Руины Вудстоуна (СИ) - Ефремов Андрей Николаевич "Брэм"

Чем дальше я продвигался по пляжу, тем больше росла уверенность в правильности сделанных выводов. Я смог выявить определённую закономерность. Все особенные мобы отличались приличным уровнем, и концентрация обычных костяков в округе всегда была повышенной. У меня создалось чёткое впечатление, что разумные мертвецы осознанно сгоняют скелеты со всей округи, чтобы они их охраняли при возникновении проблем. Справиться с большой толпой мобов, практически всегда превосходящих нас по уровню, да ещё и под управлением существа, обладающего разумом, втроём нереально, нужно что-то придумывать или искать лодку и позорно бежать с острова.

Разбитый корпус корабля расположился возле нагромождения гигантских валунов, что, скорее всего, выбросило на берег после шторма. Идеальное место, чтобы осмотреться и сориентироваться на местности. Более высокой точки мне не найти. Можно, конечно, добраться до центра острова и взобраться на одинокую скалу, но боюсь, чтобы пробиться через толпы нежити, может уйти слишком много времени. Хотя и не исключаю, что цель нашего задания находится именно там, эх, знать бы об этом перед нашим рывком к берегу, но ничего уже не поделаешь, забраться на вершины деревьев и осмотреться мы не могли из-за обилия некропауков, что предпочитают устраивать свои гнёзда именно там.

Пока я карабкался на образовавшееся за столетия нагромождение камней, небо посветлело, и видимость значительно улучшилась. Всё же ночное зрение тёмных эльфов не даёт такой же чёткости картинки, как и при свете дня, особенно на дальних расстояниях.

Открывшаяся картина дала ответы на множество возникших за время нашего пребывания на острове вопросов. В данный момент я нахожусь на западном мысе огромной бухты, которая начинается сразу после нагромождения валунов. Она уходит глубоко в недра острова и, изгибаясь кольцом, заканчивается на востоке таким же завалом из камней, причём те камни явно ранее были прибрежным фортом, защищающим вход в бухту.

Проход и раньше был небольшим, из-за особенностей рельефа океанического дна, а после обрушения форта и вовсе стал минимальным. Два довольно крупных судна теперь вряд ли смогут разойтись друг с другом и не стукнуться бортами или не разодрать днище о многочисленные рифы, окружающие вход в бухту.

Показавшееся из-за горы утреннее солнце осветило воду океана, раскрасив её в разные цвета, в зависимости от глубины дна, и взгляду открылась картина грандиозного побоища, произошедшего когда-то в акватории острова. Вся бухта оказалась усеяна останками кораблей. Сотни самых разнообразных по размерам корпусов, начиная от исполинских многопалубных фрегатов, заканчивая небольшими бригами, покоились на дне возле берегов острова смерти. В некоторых местах корпуса, облепленные морскими паразитами и всевозможными водорослями, лежали в несколько слоёв и даже выпирали из воды.

Солнце продолжило своё путешествие по небосводу, открывая взору всё новые подробности. Вот вдали высветился порт с множеством каменных причалов и раскинувшийся за ним город. Оценить сохранность строений не позволяли игровые условности, всё же расстояние превышало возможности моего показателя восприятие, но, скорее всего, от него остались одни руины. Насколько можно судить с такого расстояния, город занимал довольно большую площадь, и если мы хотим выполнить задание, то придётся его посетить. Где, как не там мы сможем обнаружить слезу некроса или, по крайней мере, её следы.

Не представляю, как нам удастся это провернуть. В городе погибло огромное количество народа, и если все они стали нежитью, то у нас возникнут серьёзные проблемы уже на подходе. Единственный плюс данной ситуации — у мертвецов вряд ли есть обоняние, и обнаружить нас под маскировкой им будет очень трудно.

Всё, что можно увидеть с этой позиции, я рассмотрел, так что пора возвращаться к Анилаэль и вместе составлять план действий. Ломиться напролом нельзя — задавят массой, а если учесть тот факт, что среди тупой нежити встречаются разумные особи, то возникают серьёзные вопросы к системе по поводу выполнимости квеста.

