Профессиональный оборотень. Книги 1-10. Компиляция (СИ) - Белянин Андрей Олегович

— Так, милая, не надо ревности. Это было в процессе драки, и она меня душила. К тому же ты не забыла, как выглядит кикимора? Да, вот так она и выглядит.

Как видите, мой муж стал более решителен и уже не позволяет мне бесконтрольно предаваться шумным бредовым фантазиям, как раньше. Но, само собой, не все время, я не собиралась так просто отдавать власть. Уж слишком приятная это штука, к ней быстро привыкаешь…

— Убивать кикимору мы не будем, — рассуждал вслух Алекс. — Она еще никому не причинила зла. Ну кроме хозяина ресторана.

И мышек, добавила я про себя. Но нас сюда не мышей спасать направляли. В другом месте будут погрызушничеством заниматься…

В принципе мы все, кроме агента 013, не склонны решать все вопросы физическим уничтожением объекта. Монстры по-своему тоже люди! Нужно сначала понять причину агрессии, мотивацию поступков ирреального существа, вызывающих катаклизмы в данной точке пространства-времени, по какой причине нас и срывают с места и забрасывают в эту точку для решения проблемы. И мы справляемся, уж будьте уверены.

Всем суперагентам по борьбе со всякой нечистью необходимо иметь хорошую физическую подготовку, владеть оружием — в идеале всех времен (на случай если бластер отберут или он где-нибудь потеряется), обладать нужными знаниями и уметь войти в голову каждого существа, с которым приходится сталкиваться, а у нас это преимущественно маньяки. Наверное, поэтому и в «оборотни» принимают не совсем нормальных, да?

— Но с чего вдруг она стала такая сильная? — вернувшись к теме, нахмурилась я.

— Это надо выяснить. В подвал она, похоже, действительно лазает только за треской.

— Ну не от трески же она так заматерела, чтобы справиться с тобой голыми руками. Кстати, я тоже времени зря не теряла. — И я вкратце пересказала Алексу то, что услышала от мышей.

Мой муж кивнул.

— Это подтверждает то, что я видел сам. — Он потер шишку на лбу, которую я, к своему стыду, только что заметила. Да, изрядно его потрепала эта болотная стерва.

Мы решили не форсировать события, найти гостиницу, где для нас был зарезервирован номер, поселиться и пойти куда-нибудь перекусить. Стресс всегда вызывает голод, уж у меня точно. Ну а за едой решение может родиться само. По крайней мере, сейчас даже план хоть каких-нибудь действий в голову не приходил.

— А где Пусик? Я думал, он нас, как обычно, за углом поджидает.

— Набрать его? — Я потянулась к переговорнику.

— Нет, он какой-то слишком эмоциональный сегодня. Может, решил побыть один, чтобы успокоиться.

В это я что-то не очень верила, и, пока мы искали гостиницу, я рассказала Алексу о своем звонке на Базу и о том, что узнала. «Купец Муркин» как физическое лицо не существует, но копать под него нам почему-то нельзя.

— Дело становится все интересней, — пробормотал командор, поднимаясь по ступенькам гостиного двора под названием «У трех зайцев». Номер был скромный — две кровати, стол, скамья да рукомойник. Но я, как могла, навела уют. Выпросила берестяную кружку, сунула в нее букетик уличных цветов, собранных по дороге, расстелила купленное на базаре белое полотенце с вышитыми солнышками. А у входа поставила теплые самоедские тапочки из оленьего меха.

— Хорошо бы еще архангельские песни купить.

— На CD? — удивился Алекс.

— Нет, мороженые, — усмехнулась я. И поскольку мой муж все равно ничего не понял, пришлось вкратце пересказать ему писаховские «Морожены песни».

Алекс улыбнулся и пообещал, что следующим выходом на базар мы непременно купим еще и традиционные архангельские кружева, но сейчас есть задача поважнее.

— Тут не поспоришь, — согласилась я. — Поскольку у меня уже есть показания мышек, то теперь мне бы хотелось выслушать соображения агента 013 по этому делу.

И я многозначительно посмотрела на него.

— В смысле? — не понял командор.

— Что делать будем? — с нажимом уточнила я.

— Опять не понял.

— Милый, — мне пришлось обнять его за плечи и притянуть поближе, — я ведь не первый день тебя знаю и вижу, когда ты увиливаешь от ответа. Скажу прямым текстом. В наших рядах завелся крот.

