Кенгуру и белые медведи - Елена Бжания

— Мы с Марком теперь вместе.

— Да неужели? — нарочито удивлённо хмыкнула женщина. Затем строго воззрилась на сына. — Не хочешь ничего нам рассказать?

И Марк осознал, как много всего ещё не успел поведать родителям. Столько новостей, столько новостей, одной чашкой кофе тут не отделаешься…

— Так значит, кофе? — Ихтиолог облизнул губы, намереваясь временно дезертировать на кухню и прихватить с собой Викторию.

— Кофе? Как ты можешь отвлекаться на кофе в такой момент! — возмутилась Лиз, благополучно позабыв о том, что именно она первой вспомнила про напиток. — Эндрю звонил, говорил, ты заболел. Теперь я вижу, чем; а я, наивная, предположила, что ангиной.

— И попросил приехать поскорей, так? — догадался Марк. — Напомни мне, — обратился он к Вике, — чтобы я сказал ему «Спасибо». Заботливый у меня друг. — Парень пока не определился, скажет ли спасибо искренне, или же даст радетелю по шее.

— Он и правда волнуется, такой молодец, — вступилась за друга друга Вика. И Марк согласно кивнул, решив действительно поблагодарить товарища за помощь, и заодно постараться разуверить насчёт своего душевного состояния. Уж что-что, а ванны ихтиолога сейчас волновали в самую последнюю очередь.

— Эндрю не тот человек, который станет волноваться по пустякам, — продолжала Лиз. — Он не имеет привычки делать из мухи слона. И если Эндрю взволнован, значит, на то есть существенные причины. — Всем своим строгим видом миссис Дантон говорила: «Ну же, я жду объяснений. И постарайтесь, чтоб они меня удовлетворили».

— Что конкретно сказал Эндрю? — устало выдохнул Марк.

Третий час ночи, неужели прямо сейчас придётся рассказывать всю эту длиннющую историю? А потом и родителей убеждать в том, что их отпрыск не свихнулся на пару с новоиспечённой подружкой? Убеждать, между прочим, будет весьма трудно, учитывая, что портал больше не работает.

В разговор вступил Уоррен:

— Он сказал, что обеспокоен твоим душевным состоянием, и на нашем месте срочно бы отправился тебя навестить, поскольку тебе сейчас очень нужна поддержка семьи.

— И всё?

— По-твоему, этого мало? — нахмурилась Лиз.

Уоррен усмехнулся, тоже обращаясь к сыну:

— Твоей матери этого показалось более чем достаточно. Мы собрались в считанные минуты и тут же махнули в Голд-Кост… опять.

Марк не собирался лгать родителям. Но и правду нужно было преподносить постепенно, чтоб они не перепугались совсем.

— Эндрю первым узнал о том, что мы с Кристи расстались. Естественно, он понимал, что такие перемены могут быть очень стрессовыми. Вот и попросил вас обо мне позаботиться.

— И всё? — с подозрением прищурилась миссис Дантон.

Не дав Марку ответить, то есть либо солгать, либо затруднить разговор окончательно, Вика встряла:

— Эндрю действительно зря волновался. Как видите, Марк не впал в уныние.

— Видим, — Лиз кашлянула. — Так нам не о чем волноваться, Марк?

— Совершенно не о чем, — откровенно заверил ихтиолог. — Я никогда в жизни не был счастливее, чем сейчас. — Он тепло улыбнулся сначала родителям, потом Виктории, послав последней воздушный поцелуй.

Вика ответила тем же.

— Вы уже решили, как поступите? — деловито осведомилась Лиз.

— В смысле, мам?

— Сужу по моему опыту; не обижайся, дорогой;- последняя фраза предназначалась мужу, — любовь на расстоянии — полный бред. А опыт у меня, слава Богу, громадный; не обижайся, милый.

— Согласен, — кивнул «милый», нисколько не огорчаясь по поводу ранних увлечений жены — кто ж не был молодым?

— Родители, не волнуйтесь, мы уже всё решили, — успокоил сын. — И, конечно же, собирались в скором времени известить вас, — поспешно добавил парень.

— Я сдаю свою квартиру, пока. Если все пойдёт хорошо, я её продам и перееду сюда, — поведала Виктория. — Всё равно в России у меня никого нет.

— Если точнее, Вика сюда уже переехала, — внёс ясность Марк, подмигнув девушке, — опять же спасибо Эндрю. Визу оформили за один день. Так что мы будем жить вместе, — подвёл итог блондин.

Родители обменялись взглядами. Ничего не попишешь, ребёнок уже повзрослел, самостоятельным стал.

— Вот и молодцы, — улыбнулся Уоррен. — Какие планы на будущее? Нам уже готовиться стать бабушками и дедушками?

— Ну, па… — покачал головой сын.

— А что па?

