Герой ее романа - Элла Дэниелс

«Значит, я ему небезразлична? – промелькнуло у Дани. – Ох, в его жизни было столько боли… Неудивительно, что он никому не доверяет».

Забыв обо всех своих опасениях, Дани сейчас действовала по велению сердца. Она хотела сделать маркиза счастливым, хотела, чтобы он понял, какой он замечательный. Не отрывая взгляда от его зеленых глаз, она прошептала:

– Маркус, если бы ты тогда не спас Каро, ты бы не был сейчас таким добрым и отзывчивым.

Он посмотрел на нее с удивлением. Потом провел ладонью по ее волосам и пробормотал:

– Ты знаешь, какая ты красивая?

Дани распахнула глаза, а он взял ее за подбородок и, проводя большим пальцем по нижней губе, с улыбкой добавил:

– Очень, очень красивая…

Она непроизвольно закрыла глаза и провела языком по его пальцу. Тотчас же его руки обвились вокруг нее, соединяя их вместе, а она прижалась лбом к его груди, наслаждаясь теплом мускулистого тела и немного пряным запахом, присущим только ему, Маркусу.

Он прижал ее к себе еще крепче, а затем, чуть приподняв пальцем ее подбородок, прошептал:

– Посмотри на меня.

Дани заглянула в его глаза, а он с печалью в голосе проговорил:

– Это все зря. Я не принц твоей мечты. Я страшный и угрюмый человек с сомнительной репутацией, подверженный приступам отчаяния и гнева. Я не для тебя, прекраснейшей из женщин.

Дани тяжело вздохнула и вспомнила о ждавшем ее согласия графе и об отце. Она понимала, что должна была согласиться с Маркусом и позволить ему уйти, – но не могла выдавить ни слова. И она очень сомневалась в том, что сможет пережить подобные мгновения с графом Хемзуэртом. Наверное, у нее будет с ним спокойная и беззаботная жизнь, но без всяких испытаний, – а ведь только они могут по-настоящему сблизить женщину и мужчину. А вот Маркус… Дани знала, что они с ним были связаны не только физически. И сейчас, глядя на его обезображенное лицо, она вдруг поняла, что не сможет оставить его этой ночью. Ведь иначе он подумал бы, что не нужен ей.

– Нет, Маркус, ты ошибаешься, – прошептала она, крепко схватив его за руки и не позволяя ему уйти. – Поверь, я никогда еще не встречала такого человека, как ты, – красивого и снаружи, и изнутри.

Он фыркнул и пробормотал:

– Ты, малышка, ненормальная. Да еще и слепая. Я ведь ужасный…

Она улыбнулась.

– Ты чудесный, Маркус.

Она его поцеловала, и он замер, не отвечая на ее поцелуй. Дани уже решила, что Маркус оттолкнет ее, но тут он, наконец, пришел в себя и ответил на поцелуй со всей страстью. Плед, прикрывавший плечи, с тихим шорохом упал на пол, но Дани даже не заметила этого. В какой-то момент она вдруг почувствовала, как Маркус возбужден, однако не отстранилась, – напротив, еще крепче к нему прижалась. Эмоции переполняли ее, и она, наслаждаясь поцелуями и ласками Маркуса, словно пьянела от них.

Но тут Маркус вдруг чуть отстранился и хриплым от страсти голосом прошептал:

– Я хочу тебя, но мы не должны этого делать. Я очень беспокоюсь за твое будущее, а оно… – Он тяжело вздохнул. – Твое будущее связано с другим человеком.

И тут же, не сдержавшись, Маркус подхватил Дани на руки и направился к постели.

Она перебирала пальцами его густые кудри, а он покрывал ее лицо нежными, почти отчаянными поцелуями.

– О, Маркус!.. – выдохнула она, когда он осторожно положил ее на кровать.

Маркиз отступил на шаг, собираясь уйти, но Дани схватила его за руку. Собравшись с духом, она посмотрела ему прямо в глаза и сказала:

– Я хочу этого. Хочу тебя. Всего один раз. Я хочу помнить об этом, что бы ни случилось с нами обоими. Не останавливайся. Не оставляй меня… пожалуйста.

Его изумрудные глаза сияли, Маркус смотрел на нее с болью и нежностью. Когда же он окинул ее взглядом, Дани вдруг почувствовала, что она – почти голая; тонкая сорочка съехала с ее плеча, а подол задрался до бедер. Она стала прикрываться простыней, но Маркус придержал ее руку.

– Ты великолепна, Дани. Никогда не прячься.

Кровь прилила к лицу, и она отвернулась. Тут же раздался тихий смешок маркиза, и Дани, нахмурившись, пробурчала:

– Маркус, это не смешно.

– Совсем не смешно, – прошептал он все с той же болью в голосе, и пальцы его скользнули по ее бедру, а затем – под сорочку.

Чуть помедлив, он все же забрался на постель, и шаткая кровать накренилась от его веса. Дани опустила руки ему на плечи и тихо прошептала:

– О, Маркус…

– Знаю-знаю, малышка. Только одно прикосновение – и все, ничего больше, – добавил он с грустью.

Дани судорожно сглотнула; она прекрасно помнила о том, что почти помолвлена, – но все же ей ужасно хотелось именно этого – то есть «большего».

– А впрочем, – таинственно прошептал он ей на ухо, – я все-таки кое-что могу сделать.

– Ах, Маркус!.. – воскликнула Дани, почувствовав, как его палец погрузился в ее лоно. Она вцепилась ему в плечи и громко застонала, наслаждаясь чудесными ощущениями.

Губы его растянулись в улыбке, очаровательная ямочка стала еще заметнее. Склонившись над ней и нежно поцеловав ее в висок, он прошептал:

– Доверься мне, милая Даниэла.

Он никогда раньше не называл ее полным именем, а сейчас… Эмоции захлестнули Дани, и она смогла только кивнуть в ответ.

Тут Маркус, опустившись на колени между ее ног, свободной рукой задрал повыше подол ее сорочки, обнажив груди девушки. Когда же он наклонился над ней, обдав ее своим горячим дыханием, Дани снова застонала, предвкушая очередное удовольствие. И в тот же миг Маркус легонько прикусил зубами ее сосок. Розовый бутон тотчас отвердел, и Дани вскрикнула, наслаждаясь совершенно новыми для нее ощущениями. А Маркус принялся ласкать другую ее грудь. Через некоторое время, чуть отстранившись, он запечатлел нежный поцелуй на ее плече и с чарующей улыбкой прошептал:

– Показать тебе кое-что еще?

Обхватив его ногами, Дани кивнула, восхищенная произошедшей в нем переменой. Теперь это был уже не одинокий и замкнутый человек, а уверенный в себе и очень нежный любовник. И такой Маркус нравился ей намного больше.

Тут он снова стал ласкать ее и целовать, и при этом губы его опускались все ниже.

– Я так тебя хочу, малышка… – ласково бормотал он, и чем ниже спускались его губы, тем сильнее возбуждалась Дани.

– Ох!.. – выдохнула она, когда он поцеловал низ ее живота.

Тут Маркус осторожно раздвинул ее ноги, и Дани замерла, затаила дыхание. «Что же он собирается делать?» – промелькнуло у нее.

В следующее мгновение его губы коснулись ее лона, и Дани, залившись краской, вцепилась пальцами в простыни, чтобы не оттолкнуть его и не прикрыться. Вздрагивая от удовольствия, она протяжно застонала. А Маркус вдруг низким голосом прошептал: