Лекарство от старости - Олег Зарицкие

- Могу идти?

- Иди. Как эксперты закончат по компьютерам Белова, доложишь.

- Понял. Доложу, — сказал Максимов и вышел их кабинета Крутова. Полковник сел за стол и начал размышлять над новой информацией: «Да, серьёзные игроки эти парни — десвешеры. Очень серьёзные, — подумал Крутов.

- «Ну, ничего, мы тоже не пальцем деланные. Скоро откроете свои личики». Его размышления прервал Максимов, вбежавший в кабинет.

- Николай Янович. У нас проблемы! — прокричал он.

- Спокойно, майор. Что случилось?

- Эксперты нашли на домашнем компьютере Белова запись наших разговоров в кабинете генерала в Полтаве и запись совещания с учёными в Киеве.

- Как такое может быть?

- Помните, я вам говорил про микрофон и секретную программку у Белова? Значит, до этого свой микрофон он прицепил к кому-то из нас.

- Ко мне не мог. Он ко мне близко не подходил. Я точно помню.

- Значит ко мне, — задумался Максимов. — Вспомнил! Точно. Когда он его прицепил мне не помню. Возможно в вертолёте. Мы рядом сидели. Но снял его точно в среду, 24-го, после совещания с учёными. Он мне тогда, вечером, позвонил и попросил выйти, мол, у него информация важная есть. А потом мне какой-то хрени в машине наговорил про полтавскую съёмку. Мы проверяли, никто там не смотрит в одно место. Это он, видимо специально, чтобы микрофон с меня снять. Вот хитрец, — с восхищением сказал Максимов

- Доигрался уже твой хитрец! Думал, что хитрее всех, а теперь в морге лежит, — выругался Крутов. — Ты, Влад профессионал, а тебя мальчишка сделал. Доверять сейчас никому нельзя, а тем более этим писакам. Они мать родную за информацию продадут.

- Так теперь же эти десвешеры знают всё, что мы о них знаем. Ведь он писал на телефон, а потом скачивал на ноутбук. А телефон Белова у них.

- Да, это очень хреново, — опять задумался Крутов. — Одно утешает, теперь мы знаем, что они знают. Это уже не мало. Теперь нам нужно понять, как это всё можно использовать против них и с пользой для нас, чтобы выйти на этих «специалистов», — полковник сделал характерный жест пальцами.

- Извините, что недооценил этого Белова. И что теперь делать?

- Работать, Влад. Работать! Эту девушку Белова нашли?

- Ищем.

- Как найдёте, срочно под наблюдение. А сейчас ступай. Я думать буду.

- Всё понял. Пошёл работать, — сказал Максимов и вышел.

Данные Ирины Муравьёвой, девушки Белова, Максимов нашёл уже к вечеру. Записав адрес, он поехал к ней. Ирина жила в новом микрорайоне «Липинка» на Подоле. Дверь ему открыла очень красивая девушка.

- Вам кого? — спросила она, вопросительно глядя на Максимова.

- Ирина Муравьёва — это вы? — спросил он.

- Да, это я. И что вам нужно?

- Я из полиции. Майор Максимов — сказал он, показывая удостоверение. — Мне нужно поговорить с вами по поводу Белова Александра.

- Алекса? А что с ним? — заволновалась девушка.

- Разрешите пройти?

- Да, конечно, — она пропустила Максимова в квартиру. — Проходите в комнату. Максимов прошёл в квартиру. Это была домашняя студия. На стенах висели картины в рамках и без. Вдоль стен некоторые картины стояли просто стопками. У окна стоял мольберт с закрытым холстом. На столе была неубранная посуда, а постель была не застелена. Повсюду был творческий беспорядок.

- Извините за этот беспорядок. Это моя мастерская. Недавно была персональная выставка, поэтому все картины пришлось свезти сюда, — извинилась девушка.

- Ничего страшного, — успокоил её Максимов и, развернув стул, сел лицом к ней. — Скажите, как давно вы знаете Белова Александра?

- Мы познакомились с ним на выставке в ЦДХ. Дату не помню, но было это кажется в начале сентября.

- А когда вы видели его последний раз?

- Всю прошлую субботу и воскресение он был у меня. А в воскресенье вечером, проверил свою почту и сказал, что ему срочно нужно с кем-то поговорить. Что это очень важный разговор для него. Он собрался и уехал к себе домой. Потом перезвонил мне и сказал, что уезжает в командировку по делам редакции. Сказал, что там, куда он едет связь плохая и обещал позвонить как приедет. Но больше не звонил.

- В котором часу он уехал в воскресенье?

- Около восьми, кажется. Вы скажете мне, что случилось с Алексом? — Ирина умоляюще смотрела на него, сложив руки на груди.

- Белов покончил с собой, вчера. Он отравился ядом.

- Как? Не может быть? Алекс не мог! — она закрыла лицо руками и зарыдала. — О боже!

Максимов нашёл стакан и налив из бутылки, стоявшей на столе минеральной воды, подал ей.

- Ирина, успокойтесь, пожалуйста. Вот, выпейте воды.

Она взяла стакан, но пить не стала, а смотрела в одну точку и всхлипывала. По лицу текли слёзы. — Он не мог. Не мог. Слышите, Алекс не мог этого сделать! Он знал, что я его жду. Обещал покатать меня на «Чайке» в эту субботу.

- Вот и помогите нам в этом разобраться. Успокойтесь, Ирина, и давайте поговорим.

- Да, я спокойна. Слушаю вас, — сказала она, вытирая слёзы.

- Вы знаете, кто такие десвешеры?

- Нет. Не знаю, — уже достаточно твёрдо ответила Ирина.

- Вы что телевизор не смотрите?

- У меня его даже нет.

Максимов осмотрелся. Действительно телевизора нигде не было. Но на столе стоял ноутбук.

- А интернет. Вы же новости читаете?

- Только новости из мира искусства. Жизнь этого ужасного общества меня совершенно не интересует.

- Белов вам о десвешерах тоже ничего не рассказывал?

- Нет. Мы с ним разговаривали о современном искусстве, но о десвешерах я ничего не знаю.

- К искусству эти люди не имеют никакого отношения. Десвешеры добиваются легализации эвтаназии и за это умирают по десять человек каждую неделю. Вчера умерли ещё одиннадцать человек. Среди них был и Белов.

- Да, я что-то слышала об этих самоубийцах от друзей. Припоминаю. Но Алекс не был похож на самоубийцу! Он любил жизнь. За те несколько встреч, которые у нас были, он ни разу не говорил о смерти, тем более о суициде. Наоборот! Он рассказывал о своих планах. Хотел написать книгу об истории Киева. Не собирался он умирать. Я просто в этом уверена!

- Мы предполагаем, что Белов вышел на этих Десвешеров и они его убили.

- Но вы же говорите, что он сам принял яд.

- Все Десвешеры убивают себя сами. Но делают они это под психологическим влиянием.

- Я не понимаю. Как можно меня или вас заставить отравиться, если мы этого не хотим.

- Поверьте Ирина, возможно. И смерть Белова тому яркое подтверждение. Значит, вы говорите, что о Десвешерах он с вами не говорил и о своих планах не рассказывал.

- Нет. Ему наоборот нравилось, что со мной он забывает о жизненных проблемах и может не говорить о работе. Он говорил, что со мной абсолютно счастлив.