Взводный (СИ) - Берг Александр Анатольевич

— Опять ты? Впрочем чему удивляться, и думаю ты не к нашим выходишь, а по немецким тылам орудуешь.

— И я вас рад видеть товарищ генерал, надеюсь не будете опять пытаться под себя подмять?

— А у тебя бумага с собой есть?

— В этот раз есть, учёл прошлые ошибки.

— От командующего армией?

— Берите выше. От командующего фронта.

— Майора тоже он дал?

— Да он.

— Поздравляю.

— Спасибо. Товарищ генерал, вы как, сами по себе дальше пойдёте или со мной?

— Да пожалуй с тобой. Так больше шансов к своим выйти и остатки тяжёлого вооружения сохранить.

— Много вас?

— Да от всей дивизии неполный полк остался и батарея сорокопяток.

— Негусто, но у других и этого нет. Пристраивайтесь позади нас, конечно тормозить нас будете, но не бросать же вас тут. Да, вы всех своих водителей приготовьте, надеюсь они у вас есть?

— Воробьёв, всех водителей сюда, живо!

К моему удивлению у Севастьянова оказалось под сотню водителей и не одной машины, лишь обоз из полусотни телег, на которых в основном везли раненых. Достать машины не такая большая проблема, так что день, два и все будем на колёсах, а то не люблю, когда меня тормозят.

Глава 15

Глава 15

Когда через день я вышел к точке сбора, то большая часть моих орлов уже была там, не хватало четверти примерно, но главное все были относительно целы. Разумеется, что в ходе проводимых боевых действий потери у них были, и в живой силе и в технике тоже, вот только учитывая, что почти вся техника у нас была трофейной, то и потери эти мгновенно восполнялись за счёт новых трофеев, а бойцов добирали из окруженцев и пленных, так что к месту сбора все прибывали не только в полном составе, но и с неучтёнными бойцами, техникой и вооружением, которыми разжились в ходе рейда. Ознакомившись с уже добытым, я понял, что жабизм и хомячизм это заразно, взяв меня, как пример к подражанию, мои орлы тащили всё, что только могли добыть. Ещё через день наконец все были в сборе, и подведя добытому добру, что притащили с собой остальные отряды, я тихо выпал в осадок. Теперь точно я вооружусь по самое не могу, и хрен что у меня командование заберёт. Кроме отжатого мной у немцев дивизиона М-10, который я оставлю у себя, на откуп начальству были 27 гаубиц МЛ-20 калибра 152 миллиметра, и 41 гаубица А-19 калибра 122 миллиметра. Это более чем с лихвой покрывали М-10, а для меня главное манёвренность и тут М-10 были вне конкуренции. Будучи практически в два раза легче основных тяжёлых орудий РККА, они идеально подходили для меня.

Вес в походном положении гаубицы А-19 составлял 7800 килограмм, а МЛ-20 8070, в то время, как сама М-10 весила всего 4550 и на данный момент она была самой современной гаубицей в СССР ни чем не уступая новейшим зарубежным аналогом.

Пускай М-10 имела меньшую дальность, чем А-19 и МЛ-20, но для моих задач было достаточно стрелять километров на десять, а М-10 била на 12. Это в позиционной войне дальность стрельбы играет огромную роль, всё же когда твои орудия недосягаемы для артиллерии противника, в то время, как сами могут по нему бить огромное преимущество. В моём случае, когда весь принцип моих действий основан на маневренной войне, когда я сам в выбранном месте дам противнику плюху и тут же свалю в дальнюю даль не дожидаясь ответной оплеухи, для меня главную роль играет мобильность и тут М-10 вне конкуренции с остальными аналогичными по мощности артиллерийскими системами. А тут я откупаюсь вчетверо большим количеством тяжёлой артиллерии и с большим радиусом действия. Ещё натащили большое количество противотанковых и дивизионных орудий. Учитывая возможность прибарахлиться, я запланировал по одному противотанковому и одному дивизионному дивизиону на каждый батальон. Все дивизионные орудия были УСВ, также, как более новые и современные, а вот более старые Ф-22 все шли командованию. В общей сложности было 49 сорокопяток и 61 Ф-22, также достаточное количество для откупа. Отдельной строкой шло оснащение дивизии генерала Севастьянова. Делится с ним своими орудиями я не хотел, но пока мы ждал остаток моих отрядов, то провели разведку окрестностей и наметили место под экспроприацию нужного. Был пункт сбора нашего вооружения не так далеко и именно по артиллерии. Отдельной строкой шли танки, их набрался на целый усиленый батальон, даже больше, и чего там только не было. Про КВ-1 и КВ-2 говорить нечего, танки конечно очень мощные, но мне мало подходящие, слишком шумные и тяжёлые, не везде пройдут. Был даже один Т-35, гордость Сталина, а по мне так ещё то угрёбище. Здоровенный как сарай, тяжёлый, ещё тяжелей КВ, зато броня никакая, её даже из сорокопятки пробить можно.

Вес танка Т-35 составлял 58 тонн, тогда как КВ 1 и 2 весили соответственно 47,5 и 52 тонны, при этом максимальная толщина брони Т-35 была 40 миллиметров, тогда как у КВ 75 миллиметров.

Я бы с удовольствием бросил тут этого квазимодо, но народ не понял бы меня, для них он тоже олицетворял советскую мощь, а потому принял Соломоново решение. Танк беру с собой, но если он сломается или топлива станет не хватать, то сразу его брошу. Были ещё три Т-28, вот это другое дело, конечно в прямом бою он тоже достаточно уязвим, но вот против пехоты самое-то с его двумя отдельными пулемётными башнями. Всё равно я не собирался бросать свою технику в лобовые атаки на неподавленного противника, так что у меня они себя ещё покажут, по сути это современный аналог БМПТ, Боевой Машины Поддержки Танков. Выйдем к своим, я все КВ и Т-34 отдам, не по моим задачам танки, а себе оставлю БТ и все три Т-28, вместе с БА-10 как раз на танковый батальон наберётся и особых хлопот с ними не будет. Теперь главное к свои выйти и всё непосильно нажитое добро не растерять.

После того, как все собрались, основная часть полка двинулась к намеченному месту в сторону линии фронта, а моя рота вместе с батальоном Севастьянова и им самим двинулись к этому пункту сбора трофеев. Ехали на грузовиках, с собой взял только роту БА-10 для огневого прикрытия, также прихватив всех водителей Севастьянова, добыча для него транспорта тоже входила в мою задачу. Пункт сбора охраняла целая усиленная рота немцев при шести бронетранспортёрах, трёх наших бронеавтомобилей БА-10 и двух танках БТ-7. Ударили как всегда ночью, когда немцы спали, сначала тихо сняли часовых, а затем открыв ворота бывшей колхозной МТС стали резать спящих немцев. Несколько выстрелов внутри барака переделанного немцами под казарму далеко не распространились, так что можно сказать всё прошло тихо. Это хорошо, немцев было около двух сотен и если бы нам не удалось тихо снять часовых и проникнуть в казарму, то шуму было бы много. Нет, задавить бы мы их конечно задавили, да просто сожгли бы их в казарме, что бы не терять своих людей, но нашумели бы на всю округу. А так тихо вырезали их и всех делов, зато Севастьянов получил 53 сорокопятки, 48 орудий Ф-22 и 12 пусть уже и устаревших к этому времени 122 миллиметровых гаубиц образца 1910/1930 года, зато лёгких, всего 2,5 тонны весом. Считай все грузовики, что мы взяли с собой оказались заняты буксировкой орудий. Снарядов для орудий почти не оказалось, в общей сложности по десятку — полтора на ствол, но это не страшно, пока вполне хватит, а там раздобудем. На обратном пути устроили засаду на немцев, мне грузовики были нужны, вернее Севастьянову, я же ему обещал добыть транспорт. В удобном месте устроили засаду. Тут как раз и орудия пригодились и снарядов для засады вполне хватало. Дождавшись большой автомобильной колоны, первыми выстрелами из орудий подожгли шедший впереди танк Т-3 и пару бронетранспортёров, тем самым остановив вражескую колону, после чего принялись отстреливать водителей. Точными выстрелами также били по шедшим в составе колоны бронетранспортёрам, выбивая таким образом всю бронетехнику. Пара десятков прихваченных Максимов тоже внесла свою лепту, правда в основном по моему плану они должны были показать немцам нашу огневую мощь и заставить их сдрыстнуть подальше от колоны. Здраво оценив нашу огневую мощь, особенно когда из леса показались захваченные бронемашины и танки, немцы решили отступить, к тому же в основном это была колона снабжения, и солдат в ней было не много. Таким образом мы захватили чуть больше сотни грузовиков, все от 3 тонн и выше, так что значительно повышали нашу мобильность. В каждый грузовик могла сесть человек 20 пехоты, а это уже около двух тысяч. От места засады сразу рванули к временному лагерю военнопленных, где оказалось две с половиной тысячи наших пленных бойцов и командиров, их ещё не успели рассортировать и разделить. Тут ни кто после освобождения и пикнуть не посмел качая права, всё же генерал присутствовал. Всех загнали в кузова грузовиков и двинулись дальше к пункту сбора стрелкового оружия. Охранявший его немецкий батальон, всё же какие, ни какие уроки немцы вынесли и усилили охрану таких мест, сбили с лёгкостью. Когда на широком поле стали разворачиваться машины с орудиями, готовясь к стрельбе, а прямо на них двинулось с десяток бронемашин и бронетранспортёров. А позади них из большой колонны грузовиков стали выпрыгивать многочисленные фигуры советских бойцов, то командир немецкого батальона здраво рассудил, что максимум через десять минут боя его батальона не станет. Примерно в полукилометре за пунктом сбора протекала река, вот к ней он и устремился, так как через реку техника без моста точно не пройдёт. Преследовать его не стали, времени нет, очень скоро немцы узнают о наших художествах и минимум что сделают, пошлют авиацию, так что всё надо делать в темпе вальса. Грузовики с бывшими пленными по очереди заезжали на пункт сбора, где выпрыгнувшие бойцы быстро разбирали оружие и немногочисленные патроны и сразу залазили назад в грузовики, а на их место моментально подъезжали следующие. Уже через час, вооружив всех освобождённых пленных, мы ехали прочь. Севастьянов был вне себя от радости, теперь у него было практически два полноценных полка при очень мощном для этого времени артиллерийском прикрытии. По три противотанковых и полковых дивизиона, один гаубичный и четыре миномётных калибра 82 миллиметра, это была огромная мощь на данный момент. В обороне вся артиллерия стоила третьего полка, так что по огневой мощи он даже стал сильнее. А на обратном пути им повстречалась ещё одна большая колона наших пленных. Повезло, что встретились как раз в тот момент, когда мы должны были с узкой лесной дороги, по которой собственно говоря двигались, пересечь шоссе и углубиться дальше в лес. Более тысячи пленных гнали по дороге, и встретились мы, когда других немецких частей поблизости не оказалось. Охрану положили мгновенно и пленным разбежаться не дали, а кое как рассадили их по технике, даже на орудия посадили, где были более менее подходящие места.