Тимиредис. Летящая против ветра - Надежда Кузьмина

Легла на постель, вытянув ноги. Закрыла глаза. Похоже, в общежитии сейчас немного народа - большая часть усвистела в город, развлекаться. Почти прямо подо мной кто-то ходил. И в тот момент, когда я его почувствовала, замер. А потом сдвинулся так, чтобы оказаться прямо подо мной, и снова застыл. Упырь?

Открыла глаза. Выходит, он тоже сидит в комнате. В город не пошел.

Вздохнув, начала читать по складам "Траххшгар шторнглид веттершаг…"

Интересно, я хоть правильно слова выговариваю? То, что язык узлом завязывается, еще не повод считать, что всё верно. Ладно, дочитаю эту жуть, схожу на конюшню.

Заслужила.

Глава 14

Прибой встретил меня радостным фырканьем. Протянув ему с ладони огрызок яблока с обеда, уселась у ног. Конь, шумно вздохнув, положил мне голову на плечо. Тяжелый же, зараза! Но все равно, так приятно. Подняла руку и стала почесывать вороному нос, рассказывая, что он - лучший конь на свете.

- Вижу, вы и впрямь спелись.

Упырь. Собралась встать, но он поднял ладонь:

- Нет, не уходи, мне поговорить надо. Тут, вроде, больше нет никого?

Вошел в денник и сел рядом, почти касаясь плечом. Прибой фыркнул, мотнул головой, здороваясь с хозяином, а потом снова вернулся ко мне.

Я прикрыла глаза, проверяя. Да, он прав. Он, я, лошади и больше никого.

Вздохнул:

- Я должен извиниться, - сделал паузу. - Я дважды обвинил тебя в том, в чем ты был не виноват.

Дважды? Один раз - понятно. С этой микстурой. А второй? Что-то он мне бросил тогда в библиотеке. "Не подходи"? Или, нет, другое. "Ты за мной следишь?"

А сейчас чего ему от меня надо? Спросить или промолчать? Лучше промолчу.

- Вчера я отнес твою микстуру лорду Йарби. Он её проверил. Ромашка, цветки бузины, росянка, да?

- Еще шалфей и фиалка, - вздохнула я.

- А попутно он рассказал мне, как тебя чуть не выгнали с собеседования. Но если б тебя послали следить за мной, ты бы проскочил как по маслу, даже если б у тебя магии не было вовсе. Вот и выходит, что ты не тот, за кого я тебя принял. Извини.

- Да ничего, - пожала плечом я. - У меня хватило уже мозгов понять, что у тебя самого не все ладно.

- И что ты понял?

- Смотри сам. С тобой происходит несчастный случай - падение в реку - но тебя никто не ищет. Целых три дня. Потом ты появляешься здесь и сидишь на уроках, хотя все, что нам рассказывают, знаешь. Вот думаю, ты в опасности и прячешься тут. Но это - не мое дело. И делиться с кем-то соображениями тоже не собираюсь. Вот только с тобой, - позволила я себе короткую улыбку.

- А ты не дурак!

Вздохнул и замолчал. Потом протянул руку и тоже стал почесывать морду Прибоя. Коня наше внимание, похоже, устраивало.

- Спросить можно? - решилась я.

- Попробуй, - отозвался он после паузы.

- Что, как ты думал, было в моём настое?

- Тим, сколько тебе лет? - непонятно ответил он вопросом на вопрос.

- Двенадцать. В октябре тринадцать, - я решила, что тайны в этом нет. - А тебе?

- Мне скоро четырнадцать.

И снова замолчал.

- Так что ты там искал? - повторила я.

- Хочешь знать? - совершенно неожиданно разозлился он. Слова вылетали змеиным шипением из сжатых губ. - Мой позор!

- Ыы-ы? - обалдела я.

