Не чужие (СИ) - Елена Рай

внутри все обмирает. Я умираю. На месте. — Она мне рассказывала, как переживала из-за развода, а я ей рассказал про то, что ты проходишь очередной курс лечения. Мы выпили… Это глупая ошибка, Ева. Не более, — откинувшись на спинку дивана, берет в руки пустой фужер и наполняет его коньяком.

— То есть я тоже могу целоваться со всеми подряд…?! За душевный покой, так сказать?! — вспыхиваю, как спичка.

— Ну, пожалуйста, только не сейчас… — Марат присоединяется к нам, присаживаясь напротив. Кивает Кириллу, чтоб тоже налил ему выпивку. — Я не хочу сейчас ссориться.

— А когда захочешь? Дома?! — не унимаюсь.

— Тогда лучше домой мне не заявляться, — дергает уголками губ. — Скоро девочки подойдут, может с ними поболтаешь… Пар спустишь.

— Ни с кем я болтать не собираюсь, — нависаю над ним. — Особенно с «вашими девочками», — подскочив на ноги, иду к выходу. Кирилл выбегает следом за мной.

— Ева, ты меня позоришь перед другом, перед людьми! — оглядывается по сторонам.

— Это ты меня позоришь, когда в качестве утешения засовываешь свой язык… — продолжать аж противно. — Отхватил звездной болезни?

— Что?!

— Того, Кирилл, того… — продолжаю идти вдоль улицы, не оглядываясь назад.

Только не сразу понимаю, что позади меня больше никого нет. Я одна.

Глава 39

Кирилл

— Я уже думал, что ты не вернёшься, — Марат вальяжно раскинулся на целую половину дивана, отпивая виски прямо из бутылки. — И побежишь снова за ней, окончательно загоняя себя под каблук.

— Может я хочу быть под ее каблуком? — набираю Еве сообщение, что скоро буду дома. Дошло. Не читает.

— Все бабы дуры и только могут, что манипулировать нами, — недобро ухмыльнувшись, Марат делает очередной глоток алкоголя.

— Лика умница, что не бегает за тобой. Не хочет всего того дерьма, что происходит в твоей жизни.

— Ева тоже от тебя сбежит… Ей тоже этого «дерьма» не нужно, — хочется врезать ему по роже, но не буду. Оба взвинчены из-за девушек.

— Не сбежит, — сажусь рядом с ним, закидывая в рот подобие маленького бутерброда.

— Уже сбежала, увидев тебя во всей своей красе в окружении девиц. Стер хотя бы, — указывает на мою щеку. На моих пальцах остается липкий след от красной помады. Черт! — Ей нужна другая жизнь, не наша, где баб столько и все разных мастей. А она чистая, светлая… Не по твою душу, вот, — хочется сдохнуть на месте от такой досадной фатальной ошибки. Пишу снова сообщение Еве. Как и предыдущее оно остается без прочтения.

— А Лика? Она тоже не по твою душу? — спрашиваю излишне эмоционально, чем следовало. Меня бесит, что Ева меня игнорит.

— Она как райская птичка… — потом резко выдаёт, меняя тему: — мой батя тут задумал меня женить.

— Что?!

— Майя Солоницына, дочь прокурора. А мой отец вор, пока вне закона. Сечёшь…

— А любовь уже не в счёт? — пораженно качаю головой, на миг забывая обо всем.

— Нахер она нужна, — всё также с пофигистическим настроение толкает Марат.

Чуть позже к нам присоединяются парни, а потом и девушки, участвующие в рекламной компании. Минут ещё через пятнадцать заявляется Эльвира под руку с нашим тренером. Она сменила свой предыдущий наряд на ультракороткое красное платье, будто знала, что Ева не выдержит и снова «сбежит», а мне снова будет нужна ее мнимая поддержка.

— Кирилл, а где твоя красавица? — Артем Ильич интересуется между делом, подливая в свой бокал беленькой.

— Устала, — говорю первое, что пришло на ум. — Скоро сам поеду домой.

— Кир, ну мы только начали, — рука Эли обвивает мою шею. — Куда торопиться, если с поводка уже сняли? — скидываю ее руку, обращаясь к тренеру:

— Артем Ильич, можно на пару слов? — заметив, что тренер меня правильно понял, выхожу из комнаты.

— Кирилл, скоро спонсор приедет. Давай накатим и встретим его навеселе, чем с кислыми мордами, — отрицательно качаю головой.

— Увольте Элю. Найдите причину. Скажите, что сокращается штат сотрудников.

— Дела любовные? Без них никак?

— Она треплет нервы Еве, а для ее спокойствия я пойду на многое.

— Ох, трахал бы Эльку, — хохочет, не обращая ни на кого внимания. — Ладно. Мне от нее проку ноль. Не болтай только, Кир.

— Я поеду домой, — коротко киваю на выход.

— Как?! — ошарашенно таращит на меня свои глазища.

— Хочу под каблук к любимой, — кажется я сегодня совершал два нокаута. Один на ринге, второй прямо здесь и сейчас.

Вернувшись домой, я застаю Еву, сидящей за кухонным столом. Ее длинные волосы струятся прозрачным водопадом в сумраке, освещенным только лунным светом. Между своих тонких пальцев она сжимает что-то очень маленькое, напоминающее бумажную полоску.

— Сделала сегодня утром, — сажусь напротив нее, не включая верхний свет. — Интересно сколько я еще буду пытаться…? — кладет передо мной, как я понимаю отрицательный результат.

— Почему ничего не рассказала?

— Это будет из месяца в месяц, пока у меня есть силы принимать лекарства, — она не плачет. Это плохо. Когда нет эмоций — всегда плохо.

— Не будем беспокоиться о предохранении, — шутка тупая. Идиот. — Прости.

— Может расстанемся, пока не поздно? — Ева шевелит губами, не обращая внимания, что и мне делает больно таким предложением. — Ты что?! — подхватываю ее на руки и несу в спальню.

— Дикарь. На плечо и в койку. По-другому у нас не получается, — замираю перед кроватью. — Поговорим обо всем или сразу к делу?

У моей девочки на щеках появляется здоровый румянец да и безжизненной она больше не выглядит.

— Поговорим, — бережно опускаю ее на пол.

Плюхаюсь на кровать, заставляя ее сесть мне на колени, чтобы выслушать все, что у нее наболело.

За всей своей видимой занятостью я позабыл, что дома меня ждёт не тридцатилетняя состоявшаяся женщина, а ранимая и чувственная девчонка, что запуталась во всем, что произошло в ее жизни. К  н  и  г  о  е  д  .  н  е  т

Еще даже не рассвело, когда на на мой телефон поступил вызов от тренера. Ева спала на моем плече, закинув на меня свою прелестную белоснежную ножку. Пришлось проявить несвойственную мне пластичность, чтобы высвободиться и добежать с мобильником до кухни.

— Пацан, я тебя убью! Задушу собственными руками! — еле ворочая языком, Артем Ильич рычит по ту сторону.

— Что случилось? — потираю глаза, смотря на часы. Четыре часа ночи.

— Проба крови… Там что-то нашли. Молись, чтобы от твоей репутации, хоть что-то осталось после скандала!

— Это ошибка, — говорю ровно и отключаюсь.

Через десять минут поступает второй звонок. Тренер звонил из клуба изрядно пьяным, а информацию ему могла доложить только одна обозленная особа.

— На бирже труда можно подыскать приличные вакантные места, — тихо смеюсь,