— Ты хотела сказать «кот», — вздохнул он.

— Именно так! Я на сто процентов уверена, что Пусик от нас что-то скрывает. Почему шеф поставил тебя, а не его руководить операцией? Почему он так подозрительно вел себя в «Трескоеде»? Почему он орал на всю улицу, не боясь рассекретить себя перед официантами и горожанами? Почему вообще он так агрессивно настроен к этой кикиморе? Обычно Пусик гораздо мягче относится к женщинам-преступницам, он все-таки джентльмен…

Алекс задумался и опустил голову.

— Это надо будет спросить у него самого.

— Ладно, если не объявится через полчаса, я ему звоню. Обычно он сразу прибегает, если ему позвонить из ближайшего трактира. У нашего пузана просто культ еды. Скажем, что заказали стейк с кровью и копченую лососину.

Прошло полчаса, но кот не объявился. Это уже начинало беспокоить, за окном постепенно опускалась ночь, где же он шатается? Я набрала номер его переговорника, но в ответ раздались только длинные гудки. К этому времени мы уже сидели в трактире на набережной, довольно чистеньком, только название у него было странное — «Иезавель». То ли еврейское, то ли голландское, кто их разберет. Но кормили очень неплохо, и уж конечно дешевле, чем в «Трескоеде». Я пила ежевичный морс, Алекс взял себе кружку темного пива. Наше обоюдное молчание затягивалось.

Командор, судя по хмурому выражению лица, обдумывал план дальнейших противокикиморовых действий, а я не хотела ему мешать и сосредоточилась на кормлении чаек сухарями, которые здесь бесплатно подавали к пиву. И я уже открыла рот, чтобы спросить, что теперь будем делать, как вдруг у Алекса завибрировал переговорник. Он незаметно вытащил его под столом и нажал на ухо, в котором включился микрофон.

— Ну что он там заливает? — ехидно спросила я.

Минуты три сосредоточенно выслушав кого-то, Алекс сказал: «Хорошо», — и отключил микрофон.

— Это был не агент 013.

— Не он? — встревожилась я. — А кто же тогда?

— Шеф.

— Шеф? Не может быть! Что он хотел?

— От нас? Ничего. Но он кое-что сообщил.

— Что именно? Не томи!

— По дороге, нам надо спешить.

Алекс оставил несколько монет на столе и, сжав мою ладонь, потащил к выходу, потому что я впала в ступор. Интуиция и логика подсказывали, что здесь (как, впрочем, и везде) замешан наш Пусик.

— Что с ним?! — Я схватила мужа за грудки, едва мы вышли на улицу. — Не щади меня! Я знаю, с ним что-то случилось. Скажи только одно: он жив? И еще — сохранил ли свою пушистую шубку? Надеюсь, он не весь обгорел в этом страшном пожаре на окраине города, раз здесь ничего не было видно, или, может, он упал с моста, потянувшись за рыбкой? Эта Двина такая глубокая! А-а, я знаю, он полез в колодец за кикиморой и утонул! О аллах, почему ты не спас его, ты ведь любишь котиков…

— Успокойся, милая, ты бредишь. Ничего такого не было. — Командор слегка встряхнул меня за плечи.

— Да? Правда? — не поверила я.

В моем мозгу еще сменяли друг дружку страшные картины того, что могло произойти с Профессором, и они уже начинали достигать масштабов дантевского ада. Знал бы кот, что за эти несколько секунд по воле моих фантазий ему пришлось пройти все его круги!

Я усиленно потрясла головой. Единственно действенный способ быстро прийти в себя. В таких случаях встряска Алекса особо не помогала, он боялся причинить мне боль и рассердить, даже не знаю, чего больше. Говорю же, стал решительней, но это качество не всегда проявлялось.

— Идем, — поторопил меня он, и я поспешила за ним, кажется, мне полегчало.

— Мы идем к «Трескоеду»? Что там опять случилось? Снова кикимора?

Все-таки наступившая темнота (городские власти явно экономили на фонарях) действовала на нервы и вызывала тревогу.

— Хуже. Боюсь, скоро ты увидишь все сама.

Я уже не знала, о чем и думать, но старалась не поддаваться панике. Я ведь как-никак профессионал, суперагент, короткие годы службы должны были научить меня сохранять хладнокровие даже в экстремальной ситуации.