— На завтра у нас сёрфинг. Так что с внуками пока подождите, но может быть, когда-нибудь…

Окончательно успокоившиеся родители даже передумали пить кофе — на радостях предпочли сразу лечь спать.

Марк разместил их в самых комфортабельных условиях, как и положено примерному сыну, — в комнате для гостей. Вика же решила переместиться в гостиную. Девушка и так уже устала краснеть от курьёзной встречи с родителями, а те ещё и о внуках заговорили; и было бы крайне бестактно отправляться ночевать к Марку в комнату. Но Марк, будучи истинным джентльменом, в свою очередь, после долгого спора, уговорил таки настырную Вику поменяться местами и сам занял диван.

Наконец, всего через каких-то два часа, домочадцы улеглись по своим местам и приготовились к встрече с миром грёз.

В доме погас свет, всё затихло, погрузилось в безмятежность.

Темнота, тишь, звёзды. Вика выбралась на крыльцо и, задрав голову, стала всматриваться в небо. Девушка немного спустилась вниз и присела, продолжая любоваться звёздным куполом.

После того, как все разошлись по спальням, Вика честно, но безуспешно пыталась уснуть; и вот, в три часа ночи, россиянка, наконец, плюнула на безрезультатные попытки и решила подышать свежим воздухом.

За Викиной спиной тихонько скрипнула дверца, Загрызалова резко обернулась и увидела Марка. На нём были только пижамные штаны и майка, в руках парень держал две кружки.

— Как насчет горячего чая? — предложил он. — Раз уж мы всё равно не спим.

— Спасибо, не откажусь, — девушка с благодарностью приняла одну из кружек.

— Извини, — вдруг сказал Марк.

— За что? — искренне удивилась Загрызалова.

— Я отнял у тебя удобный диван, на котором ты бы уже давным-давно уснула, а так — маешься с бессонницей.

Вика рассмеялась.

— Какой же ты… милый, — она чмокнула блондина в щёку.

— Осторожнее, гражданка Загрызалова, — притворно беспокойным тоном предупредил Марк, — папарацци не дремлют!

— Нет, думаю, как раз они-то дремлют. В отличие от Мэри Хоуп, она всем им даст фору, постоянно бдит и неизвестно, когда отдыхает. Вон, видишь, в той комнате явно горит ночник, и шторка дрожит — миссис Димсдейл опять на посту как часовой.

— Чем ты её так заинтересовала? — подивился ихтиолог. — Раньше она ко мне вообще не проявляла никакого интереса.

— Да, я умею заинтересовывать, — улыбнулась Виктория.

— Тут не поспоришь. — В добавление к словам Марк приобнял девушку за плечи.

Дантон и Загрызалова посидели немного, молча, потом Вика вдруг не выдержала и громко так и доброжелательно (доброжелательнее некуда) произнесла:

— Доброй ночи, миссис Димсдейл!! Я тронута вашим вниманием!

Соседка поспешила затаиться в глубине комнаты на неопределённый срок.

Марк приглушённо засмеялся, крепче обнимая Вику.

— Чувствую, вы с ней станете лучшими друзьями, — хмыкнул он.

— О да! Кстати, о лучших друзьях. Тебя не беспокоит, что твой лучший друг считает тебя чокнутым?

— Нисколько. Во-первых, как и в мире Алисы, все мы здесь немного того, а во-вторых, Эндрю это переживёт и рано или поздно поймёт, что я был прав. Всё равно ванна-портал — оптимальное объяснение всему случившемуся, и даже Ли со всей своей проницательностью не сможет доказать обратного.

Вика сделала ещё один глоток чая.

— А всё-таки интересно: что произошло с нашими ваннами? Что это вообще было? Почему началось, почему закончилось? Неужели мы никогда не узнаем?

Марк глубокомысленно поджал губы и на секунду отвёл взгляд.

— Может, нам и не обязательно знать? Главное — результат: мы нашли друг друга. Вдруг именно в этом и заключалась вся суть?

— В смысле?

Марк отпил из своей кружки и посмотрел куда-то вдаль.

— С чего мы взяли, что всё дело исключительно в наших ваннах, особенно в твоей? Что если новая ванна была просто совпадением?

Виктория пожала плечами.

— Всё возможно. Нам остаётся только гадать.

Ихтиолог усмехнулся:

— Хочешь, расскажу свою версию?

— Конечно.

— Ванны-порталы нужны были только за тем, чтоб мы с тобой встретились, потому что мы созданы друг для друга.

Девушка задорно прищурилась.

— Дантон, это твоя единственная гипотеза?

— Нет, но самая любимая.

— Пожалуй, мне она тоже нравится, — нежно улыбнулась Вика. — Остаётся лишь придумать, почему такое стряслось именно с нами, ведь мы наверняка не единственные половинки вдалеке друг от друга.