Выслушав мой рассказ Анилаэль, надолго задумалась, но при этом не останавливала процесс крафта стрел ни на секунду. Я не мешал девушке думать, погрузившись в собственные нерадостные мысли. Шансы отыскать пригодный для длительного плавания корабль становились всё меньше, но даже если в одном из портовых доков таковой и обнаружится, провести его мимо груды обломков, которыми усыпана вся бухта, без нужного опыта не стоит даже и мечтать. Мигом повредим днище и только приумножим количество мёртвых кораблей.

— Нам, скорее всего, противостоит лич, или личи, — неожиданно заявила эльфийка.

— Личами называют мёртвых магов? — догадался я, хотя термин был мне незнаком.

— Да, — подтвердила предположение Анилаэль. — Мама рассказывала, что без специального погребального ритуала некромант после смерти перерождается в лича. Личи обладают псевдоразумом и собственной искажённой волей. Они могут воздействовать на обычную нежить своей магией, что превращает тупой костяк в опасного противника.

— Какова их цель? Мотивация поступков? Стремятся ли они создать собственное государство и вести экспансию? — тут же закидал вопросами девчонку я.

— Ничего такого, — тут же пояснила Анилаэль. — Поэтому я и назвала это псевдоразумом. У них лишь одно желание — уничтожение всего живого.

— Личи способны поднимать нежить?

— Да, после перерождения у них сохраняется большинство знаний некроманта.

— А связь со слезой некроса? Она остаётся? Ты говорила, что только совет некромантов мог сдерживать сущность, что живёт внутри этого артефакта?

— Не уверена, но вряд ли. Слишком велики изменения в мозговых тканях после перерождения.

— Значит, на острове существуют две независимые силы, — подытожил я. — Некромант, что принёс с собой слезу некроса, не пережил нападение светлых и переродился в лича. Артефакт вышел из-под контроля, но не смог подавить волю нежити и заставить мёртвого мага подчиняться своим приказам, зато, благодаря огромной мощи, превратил всех жертв сражения в нежить, что, скорее всего, и послужило причиной бегства с острова остатков светлых. Какой смысл сражаться с врагом, который тут же превращает павших бойцов в своих соратников? А выжечь остров не удалось из-за обилия вокруг рифов и невозможности подойти слишком близко, без риска разбиться о скалы.

— Да, похоже, именно так всё и было, за исключением того, что некромант мог быть не один, так что и личей возможно несколько.

— Ответь мне только на один вопрос. Если упокоить личей, вся подвластная им армия вновь превратится в тупых костяков?

— Не мгновенно, но да, — немного подумав, ответила Анилаэль.

— Превосходно, тогда объявляю сезон охоты на мёртвых магов открытым. Заканчивай с крафтом, нужно обследовать город, не сомневаюсь, что лич засел именно там. Будем передвигаться скрытно, чтобы враг не узнал о нашем приближении заранее.

— Надо быть осторожнее, личи не безмозглые скелеты или зомби, они могут использовать магические средства обнаружения и хорошо защитить своё жилище.

— Учту, — буркнул я. Девчонка права, нужно быть максимально бдительным, а в идеале обзавестись средствами обнаружения магической сигнализации.

Перекусив на скорую руку, мы отправились в путь. У Мрака и Анилаэль не было моих возможностей, так что пришлось двигаться по самой кромке леса, чтобы замаскированные под тупых костяков мобы не обнаружили их следы. В городе, где улицы облицованы камнем, будет намного проще, но до него нужно ещё добраться. К слову, девчонка не смогла отличить обычных скелетов от находящихся под прямым контролем лича, она попросту не видела огонёк в черепушках. Значит, такая возможность есть только у полноценных магов.

Когда по внутренним ощущениям до внешней границы города осталось всего пару километров, столкнулись со странностью. Лес резко изменился. Вместо больных деревьев, испускающих на землю потоки чёрной субстанции, на ветвях которых практически не осталось листвы, обнаружились здоровые исполины, без малейших признаков болезни. Причём этот переход оказался столь резким, что выглядел совершенно неестественно. Один шаг — и мы покинули умирающий лес, полный гнилостных запахов, и вдохнули полной грудью свежий воздух.