руки, я сосредоточился на указанном столбе. Шар появился между ладоней и полетел к цели, но прошёл мимо, угодив в защитную стену.

— Надо ещё попробовать, — сказал я. — Я должен лучше сосредоточиться.

— У вас неплохо получилось, — похвалил меня экзаменатор. — Не думаю, что сейчас стоит на этом останавливаться. Давайте двигаться дальше. Создайте «малую стрелу».

Это заклинание было мне незнакомо, о чём я заявил прямо. Тогда экзаменатор достал из портфеля маленький томик, похожий на карманную Библию и, открыв на нужной странице, вручил мне.

— Если сможете, прочитайте это заклинание, — указал он на короткую фразу, написанную на стихийном языке. — Только отойдите подальше от мишени.

Томик оказался сборником заклинаний, в котором были только фразы на стихийном языке и название на русском без каких-либо пояснений.

Произнести заклинание оказалось несложно. Из моей ладони вырвался длинный заострённый сгусток тьмы, напоминающий большую чёрную иглу. Стрела влетела в столб и прошила его насквозь. Столб раскололся и рухнул почерневшими обломками. Мишень, которую ученики долбили много дней, я разнёс единственным ударом. Магия тёмной стихии оказалась воистину грозной силой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Когда пыль рассеялась, меня попросили создать малый вихрь. Выглядел он почти так же, как кулак, но формировался не в ладони, а на некотором удалении, а затем другим заклинанием направлялся в нужную сторону.

В заклинании этом имелись незнакомые слова, поэтому не сразу удалось произнести его правильно. Но в конце концов, я и это сделал. Вот только вихрь опять полетел мимо цели. Почему-то этот приём давался тяжело.

Потом экзаменатор попросил преобразовать тело в стихийную материю. Начали с руки. Разумеется, технику изменения я тоже тренировал, ведь она являлась одной из базовых и требовалась, как для лечения ран, так и для прыжков. Любопытно, что материя, соприкасающаяся с кожей, тоже преобразовывалась: одежда, поверхность предметов, и даже воздух. Поэтому после возвращения тела в человеческий вид, в атмосфере оставались едва заметные испарения в виде дымки.

Я без проблем превратил ладонь в чёрную дымчатую субстанцию и обратно, но когда экзаменатор потребовал преобразовать тело целиком, я сделал вид, что у меня не получается, посчитав, что не обязательно демонстрировать все свои возможности.

Меня прогнали ещё по нескольким слабым заклинаниям, после чего экзаменатор спросил:

— Может быть, вы знаете ещё что-то? Продемонстрируйте, пожалуйста.

— Это всё, что мне пока удалось выучить, — ответил я, — к сожалению, мои навыки невелики.

— Тогда последнее на сегодня упражнение, — произнёс его высокородие. — Наденьте медальон и создайте «малый кулак».

— Разве это возможно? — удивился я. — Медальон ограничивает мои силы.

— Попробуйте, — кивнул экзаменатор. — Только сосредоточьте всю волю без остатка.

Я надел медальон, вытянул руку и произнёс заклинание. На этот раз я по-честному вложил все силы, но нужного результата не добился. Ладонь начала лишь немного чернеть, источая дымку. Минута такой практики меня вымотала вконец, и я остановился.

— На сегодня достаточно, — произнёс экзаменатор. — Благодарим вас, Алесей Александрович. Вы показали хороший уровень. Вы учились самостоятельно?

— Самостоятельно, ваше высокородие, используя «Руководства по владению чарами тёмной стихии».

Статский советник кивнул в ответ. Его лицо не выражало никаких эмоций, и я не мог «прочитать» его.

На этом меня отпустили, и я отправился домой, выжатый как лимон, словно на мне весь день поле пахали.

* * *

В актовом зале горели люстры, заливая ярким светом помещение, до краёв наполненное синими фуражками. Гимназисты стояли ровными шеренгами почти по стойке смирно и смотрели на сцену. В этот субботний день все учащиеся собрались здесь, чтобы выслушать заключительное слово директора, а некоторые — чтобы заодно получить аттестат об окончании среднего образования. Для большинства из нас экзамены были позади (для меня, по крайней мере, точно), а впереди ждали два месяца каникул.

Не все экзамены я сдал хорошо. Половина — четвёрки, половина — пятёрки, однако было стойкое ощущение, что многие оценки мне завысили. Например, латынь, греческий язык и закон божий я сдал ужасно, но преподаватели всё равно поставил четвёрки. После появления здесь Давыдова, отношение учителей ко мне ощутимо изменилось: они стали более обходительными и менее требовательными.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

К сегодняшнему торжественному мероприятию гимназисты натёрли до блеска ботинки, пуговицы и кокарды, надели шпаги (вот для чего те были нужны) и явились к десяти утра в актовый зал. Тут нас ждали директор, инспектор и попечитель, которого я видел впервые. Это оказался тучный мужчина с тонкими бакенбардами. В отличие от преподавательского состава, он явился в штатском наряде.