Чудесный переплет. Часть 1 - Оксана Малиновская

Я обернула браслет вокруг запястья левой руки и едва успела коснуться пальцами застёжки, как не только физически ощутила, но и увидела, холодея от страха, как неодушевлённое украшение начинает на глазах оживать и заметно шевелиться: его крайние пластины потянулись друг к другу с явным намерением воссоединиться. Громко вскрикнув, я отскочила к двери, остервенело тряся рукой, пытаясь сбросить с неё непонятную шевелящуюся штуковину. Соскользнувший с запястья браслет глухо ударился о бревенчатую стену ванной комнаты и, упав на пол, неподвижно застыл. Не смея двинуться с места и едва переводя дух от страха, словно опасаясь, что браслет может увидеть меня и услышать, я стояла, вжавшись спиной в дверь, и расширившимися от ужаса глазами пялилась на украшение, морально подготавливаясь к его новым пугающим выходкам.

Время шло. Браслет лежал там же, где упал, не подавая никаких признаков «жизни». Постепенно успокоившись, я потянулась к раковине и осторожно вытащила из подставки зубную щётку. Сделав несколько мелких шажков, я медленно наклонилась и подвигала браслет щёткой. Изменив под её воздействием положение на полу, украшение снова застыло на месте, как и положено неодушевлённому предмету. Тогда я подцепила браслет зубной щёткой и подняла в воздух — снова никакой реакции, болтается себе, раскачивается из стороны в сторону, как обыкновенная цепочка, и ничего более. Решив идти до последнего — а будь что будет, — собрав всю свою волю в кулак и крепко стиснув зубы, с замирающим сердцем я взяла украшение посередине двумя пальцами, медленно занесла его над запястьем и начала опускать, давая возможность концам скользить вниз с обеих сторон руки. Мне не пришлось долго ждать: как будто почувствовав мои намерения, браслет плавно вокруг запястья обвился, не обращая внимания на тотчас вставшие дыбом от страха волосы на руке, и со звонким щелчком замочек защёлкнулся.

Замерев от ужаса, я не спускала с него глаз, стараясь предугадать его дальнейшие действия, если таковые последуют, чтобы молниеносно разработать план контратаки, но браслет не проявлял никакой активности, плотно, но комфортно разместившись на моём запястье. Возможно, оттого, что я не почувствовала со стороны украшения никакой угрозы, отчасти потому, что от браслета по моей руке разливалось непонятное умиротворяющее тепло, но я заметно расслабилась и начала успокаиваться. Справившись со страхом, я поднесла руку поближе к глазам и рассмотрела необычное украшение. Браслет как браслет, вот только я точно помню, что раньше он был длиннее, а сейчас словно укоротился, как будто сам подогнался под необходимый размер. Хм… а это ещё интереснее: я точно помню, что изначально его дизайн выглядел мужским, а сейчас он очень даже женский, вне всяких сомнений более утончённый, и резьба появилась. Чудеса, да и только.

Я осторожно расстегнула застёжку, и браслет послушно сполз в подставленную руку, сполз, как нормальный неодушевлённый предмет. Я снова начала надевать его на руку, и снова украшение, точно живое, послушно обвилось вокруг моего запястья и самостоятельно на нём зафиксировалось. Уф–ф–ф… с ума сойти можно… Как объяснить все эти чудеса — ума не приложу… Хотя… Возможно, на концах браслета вмонтированы сильные магниты или моторчики какие–нибудь механические — что–то же должно им управлять и заставлять замочек защёлкиваться. Хм… Ну, может быть. С натяжкой объяснение притяжению концов пройдёт, но как объяснить тот факт, что браслет укоротился и изменил дизайн? М-да, волшебство, да и только, другого объяснения нет. В любом случае я чувствую, что от браслета не идёт никакой отрицательной энергетики, скорее, наоборот, а посему он безопасен и носить его можно, только нужно будет посоветоваться с ребятами.

Шашлык

Вечерний шашлык удался на славу. Застолье организовали в центральной беседке, в паре метров от которой установили мангал. Сотрудники базы приняли на себя все хлопоты, связанные с приготовлением шашлыка, и обеспечили присутствующих свежими овощами, дынями, арбузами и необходимой посудой из столовой. Около двадцати человек разместились за длинным деревянным столом, по такому случаю накрытым широкой белой бумажной скатертью. Каждый из гостей внёс свою лепту в сервировку стола: кто–то выложил банку маринованных грибов, кто–то — солёных огурцов, кто–то принёс хлеб, соус, оливки, маслины, квашеную капусту, зелень, фрукты; откуда–то взялась водка, несколько пластиковых бутылок с пивом… в общем, с миру по нитки — и стол приобрёл вполне праздничный вид. К моменту, когда егерь Алексей одну за другой поставил на стол несколько мисок с шипящими, покрытыми хрустящей корочкой кусочками сазана, только что снятыми с шампуров, рыболовное братство уже давно гуляло, восхваляя организаторов пиршества.

С появлением шашлыка началась официальная часть застолья, во время которой присутствующие под громкий звон одновременно чокающихся стаканов чествовали виновницу торжества, удачливую рыбачку, то есть меня. Иван, Матвей и Алексей охотно рассказали внимательно слушавшим рыбакам — почти без прикрас — про мою схватку с рыбой и ответили на многочисленные вопросы. Я скромно благодарила за поздравления, с удовольствием поглощая потрясающе вкусную рыбу. Постепенно хвалебные речи перетекли в локальные беседы на тему рыбалки внутри спонтанно образовавшихся групп людей.

Я с улыбкой наблюдала за гостями, ухватывая лишь верхи обсуждений, поскольку на этот раз мои далёкие от рыбацких тем мысли волчком вертелись вокруг браслета. Вы даже не представляете, насколько сильно чесался язык поведать всему свету о необычной находке, ведь без этого история с сазаном — лишь одна из многочисленных историй рыбаков о поимке трофейной рыбы, только и всего! И плевать, что никто не поверит.

Не в силах больше сдерживаться, я громко откашлялась, привлекая к себе внимание, и, дождавшись, пока взоры присутствующих обратятся на меня, громко сказала:

— Знаете, а ведь мы не всё вам про сазана рассказали…

— А я так и думал, что что–то тут не чисто… — едко заметил знакомый мне пожилой рыбак, произведший на меня не самое приятное впечатление при знакомстве на причале и теперь явно намекавший на какую–то махинацию с моей стороны при поимке сазана. И правильно этот хрыч мне сразу не понравился.

— Я не об этом, — сухо прервала его я, даже не взглянув в его сторону. — Дело в том, что вместе с рыбой я заполучила ещё один замечательный трофей — вот этот браслет. Представляете, он оказался в желудке сазана.

Я протянула вперёд руку и закатала рукав кофты, представив недоуменным взглядам гостей свою главную потрясающую добычу. Люди повскакивали со своих мест и плотным кольцом обступили меня, рассматривая украшение. Возгласы удивления, восхищения, недоверия вперемежку с вопросами сыпались со всех сторон:

— Да как он мог там оказаться?

— Быть не может!

— Вот это трофей так трофей!

— Да пропустите вы, дайте поближе рассмотреть!

— Ух ты!

— А это золото, что ли?!

…

Вот теперь я действительно наслаждалась произведённым эффектом. Ещё бы найти того, кто разбирается в камнях…

— Впервые слышу, чтобы в наших краях в сазане что–то находили. Один рыбак как–то в щуке кольцо нашёл, лет десять тому назад, но чтобы браслет, да в сазане… — сказала управляющая базы, с неподдельным изумлением на лице изучая камешки на браслете.

— Наталья Фёдоровна, а вы, случайно, не разбираетесь в драгоценностях, не сможете определить, что это за камни? — с надеждой спросила я управляющую, перехватив её взгляд.

— Я разбираюсь, — раздался из толпы женский голос, и, протиснувшись сквозь живое ограждение из мужчин, ко мне приблизилась женщина лет тридцати пяти — я видела её раньше в отчаливающей лодке с мужем–рыбаком. — Я работаю в ювелирном бизнесе. Можно взглянуть?

— Только, пожалуйста, на моей руке — у него что–то с замком, не хочу снимать, — соврала я, вздрагивая при одной мысли о том, что здесь начнётся, если браслет вдруг попытается «ожить» на её руке так же, как незадолго до этого — на моей. — Подскажите, пожалуйста, какие это камни, а то я, кроме жемчуга, ничего не знаю.

Все вокруг затихли, наблюдая за тем, как внимательно осматривает сам браслет и камни женщина, мимика лица которой выдавала серьёзный внутренний монолог или диалог. То поднимая мою руку повыше, чтобы поймать свет от ламп под нужным углом; то приближая её к глазам, вертя в разных направлениях, — женщина отнеслась к моей просьбе со всей ответственностью и минуты через три исследований наконец опустила мою истерзанную руку, не сказав ни слова.

— Марусь, да не томи коллектив! — взмолился полноватый, добродушного вида мужчина, стоявший рядом с ней. — Каков вердикт?