- Ладно, - плечи парня как-то обмякли. - Ты после этого не захочешь говорить со мной, но, думаю, так даже лучше. Предыстория проста. Когда умирала моя мама, она взяла с меня клятву, что до двадцати лет я останусь девственником. И я поклялся. И собираюсь сдержать слово, чего бы мне это ни стоило. Она просила из последних сил, понимаешь? И я знаю, она следит за мной оттуда…

- Твоя мама умерла? - спросила я, чтобы заполнить тишину. Сказанное не лезло ни в какие ворота. В деревне девки и парни теряли невинность в тринадцать-четырнадцать. В пятнадцать-шестнадцать часто были уже женаты или замужем и ждали детей. Меня в первый раз попытались изнасиловать то ли в восемь, то ли в девять. Вспомнить жутко. А тут до двадцати! К чему такие странности?!

- Шесть лет назад, - отозвался он.

- Моя, вообще, умерла, едва родила меня, - вздохнула я. - Так и что дальше?

- То дальше. Юбки крутятся вокруг меня уже года три. Все им что-то надо! Но я просто сбегал. И надеялся, что так и буду жить. Что смогу легко исполнить клятву. А потом на моем пути попался ты! - голос звучал чуть ли не обвиняюще. - И это - позор!

Я повернула голову, с недоверием уставившись в горящие темные глаза. Он что, всё-таки спятил?

- Что позор?

- То, что мне нравится парень! Это плохо, противоестественно!

Нет, наверное, я туплю. Что-то не так поняла. Из того, что он сказал, следует, что я ему нравлюсь? Или нет?

- Ничего не понимаю… Ты ж меня терпеть не можешь? - выдала я вслух.

- Слушай по порядку. Потом ты возненавидишь меня, но, повторяю, это будет к лучшему. Так мне станет легче. Я со свитой переезжал Зану вброд, мне сказали, что так добраться до дороги на Китовый Киль быстрее, чем делать крюк до моста. А потом, ни с того ни с сего, Прибой подо мной как взбесился - стал биться, вставать на дыбы. Пока не завалился набок. Что случилось, я понял уже тут. Потом сам посмотришь - у него на крупе не до конца зажившая рана - кто-то выстрелил в него из маленького арбалета. Причем не простым болтом, а начиненным какой-то гадостью. Возможно, болт был с кислотой, поэтому конь и потерял разум от боли.

- Ничего ж себе! А что же делала свита? Почему не помогла? - выдала я, не думая.

- Потому. Это - другая история. Слушай дальше. Прибой придавил меня под водой. А вода - ледяная. Пока я выпутался из стремян, совсем обессилел. Кажется, потерял сознание. Следующее, что помню, - это твое сердитое лицо, и как ты влепил мне затрещину на берегу. Потом снова провал. А затем я очнулся у костра и понял, что кто-то меня переодел. Включая штаны. Понимаешь?

Я кивнула. Если б я потеряла сознание а, придя в себя, поняла, что кто-то раздевал меня догола, точно бы задергалась. Хотя… он же парень. Разве их можно изнасиловать? Но, судя по его реакции, можно.

- Потом ты меня грел, кормил. Лечил той самой микстурой. И держался недружелюбно, будто я тебе чем-то сильно не нравлюсь. Я решил было, что ты тоже из людей отчима, но тогда непонятно, зачем ты меня спас.

Так. Там есть еще и отчим. А родной отец где? Но пока помолчу. Захочет - расскажет позже.

- Ты лег спать по другую сторону костра, накрывшись этой смешной юбкой. Ты вез платье для своей подружки, Бриты, да? Она симпатичная… Ну, это я к слову. А тогда я смотрел, как ты лежишь и трясешься от холода. Тебя так знобило во сне, что я почувствовал себя гадом - ведь простудился ты из-за меня. И твой плащ тоже забрал я. Ну, я взял плащ и перебрался к тебе. Лег со спины, укрыл нас обоих. Руками старался не трогать. Я помню, ты говорил, что этого не любишь. Вот тогда-то это и случилось…