Пленник иллюзий - Эмма Райц

с трудом уложил на заднее сиденье Джеты, пристегнув с обеих сторон ремнями безопасности.

– Погнали! Держись.

– Ага…

– Блин, и белкового герметика нет… Сука! – Давыдов отчаянно шарахнул кулаком по рулю, развернулся, зацепив Элантру передним бампером и, стараясь ехать максимально быстро по ухабистой дороге, сосредоточенно смотрел вперёд.

– Меня к-к-кол-лотит…

– Знаю, малышка. Потерпи. Немного потерпи! Нам бы до поста… Там есть… Потерпи, детка…

Глава 15. Пророчество

– Злата!!!

Андрей пытался дотянуться до окровавленной ледяной руки Геллы, но та быстро погружалась в снег, словно тонула в зыбучем песке.

– Нет!!! – сдирая пальцы в кровь, Фенрир упорно продолжал откапывать её и не заметил, как сам начал тонуть. Холод пробирал до костей, липкий тугой снег не давал вдохнуть хоть немного воздуха.

Злата смотрела на него безжизненными изумрудными глазами, обрамленными заиндевевшими ресницами. Её губы были бледными, а кожа лица будто промёрзла насквозь. В последний момент Андрей ухватил её за запястье и попытался притянуть к себе.

– Зла… – но его рот и нос вдруг наполнились ледяной водой, устремившейся в лёгкие.

Они оба оказались в прозрачной толще океана, замерев в невесомости. Волосы Златы плавно извивались тонкими прядями вокруг её лица.

– Зачем… – губы беззвучно двигались, но изо рта даже пузырьков воздуха не было.

– Всплывай! – из последних сил борясь за спасение, Фенрир бешено грёб вверх и дёргал девушку за руку.

– Какой в этом смысл?.. – он снова прочёл фразу по омертвевшей мимике.

– Я – твой смысл! Ну же! – Давыдов неистово орал, но чувствовал, только как вода окончательно заполнила собой его грудную клетку.

– Ты уже мёртв…

Запястье Златы обожгло пальцы Андрея, и тот отдёрнул руку. Рыжая быстро шла на дно, а слева между её рёбер возникла алая рана. Кровь покидала её тело, смешиваясь с водой.

– Нет!!! Ты ошиблась! Злата!!!

– …Андрей Максимович, очнитесь уже!

Фенрир выхватил смачную пощёчину и резко сел, открыв глаза.

– Весь этаж переполошили своими криками! Прекратите!

Он проморгался в тщетных попытках понять, где находится, и кто рядом с ним.

– Вы всегда так тяжело от наркоза отходите? – недовольная и немного сонная медсестра лет пятидесяти уже что-то вкалывала в его капельницу.

– Я… Что? Наркоз?..

– Вам колено зашивали, помните? Вы приехали с ранением и с чуть живой девушкой на заднем сиденье.

Грубо растерев лицо ладонями, Фенрир вздрогнул:

– Злата!!! – беспощадная память вернула его в реальность с ограничением в двести метров.

– Да не орите вы! – медсестра ощутимо пихнула его в плечо. – И так уже всех перебудили!

– Что с ней? Где она? Мне надо…

– Вам лежать надо! – она снова толкнула попытавшегося встать Андрея. – Утром повязку сменят, и делайте что хотите. А сейчас угомонитесь!

– Что с ней? – подчинившись грозной медсестре, Давыдов рухнул обратно на подушку. – Просто скажите как есть!

– В реанимации лежит. Зашили, кровь перелили. Отключилась она пару раз, но откачали. Не переживайте. Всё нормально. Печень еле задета была, так, по краешку.

Фенрир облегченно выдохнул, несмотря на то, что странный жуткий сон всё ещё маячил перед глазами. И эти слова Златы: «Ты уже мёртв…»

– А завтра можно к ней зайти?

– Если орать больше не будете, пропустим.

– Не буду… Спасибо вам…

* * *

Остаток ночи Андрей провёл в полузабытьи, то проваливаясь в поверхностную дрёму, то снова открывая глаза. Он вроде бы слышал чьи-то переполошившиеся голоса и топот ног, но не был уверен, в реальности это происходило, или ему снова что-то снилось. Кожей ощущая какую-то непонятную взвинченность и наэлектризованность, в полшестого утра Фенрир всё-таки не выдержал, медленно встал с койки и, ухватив стоявший рядом костыль, поковылял к двери.

К его удивлению, коридор хирургического отделения военного госпиталя, куда они со Златой накануне еле добрались, был по одной стороне заставлен дополнительными койками, на которых лежали… Лица многих парней показались Андрею слишком знакомыми. Он огляделся и вдруг в конце коридора заметил отца. Следом за ним шла, тихо ругаясь, разъярённая Лера.

– А ты тут каким боком? – Макс замер на полпути, и Пики по инерции врезалась в его лопатку.

– Я… Э… Это… – Фенрир растерянно заикался, пока Лера беззвучно испепеляла его взглядом, проводя по шее пальцем с неизменным чёрным маникюром. – ДТП…? Небольшое. Я… Того. Ногу поранил.

– Чего ты? – Давыдов-старший недоверчиво прищурился и тут же повернулся к Пики.

Та оскароносно пожала плечами, скривив рот, будто понятия не имела, что произошло. Макс снова посмотрел на сына и его перебинтованное колено:

– Серьёзно?

– Да вроде нет…

– Сегодня отсюда выпишут всех ходячих. По максимуму.

– А что вообще случилось?

В ответ Лера, не глядя на Фенрира, тихо, но смачно выматерилась и пошла дальше по коридору. Макс раздражённо вздохнул, махнув рукой:

– Пока разбираемся… Там ещё нужно… – Охотник не успел договорить, как всё отделение заполнил басовитый рык Черномора. Давыдовы одновременно повернули головы.

– Гандон ты гнилой!!! Я, мать твою, узнаю, кто у вас в штабе обосрался!!! Вы, сука, сдохните все! Только попробуй!!! В крысу заигрался, тварь?!! Я полжизни на вашу бляцкую шарагу пропахал! Думаешь, я не узнаю, кто из вас, пидоров, продался?! В очко себе засунь, ясно?!! Сука!!! – смартфон резким движением руки просвистел над головой Андрея и рассыпался мелкими осколками, ударившись в стену.

Одежда Григорьева насквозь была бурой, на лице и шее – кровавые разводы, правая кисть – кое-как перебинтована, а торчавшие из-под бинтов пальцы были покрыты грязью и копотью.

– Матвей Викторович! Стойте! Вам бы раны обработать… – за ним бежала медсестра, безуспешно пытавшаяся урезонить бешеного командира наёмников.

– Остальных обрабатывай! – тот рявкнул на неё так громко, что весь коридор мгновенно погрузился в тишину. Раненые перестали болезненно постанывать, а врачи и санитары замерли на месте.

– Хорош орать, – раздался чёткий голос Леры, и все головы повернулись в её сторону.

– Я спокоен, – процедил Черномор.