Любовь и ревность. Хроники - Рене Маори

Инициация нового вампира состоялась.

«Дядя» и «племянник» привели себя в порядок и вернулись к гостям. Про Рона и Анри почему-то никто и не вспомнил. Алекс сбегал за Мэри. Она потрясающе выглядела в старинном платье и бриллиантах. Девушка всю ночь танцевала с прежним возлюбленным, а когда она совсем устала и начала дремать на его плече, неожиданный, легкий укол в запястье разбудил ее.

Алекс посмотрел ей в глаза и улыбнулся.

– Дорогая, я провожу тебя в твою комнату, ты устала, поспи, завтра выходной, нам некуда торопиться. У нас впереди вечность...

Леонид Старцев: Превратности Камасутры

Если в сердце человека зажечь огонь ревности, потушить его можно только кровью…

Пациент умирал, испытывая жестокие мучения, и на него было страшно смотреть. Он лежал на животе полностью обнаженным, а вся его спина вплоть до шеи, ягодицы и задняя поверхность ног до самых пяток были усыпаны огромными волдырями, кровоточащими язвами и струпьями, сливающимися в одну сплошную гнойно-некротическую рану. Он уже находился в бессознательном состоянии, дыхание сопровождалось глухими булькающими хрипами, периодически его тело содрогалось в конвульсиях, судя по всему, это уже была агония. Прошло еще несколько минут и больной, в последний раз тяжело вздохнув, затих и уже, видимо, навсегда…

Дежурный врач, еще немного постоял у кровати, беспомощно развел руками и понуро вышел из палаты. Несмотря на свой многолетний опыт, с таким случаем, он столкнулся впервые. «Что же это может быть? – терялся он в догадках. – Отравление? Аллергия? Что-то не очень похоже. Экзема? Рожа? Пиодермия? Нет, нет и нет, ни одно из этих заболеваний не укладывается в клиническую картину этого случая. Уж очень быстро, практически молниеносно развивался процесс. Со слов девушки, которая вызвала скорую помощь и сопровождала больного, все это кроваво-гнойное месиво образовалось за считанные часы, буквально на ее глазах. Так что же это может быть? А вдруг это некая опасная инфекция, типа бубонной чумы или сибирской язвы, или вообще что-нибудь экзотическое, пендинская язва, например?» Он стал лихорадочно припоминать характерные симптомы всех этих недугов, но ничего не подходило. Вдруг его осенило, а может это лучевое поражение? С подобными, точнее, с почти подобными поражениями он сталкивался, когда участвовал в ликвидации последствий Чернобыльской аварии. Но где в этом городе он мог получить такую громадную дозу облучения? В любом случае надо будет оповестить все экстренные службы, пусть они свои головы ломают, а я сделал все, что мог. В ординаторской он вызвал дежурную медсестру и распорядился связаться с МЧС, санэпиднадзором и милицией, а до их приезда приказал незамедлительно всем надеть маски и предупредил, чтобы ни одна живая душа не входила в палату с покойником.

Судмедэксперт Денис задумался, что-то неуловимо-неприятное его беспокоило, прямо-таки свербило в потемках сознания, но он никак не мог понять, что же это. Где-то он про нечто подобное уже слышал или читал. Он усмехнулся, конечно, после мединститута все мозги были основательно заполнены бездной знаний, вроде бы нужных, но зачастую совершенно бесполезных. А вот когда нужно, очень трудно отыскать в этом хламе то, что требуется позарез именно в данный момент… «Ладно, наверняка вспомню позже», – Денис закурил, глубоко затянулся и попытался подумать о чем-нибудь другом, более приятном, ну, хоть бы, о своей соседке Леночке…

Денис только в этом году окончил институт и устроился стажером в бюро судебно-медицинской экспертизы. И работал он здесь не только из-за денег, даже совсем не из-за денег, а ради, как говорится, научного интереса. С детства любимой книгой Дениса был учебник судебной медицины, неизвестно каким образом, оказавшийся в его детских руках еще в пятилетнем возрасте, да и читать то он научился так рано, по большому счету, именно благодаря этой книжке, уж очень ему хотелось узнать поподробнее обо всем, что было изображено на картинках. А картинки там были еще те…

Как раз он сейчас думал об этом, мысленно перелистывая страницы той книги, в поисках похожего случая. «Вот уж действительно, судьбу человека определяет первая, прочитанная им книга. Не помню, кто сказал, а может, эта мысль у меня впервые и появилась в данный момент, а что, красиво сказано», – сам себя похвалил Денис. – «Тем более, что этому есть и другие примеры. Вот у знакомых, кто-то из родственников случайно оставил здоровенный каталог зарубежных автомобилей. Так их сын Сережа с трех лет его начал штудировать и к своим пяти годам знал практически наизусть все марки авто, их эмблемы, рисунки радиаторных решеток и другие особенности, не только знал, но и мог очень точно воспроизвести на бумаге все эти эмблемы и решетки. А вы говорите книга…».

Да, сегодня уже с утра день явно не задался, во-первых, этот нудный холодный дождь. А самое главное, и это, во-вторых, дежурный эксперт заболел или был глубоко после вчерашнего, ну, в общем, не пришел на работу. А тут срочный вызов, вот Дениса и послали со следственной бригадой. Хотя, честно говоря, он и не особенно сопротивлялся. Все-таки, живая работа с операми гораздо интереснее, чем сидеть в пропахшем формалином морге.

В больнице, в которую они приехали, царил настоящий погром. У входа в отделение охрана, никого не впускают и не выпускают, персонал снует в противочумных костюмах. Их тоже облачили в халаты, маски, колпаки, бахилы. На месте уже была масса специалистов из разных «епархий».

Дежурный следователь Еременко мельком осмотрел палату и ушел в ординаторскую, снимать показания со свидетелей. Денис остался в палате с врачом, наблюдавшим больного, заглянул под простыню, которой был укрыт покойник. Увиденное его шокировало, насколько он был уже повидавшим виды, но эта картина обезображенной плоти не поддавалась никакому вразумительному описанию. Он, молча, выслушал врача, который уставшим голосом рассказал все, что знал, и сообщил, что приехавшие специалисты уже исключили инфекционную природу поражения, так что труп можно забирать в морг судмедэкспертизы. После выполнения всех следственных действий бригада собралась в ординаторской, где Еременко заканчивал писать протокол. Его раздраженный голос вывел Дениса из транса:

– Ну, что, эксперт, какие будут соображения? Несчастный случай или суицид?

– Владимир Иванович, ну пока нет данных вскрытия, трудно сказать, но случай, конечно, интересный…

– Интересный!? Не то слово…

– А кто он, потерпевший?

– Бизнесмен какой-то, фирмач, мать его…