Дикая Роза - Анна Альварес

— Я назад не вернусь, — сказала Роза. Ригоберто поддержал ее.

— Ты еще всего не знаешь, — сказал он.

— Чего это «всего»?

— А того, что они меня специально, оказывается, наняли. Чтобы я тебя охмурил, а Рикардо и сестры, значит, воспользовавшись этим, тебя и выкинули.

Роза взглянула на него глазами, полными такой боли, что Риго стало страшно за нее.

— Это тебе Рикардо сказал? — спросила Роза.

— Он этого не говорил. Но вчера он был у меня в Красном Кресте и так мне заявил: ты, мол, можешь… в общем, ухаживать за Розой. Потому как он с тобой разводится.

— Ты решил развестись с Розой? — спросила Кандида, под каким-то предлогом войдя в комнату Рикардо.

— Она не может жить под одной крышей с Дульсиной…

— Ты прав… Конечно, если бы можно было воздействовать на Розу, воспитать ее… Но ты сам видишь, она не поддается никакому воздействию.

Рикардо считал, что Дульсина напрасно рассказала Розе об истинной причине его женитьбы на ней. Потрясенная Роза не желала больше видеть его, и это особенно мучило Рикардо.

Кандида, как могла, успокаивала брата: она была уверена, что Роза скоро утешится и забудет их дом и его обитателей.

— Надеюсь, — сказал Рикардо, сам не веря в то, что говорит.

— Так все-таки: ты разводишься или нет?

— Да… хотел бы, — ответил он, но в голосе его не было решительности.

Из комнаты Рикардо путь Кандиды лежал прямиком к Дульсине. Дульсина в домашнем халате, без всякой косметики, полулежала на кровати. Рядом в кресле сидела Леонела, как всегда подтянутая, свежая, в нарядном домашнем платье.

Кандида сообщила, что Рикардо не собирается приводить Розу обратно. Но о своем разводе говорит неуверенно. Дульсина жалобно и беспомощно взглянула на Леонелу, авторитет которой в связи с их недавней победой сильно вырос в ее глазах.

— Мы не можем теперь использовать плохие Розины манеры, — сказала Леонела, почувствовав, что от нее ждут новых идей.

— Остаются анонимки, телефонные звонки, постоянное воздействие на Рикардо.

Кандида вдруг сокрушенно покачала головой:

— Что-то мне, глядя на вас, страшно становится… Видимо, у нее с сестрой произошел до этого какой-то спор, касавшийся Розы, потому что Дульсина тотчас и очень раздраженно откликнулась:

— Ну еще бы! Ты ведь у нас такая невинная, такая добренькая!

— Я просто думала, что с уходом дикарки в нашем доме наступит мир.

Леонела поднялась и медленно прошлась по комнате. В конце ее она резко повернулась и уверенно произнесла:

— Нет, Кандида. Война продолжается. И не сомневайся: мы ее выиграем.

Решение Розы было твердым: она даст Рикардо развод.

— Но ты так любила его! — ахала Томаса.

— Ежели он меня не любит, что ж теперь делать? Ты слышала, что Риго сказал?.. Да я и сама знаю: любил бы — ломился бы в дверь, молил бы о прощении.

У Томасы были свои сомнения.

— Риго, а ты ничего не соврал? — спросила она его подозрительно.

Риго оскорбился:

— За кого вы меня принимаете?! Просто богач и беднячка не могут быть счастливы вместе.

Разговор этот прекратила Роза, заявив, что Рикардо Линарес для нее мертв и толковать о нем нечего. Она же, Роза Гарсиа, начинает новую жизнь, в которой, она уверена, у нее будет все. И пусть они все там, у Линаресов, лопнут от злости!

Сделав это заявление, Роза отправилась к Эрлинде, чтобы не мешкая заняться поисками работы.

Разговор с подругой она начала с сообщения о том, что ее Рикардо оказался прохвостом, и о нем она говорить не желает. А вот если у Линды найдется для нее какая-нибудь работенка, то Роза ей будет очень благодарна.

Эрлинда помолчала.

— Ты же ничего не понимаешь в медицине, — сказала она наконец.

— Эрлинда-то на курсах училась, хоть и не закончила их, — привычно похвасталась Фелипа.

Роза опечалилась.

— Значит, надо еще где-нибудь работу поискать, — сказала она и пошла к выходу. Эрлинда задумчиво смотрела ей вслед, как будто что-то прикидывая в уме…

По дороге домой Роза проходила мимо шумно игравших в шарики мальчишек. Они приветствовали ее, и она не отказала себе в удовольствии сделать пару показательных бросков, чтобы знали, что мастерство ею не утрачено.

— Тебя что, выгнали из этого домищи? — попросту спросил один из игроков.

— Сама ушла. Тетку помните, которая на моем дне рождения разоралась? Ну, мы с ней схлестнулись, я ей выдала — и домой!

— Ничего, приедет за тобой твой богатенький — ты с ним как миленькая обратно уедешь, — предположил тот же подросток.

Роза отрицательно покачала головой.

— Я вот работу ищу… — сказала она.

Мальчишки предложили ей продавать вместе с ними жвачку, газеты. Палильо вон даже собирался огонь изо рта пускать в целях рекламы какого-то, по словам ребятни, «огнемета». Но Каридад ему не разрешила.

— Что ж, пока лучшей работы не найду — можно попробовать, — согласилась Роза. И простилась с ребятами: — Пойду душ приму…

На что Кот неодобрительно заметил:

— Прилипла к тебе эта привычка — купаться чуть не каждый день…

Роза впервые за последнее время рассмеялась:

— У плохих людей хоть привычкой хорошей разжиться — и то хлеб, — сказала она на прощанье.

Паулетта приезжала теперь в свой офис едва ли не каждый день. И вскоре Лорения сообщила ей адреса двух детективов, имевших очень хорошие рекомендации. Один из них показался особенно надежным.

— Назначь с ним встречу и скажи ему, что дело очень важное и срочное.

Эдувигес не могла нарадоваться на изменения, происшедшие с ее любимицей. Ей просто не верилось! Вот что делает с людьми надежда!

Паулетта рассказала ей, что у нее назначена встреча с детективом, который должен заняться поиском ее дочери.

— Одна я не справлюсь, — объяснила она. — Здесь нужен профессионал.

Паулетта сама удивлялась той энергии, которая, оказывается, была в ней и сказывалась даже на манере водить машину. Она ездила теперь уверенней и быстрее, будто впереди ее ждало что-то, не терпящее промедления.

Пробираясь на своем роскошном автомобиле по улице, забитой машинами, Паулетта поневоле то и дело притормаживала, опасаясь задеть кого-либо из ребятни, сновавшей между авто.

Мальчишки предлагали водителям и пассажирам какие-то дешевые товары, газеты. Паулетта обратила внимание на двух из них, дружно кидавшихся к автомобилю, стоило ему чуть замедлить движение. Один был упитанным, щекастым, второй… второй оказался девушкой.

— Черт! Ничего не продала за весь день, — громко жаловалась она не то приятелю, не то самой себе.

Почувствовав взгляд Паулетты, девушка сердито набросилась на нее: