"Фантастика 2023-173". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Останин Виталий Сергеевич

К месту назначения прибыли около двух пополудни. Возглавляемую Прокудиным комиссию уже ждали конские экипажи от московского головы. Перед инспекцией посетили привокзальный ресторан, порадовавший комиссию отличной кухней и прекрасным выбором вин. Затем десять минут неспешной езды, и они перед широко распахнутыми створками чугунных ворот головного авиастроительного предприятия, что было весьма странным для разгара рабочего дня.

— А почему так тихо? И где охрана завода? — Поинтересовался Иван Артемьевич у московского обер-полицмейстера генерал-майора от жандармерии Соколова Леонида Сергеевича.

— Не могу знать, Ваше Высокопревосходительство, — по-военному отрапортовал старый служака, занимавший до сего дня больше тридцати лет свой совершенно не хлопотный пост. В дела рода Воронцовых генерал носа не совал, получая от главы традиционное новогоднее поздравление в сумме нескольких тысяч полновесных рубликов, поэтому имел слабое представление о том, что творится, в общем-то, на неподведомственной ему территории. К тому же, функции охраны правопорядка здесь возлагались на боярских силовиков, посему вход сюда сотрудникам полиции был категорически заказан.

При виде обезлюдевших заводских территорий у опытного царедворца Прокудина на душе будто кошки царапнули. Насколько ему было известно, работы на объекте не прекращались ни в светлое время суток, ни в темное. А тут разгар рабочего дня, а там, где должно громыхать и бурлить царит гнетущая тишина, лишь скрип несмазанных петель гоняемой ветром туда-сюда двери караульного помещения, да унылое завывание вьюги в тесных проулках близко расположенных друг к другу административных зданий и производственных цехов. Впрочем, следов запустения не наблюдается. Стекла в окнах целые, дороги расчищены от снега и не завалены всяким хламом.

А вот людей не видно. Хотя, нет, какой-то человек в военной форме с погонами общевойскового майора на плечах выскочил на улицу и едва ли не бегом рванул в сторону остановившегося у ворот представительного кортежа.

— Ваше Высокопревосходительство, — выделив Прокудина из толпы наметанным глазом, затараторил военный, — майор Забелин, военпред от Министерства Обороны, разрешите доложить⁈

— Докладывайте, майор.

— С утра сборочные цеха работали в установленным режиме. Однако, как мне удалось выяснить, в десять производство было остановлено по приказу Андрея Драгомировича. Все работники уведомлены о закрытии предприятия с выплатой каждому компенсации в виде полугодового заработка. Выдача денег осуществлялась в оперативном порядке, к часу дня на территории завода не осталось ни единой живой души, об этом позаботились воронцовские гридни. Меня, как официального представителя имперской власти, не тронули, но всех остальных, кто собирался под каким-либо предлогом задержаться, выдворили за забор буквально пинками.

На что Иван Артемьевич, лишь недовольно поморщившись, молвил:

— Ладно, с рабочими и служащими после разберемся. Думаю, восстановить производственные цепочки много времени не займет. В данный момент, майор Забелин, меня интересует местный архив и вся хранящаяся в нём документация.

— С удовольствием препровожу туда, Вашу Милость, — козырнул военпред, — разрешите выполнять?

— Извольте, голубчик. — Несмотря на гнетущее безлюдье на территории производственного комплекса, настроение главы имперской комиссии начало постепенно повышаться. Не беда, что народ разбежался, лишь стоит объявить о новом наборе, тут же у ворот начнется столпотворение, сокращать уровень доходов трудящихся государь не намерен, более того, дал добро на десятипроцентное их повышение и сохранение всех льгот, установленных Андреем Драгомировичем. Оно, конечно, со временем весь этот популизм потихоньку искоренят, но в настоящий момент Российской Империи нужны самолеты и не только российской.

Получив разрешение от вышестоящего руководства, майор направился к отдельно стоящему в окружении здоровенных лип двухэтажному зданию из красного кирпича, по ходу давая пояснения, членам комиссии:

— Здесь, уважаемые господа, заводская управа. — Войдя внутрь, он указал рукой на ведущую в подвал неширокую металлическую лестницу. — Нам сюда. Здесь хранится маго-технологическая документация по всем моделям летательных аппаратов, когда-либо сошедших со стапелей нашего сборочного комплекса. Доступ сюда ограничен, однако мне удалось буквально выцарапать ключи от архива у здешнего управляющего, поскольку отлично осознаю, какую важность представляют хранящиеся в нем документы.

— Вы молодец, Забелин, — Прокудин не поскупился на похвалу для явно нарывавшегося на неё служаки. — Нисколько не сомневаюсь, что Государь Император по достоинству оценит ваше радение, о чём я непременно отмечу в своем докладе.

— Рад стараться Ваше Высокопревосходительство! — рявкнул военпред, но тут же, изобразив на физиономии показушное смущение, проявил, якобы, скромность: — Токмо мы это… без задней мысли о наградах. Главное, чтобы на пользу государству нашему могучему и богом данному Государю Императору. — После этих слов он протянул главному магу связку ключей от входной двери в хранилище и всех находящихся там стальных ящиков с документацией.

Иван Артемьевич выбрал из связки ключ с металлической биркой «Архив» и как только вставил его в скважину замка, ощутил неладное. Он почувствовал как сработало внедренное в дверное полотно сторожевое заклинание, послужившее триггером для активации тысяч и тысяч магоформ огненной стихии не только на этом заводе, а на всех прочих предприятиях, принадлежавших ранее роду Воронцовых.

— Всем срочно на выход! — Прорычал чародей.

Народ, мгновенно осознав грозящую опасность, лихо рванул по узкой лестнице вон из подвала. Не обошлось без казусов. Один толстый генерал из свиты ведуна поскользнулся и неудачно приложился лицом к металлической ступеньке. По этой причине на лестнице создалась давка, слегка повлиявшая на скорость эвакуации.

Сам Иван Артемьевич, не обращая внимания на происходящее за спиной, попытался погасить магическое пламя хотя бы в комнате с документацией. Но куда там, хитроумный Воронцов установил настолько продвинутое заклинание, что любое чародейское вмешательство лишь «подливало масло в огонь». Получилось так, что столкнувшись с огненной стихией, водный конструкт лишь усиливал жар, добавляя энергии в «топку». Осознав свою ошибку, ведун откачал весь воздух из очага горения, не забыв укрепить дверь в архив специальным заклинанием, чтобы её не выдавило вовнутрь внешним атмосферным давлением. При этом Прокудин позаботился и о собственной безопасности — накинул на себя мощный защитный полог, полностью изолирующий мага от внешней среды. Вакуум не помог. Хранящиеся в комнате бумаги как горели, так и продолжали гореть, даже без доступа кислорода, выделяя при этом в пространство мегаджоули тепловой энергии. Что с этим делать, один из самых выдающихся одаренных Российской Империи так и не смог сообразить. А буквально через пару минут огненная стихия, уничтожив часть кирпичной перегородки, вырвалась на волю. Как результат случился сильный «бабах». Благо люди к тому времени находились на открытом воздухе и задрав полы шинелей мчались к выходу из опасной зоны. Туго пришлось бы Прокудину, если бы не воздвигнутый им защитный полог. Поскольку все попытки спасения бесценной документации оказались безуспешными, пришлось ведуну покинуть опасное место.

Оказавшись на открытом воздухе, Иван Артемьевич наконец-то смог по достоинству оценить масштабы задуманной Воронцовым диверсии. Как оказалось, огненные заклинания были внедрены в каждый станок, в каждый кирпич огромного производственного комплекса. На глазах мага сгорали миллионы рублей, и это только здесь. Зная обстоятельность Андрея Драгомировича, Прокудин ни на йоту не сомневался, что на всех его заводах в данный момент творится точно такая же огненная вакханалия. Таким образом Российская Империя одномоментно осталась не только без опального боярского рода, но и без авиационной промышленности. О чем в этот момент думал многое повидавший за долгие двести тридцать шесть лет своей жизни маг, мы не ведаем, однако по хмурому выражению его лица несложно догадаться, что мысли его были далеко не радостными. Выйдя за ворота сгорающего в яростной огненной стихии сборочного комплекса, он кратко бросил поджидавшему его адъютанту: