Ведьмак (большой сборник) - Анджей Сапковский

— Ну, сукины дети! Куда, сволота поганая! — орал он, подкрепляя каждый рык ударом кулака, валящим отступающих на доки моста. — Стоять! Стоять, трусы поганые!

Некоторые из бегущих — далеко не все — остановились, пораженные ревом и сверканием меча, которым размахивал Кагыр. Другие пытались проскользнуть у него за спиной. Но Геральт тоже выхватил меч и включился в операцию.

— Куда! — крикнул он, мощным ударом осадив одного из бегущих. — Куда? Стоять! Поворачивай! Тпррру!

— Нильфгаард, господин! — крикнул кнехт. — Там резня! Пустите!

— Трусы! — рявкнул влезающий на мост Лютик таким голосом, какого Геральт никогда от него не ожидал. — Паршивые, засранные трусы! Заячьи сердца! Удираете, шкуры свои спасаете? Чтобы в сраме жизнь прожить, подлецы?

— Силища их, господин лыцарь, — не выстоим!

— Сотник убит… — простонал другой. — Десятники сбежали! Смерть идет!

— Надо головы свои спасать!

— Ваши товарищи, — крикнул Кагыр, размахивая мечом, — продолжают биться на предмостье и на вырубке. Позор тому, кто не двинется им на помощь! За мной!

— Лютик, — прошипел ведьмак. — Сигай на остров. Как–нибудь с Регисом доставьте Мильву на левый берег! Ну, чего стоишь?

— За мной, парни! — орал Кагыр, размахивая мечом. — За мной! Кто в богов верует! На берег! На биндюгу! Бей, круши!

Несколько солдат подхватили голосами, выражающими различные степени решимости. Некоторые из тех, кто уже убежал, устыдились, повернулись и присоединились к «мостовой армии», во главе которой вдруг оказались ведьмак и нильфгаардец.

Возможно, солдаты и вправду кинулись бы на выручку, но тут на подходах к мосту зачернели плащи конников. Нильфгаардцы прорвали оборону и ворвались на мост, по доскам загрохотали подковы. Часть остановившихся было солдат снова кинулась бежать, часть нерешительно остановилась. Кагыр выматерился. По–нильфгаардски. Но никто, кроме ведьмака, не обратил на это внимания.

— Что началось, надобно заканчивать! — буркнул Геральт, сжимая в руке меч. — Идем на них! Надо распалить наше войско.

— Геральт. — Кагыр остановился, неуверенно глянул на него. — Ты хочешь, чтобы я… Чтобы я убивал своих? Я не могу…

— Насрал я на эту войну, — скрежетнул зубами ведьмак. — Но тут Мильва. Ты присоединился к команде? Решай. Идешь за мной или встаешь на сторону черных плащей? Ну, быстрее!

— Иду с тобой!

Так и получилось, что один ведьмак и один союзный ему нильфгаардец заорали, завертели мечами и не раздумывая ринулись вперед, два спутника, два друга, два соратника — навстречу общему врагу, в неравный бой.

И это было их общее огненное крещение. Крещение общим боем, яростью, сумасшествием и смертью. Они шли на смерть, они, два товарища. Так они думали. Ведь не могли они знать, что не умрут в тот день на этом мосту, перекинувшемся через Яругу. Не знали, что предначертана им обоим иная смерть. В другом месте и в другое время.

На рукавах у нильфгаардцев было серебряное шитье, изображающее скорпиона. Кагыр зарубил двоих быстрыми ударами своего длинного меча. Геральт рассек двоих ударами сигилля. Потом запрыгнул на перила моста и, пробегая по ним, напал на остальных. Геральт был ведьмаком, удерживать равновесие для него было пустяк, но его акробатический номер изумил и застал врасплох нильфгаардцев. Так они и умерли, не успев оправиться от изумления, от ударов краснолюдского оружия, для которого кольчуги были не прочнее шерсти. Кровь брызнула на измызганные доски и бревна моста.

Увидев боевое преимущество предводителей, теперь уже сильная количественно армия, оборонявшая мост, подняла невообразимый рев и крик, в котором звучал возрастающий боевой дух. И стало так, что минуту назад паниковавшие беглецы кинулись на нильфгаардцев разъяренными волками, рубя налево и направо мечами и топорами, протыкая копьями, избивая палицами и алебардами. Развалились перила, кони рухнули в воду вместе с наездниками в черных плащах. Рычащая армия ворвалась на предмостье, продолжая гнать перед собой Геральта и Кагыра, случайных командиров, не позволяя им сделать то, ради чего они все это затеяли. А затеяли они одно: как можно скорее выбраться, вернуться к Мильве и сбежать на левый берег.

На вырубке тоже кипел бой, Нильфгаардцы окружили и отрезали от моста солдат, которые не удрали и яростно оборонялись из–за баррикад, сооруженных из кедровых и сосновых стволов. При виде наступающей подмоги горстка защитников баррикады подняла радостный крик. Чуть–чуть рановато. Плотный клин лирийской подмоги выжал нильфгаардцев с моста, однако теперь на лирийцев обрушились фланговые удары императорской конницы. Если б не баррикады и штабеля стволов, мешавшие и бегству, и нападению кавалерии, пехота была бы мгновенно рассеяна. Припертые к штабелям солдаты начали яростный бой.

Для Геральта это было нечто новое, такой тактики боя он не знал. Никакого фехтования и работы ног, только хаотичная рубка, непрекращающиеся удары, сыплющиеся со всех сторон… Однако ему помогало то, что он неожиданно и не совсем заслуженно оказался в роли командира, и теперь солдаты дрались за него, прикрывали бока, защищали спину, расчищали перед ним фронт, освобождая место, в которое он мог ударить и ужалить насмерть. Сутолока все увеличивалась. Ведьмак и его «армия» уже дрались плечом к плечу с кровоточащей и поредевшей горсткой защитников баррикады, в большинстве своем краснолюдских кнехтов. Дрались в кольце окружения.

А потом вспыхнул огонь.

Одна из сторон баррикады, разместившейся между биндюгой и мостом, представляла собой огромную, колючую, как еж, кучу сосновых веток и сучьев — непреодолимое препятствие для лошадей и пехоты. Сейчас все это полыхало пламенем — кто–то кинул туда факел. Защитники пятились, подгоняемые жаром и дымом. Сбившись в кучу, ослепнув, мешая друг другу, они один за другим умирали под ударами штурмующих нильфгаардцев.

Положение спас Кагыр. Имея военный опыт, он не дал окружить на баррикаде собравшихся вокруг него солдат. Позволил отрезать себя от группы Геральта, но теперь возвращался. Даже добыл коня в черном чепраке и, работая мечом, ударил по флангу. За ним с диким ревом в образовавшийся прогал врывались алебардисты и пикинеры в белых накидках с красными ромбами.

Геральт сложил пальцы знаком Аард и ударил в полыхающие ветки. На особый эффект он не рассчитывал, поскольку уже несколько недель не употреблял ведьмачьих эликсиров. Но результат все же был. Костер словно взрывом разметало, и он рассыпался, разбрасывая искры.

— За мной! — рявкнул он, ткнув мечом в висок взбирающегося на баррикаду нильфгаардца. — За мной! Сквозь огонь!