Эротические рассказы - Группа - Stulchik

Едва лишь мы немного успокоились, как сразу нахлынула слабость; я так и остался стоять на коленях, теннисистки же сползли по стенке на пол и навалились друг на друга, а заодно и на меня, образовав почти что кучу малу. Даже Хингис, тяжело дыша, положила голову на мощное плечо Дэвенпорт, а сама Линдсей уткнулась лицом в коленки Курниковой.

-Ну, как насчёт минета?-поинтересовался я, и ответом мне был лишь дружный стон.

-Ты охуел...-вяло пробормотала Аня откуда-то из-за спины Дэвенпорт.-Мы же все четверо практически никакие... да ещё эта жара проклятая... Мартина с Линдсей согласно замычали в ответ, и я предложил:

-Тогда пойдёмте назад в комнату, уж больно тут тесно. Сейчас маленечко передохнём, и вы меня приласкаете, идёт?

-Ты бы хоть подняться помог...-обессиленно вякнула Хингис.-Ноги совсем не держат...

-Может, тебя на руках понести?-засмеялся я.-Хочешь?

-Хочу!-тут же кивнула швейцарка.-Давай, бери меня и неси на постель, поухаживай за мной.

Я тут же подхватил Мартину под коленки, а она крепко обвила рукой мою шею. Мы не без труда пролезли сквозь узкую дверь кабинки - Хингис даже оцарапала ляжку о торчащий замок,- а затем я понёс швейцарку в комнату, крепко прижимая её к себе. Мне нравилось ощущать её потное горячее тело, я чувствовал, что под коленками, где я держу её, у неё мокрым-мокро; к тому же от голой Мартины остро несло потом, из всех троих она была самой пахучей.

-Ты что так нюхаешь?-тут же прицепилась ко мне Хингис.-У меня из подмышек воняет, да?

-Не воняет, а благоухает!-засмеялся я.-Я же говорю тебе - женский пот меня заводит, мне нравится, как он пахнет, нравится его солёный вкус...

-Не понимаю!-фыркнула Мартина.-Когда на меня потная Линдси залезла, мне так противно сделалось... у неё воняло из подмышек, она вся была гадкая, скользкая...

-Когда ты так говоришь, это меня тоже возбуждает,-ответил я.-Ты такая непосредственная, как девчонка - что у тебя на уме, то и на языке.

-Хочешь сказать, я дурочка?-Хингис притворно надула губки, но в глазах её бегали весёлые огоньки.-Дурочка и свистушка?

Но в этот момент я внезапно разжал руки, и Мартина со всего маху шлёпнулась на кровать, громко взвизгнув от неожиданности и взлягнув ногами. Сзади раздалось сдавленное хихиканье - это из душа выбрались Курникова и Дэвенпорт, они брели на заплетающихся ногах, обняв друг друг за плечи и плотно прижавшись ляжками.

-Сюда, девочки!-махнул я им рукой.-Пришло время поработать ротиком.

-Но я не люблю сосать,-заявила Линдсей.-И я тебе ничего не обещала, это вот они двое тебе обещали по минету каждая.

-Ты гнусная обманщица,-сказал я и звучно шлёпнул Дэвенпорт по заднице.-Но так и быть, тебя, как закоренелую лесбиянку, я прощаю. Ты, наверное, своих подружек ртом ублажаешь?

-Конечно!-задорно кивнула американка.-Так что сосать твой хуй я не буду, но с удовольствием посмотрю, как это делают Энни и Мартина.

-Ты, наверное, порнушку любишь?-со смехом спросил я.

-М-м-м, а кто её не любит?-прыснула Линдсей.-Мы с Мэри-Джо постоянно смотрим "розовую" порнуху, специально для таких, как мы. Ложимся голые в кровать, смотрим минут двадцать, а потом выключаем и начинаем заниматься друг другом.

-А вы, подруги?-повернулся я к Курниковой и Хингис.-Тоже любительницы порнухи?

-А это наша частная жизнь!-хихикнула Мартина.-Правда, Энни?

-Правда-правда!-закивала головой Аня, вновь скорчив мне рожу.-Мы тебе не скажем, мы девушки скромные.

-Ну, тогда за работу, скромницы,-сказал я и улёгся поперёк кровати. Курникова и Хингис тотчас же сползли на пол и пристроились рядом со мной на коленях - Мартина слева, Аня справа. Без долгих церемоний швейцарка несколько раз облизала мой торчащий член, а потом заглотила его; Курниковой достались лишь мои яйца, но, покатав их во рту пару минут, она оттолкнула Хингис и сама стала сосать член. Так теннисистки какое-то время боролись друг с другом за право минета, я же тащился от острого удовольствия. Дэвенпорт, сидя на кровати с ногами, просто млела, разглядывая разгорячённых, возбуждённых минетом девушек.

Член стремительно переходил из одного рта в другой, я уже не различал, где язык Ани, а где Мартины. То и дело кто-нибудь из них щупал мне яйца, и это лишь усиливало наслаждение; я подумал, что не каждый может похвастаться тем, что ему делала минет первая ракетка мира. Неожиданно Линдсей не выдержала и легко спрыгнула с кровати на пол.

-Ну-ка, подруги, встаньте рядышком,-забормотала она, подталкивая теннисисток за задницы.-Рядышком, рядышком, вот так...

Увлёкшиеся соревнованием за мой член Курникова и Хингис даже не соображали толком, что хочет от них Дэвенпорт, и послушно переступали коленками по полу, подчиняясь движениям её руки. Когда же Аня и Мартина оказались совсем рядом друг с другом, так, что их ляжки почти соприкасались, Линдсей опустилась сзади на четвереньки и, зажмурившись от удовольствия, стала по очереди лизать девушкам пиздёнки.

Первой новую ласку почувствовала Хингис.

-О, ч-чёрт, кто там?-выдохнула она, отрываясь от моего члена; с губ её соблазнительно стекали тягучие слюни.-Кто там ко мне пристроился? Линдси, ты?! Да уйди же, противная, пойми, что я тебя не хочу!.. О-о... О-о-о, перестань, сучка!..

-Да тебе же самой приятно!-захихикала Дэвенпорт, старательно погружая свой язык в самую глубину пизды Мартины.-Ты же вся течёшь... Швейцарка действительно испытывала сейчас противоречивые чувства - она тащилась от того, что её умело лизали между ног, и в то же время ей было противно, что это делает именно Линдсей, известная лесбиянка. Хингис дёргала своей круглой задницей, словно отгоняя назойливую муху, и одновременно старалась губами отобрать у Курниковой мой член; американка же со смехом посоветовала:

-Представь, что это мальчик тебя лижет! Ты же спиной ко мне стоишь, делом занимаешься, какая тебе разница? Давай, отвернись и расслабься!

-Ну, чёрт с тобой,-слабо провякала Мартина, наконец-то оттолкнув носом разошедшуюся Аню и заглотив мой член по самые яйца.-Работай язычком, лесбиянка проклятая... О-о-о, хо-ро-шо...

Последние её слова были совершенно неразборчивы из-за члена во рту, но Дэвенпорт большего и не требовалось. Она ещё усерднее начала вылизывать пиздёнки своих подруг, и я подумал, что у Линдсей, несомненно, большой опыт в этом деле; у меня даже мелькнула мысль, что неплохо бы мне у неё поучиться.

Что же касается Ани, то у неё, похоже, не было никаких предубеждений насчёт лесбиянства; ласки американки абсолютно её не смущали, и Курникова с удвоенной энергией накидывалась на мой член. Дэвенпорт же наглела на глазах - она уже не только лизала девушкам, но и начала гладить их задницы, проявляя особое пристрастие к заднице Хингис. Судя по всему, Мартина очень нравилась Линдсей, а её недоступность лишь ещё больше разжигала желание; я не сомневался, что американка рано или поздно завалит швейцарку, и вполне возможно, что это произойдёт именно сегодня, когда Хингис уже возбуждена и разогрета.

Тем временем приближался оргазм - и Аня, и Мартина были отличными минетчицами. То, что они вытворяли с моим членом и яйцами при помощи языка, губ и зубов, не поддавалось никакому описанию; к тому же девушек дополнительно заводили ласки Дэвенпорт.

И вот я кончаю опять. Аня к этому времени уже устала сосать мой хуй, и откинулась на подушки. Вся сперма попала в рот и на лицо Мартине, которая аж поперхнулась ею, настолько был силен поток. В этот же момент Мартину сотряс оргазм от языка Линдси.

У меня от пережитого жутко звенели яйца. Я чувствовал, что больше не могу. Я поднялся и сказал:

-Все, девочки, больше не могу. Яйца разрываются. Давайте заканчивать. Вам же завтра еще на турнире выступать. Теннисистки согласились с моим доводом, и кое-как одевшись и отмывшись от моей спермы и своих выделений (у Мартины к тому же были месячные ), ушли.

Я же вернулся назад, на нашу кровать. Тут в поле моего зрения попала сумка "Yonex" Мартины, оставленная ею случайно в углу. Я понял, что швейцарка вернется за ней. От одной только мысли, что я опять увижу Мартину, мой хуй начал снова подниматься. И вдруг раздается стук в дверь .

На пороге появилась Мартина.

- Извини, я оставила у тебя свою сумку, там ракетки, мячи, ну все остальное...Можно, я ее заберу?

- Конечно, проходи, - ответил я. -Она в комнате, в углу.

Мартина забрала сумку и попыталась выйти, но я преградил ей путь.

-Ты куда, дай мне выйти, - попросила она.

В ответ же услышала: "Марти, я тебя хочу".

Мартина попыталась отстраниться, но я упал перед ней, засунул голову ей под юбку, и начал лизать сокровище первой ракетки мира. Половые губы Мартины почти мгновенно налились кровью. Она выронила сумку от возбуждения, и оперлась на стену , чтобы мне было удобнее лизать вход в ее норочку.

-Что, Норман тебе не так лизал? -осведомился я, продолжая орудовать под юбкой Мартины языком. Мартина в ответ только простонала. Я же продолжал усиленно работать, ведя Мартину к очередному оргазму. И вот, наконец! Мартина закричала, и я еле удержал ее ноги в своих объятиях. Но вот, я увидел что-то новое в "гроте любви" Мартины. Это был "Тампакс". Я стал медленно его вытаскивать, лаская Мартине пальцем клитор. Вот тампон вышел. Он был весь набухший, было видно, что надо было его уже сменить. Я заглотил его целиком, разгрыз, прожевал и съел. От сознания того, что я скушал тампон , пропитанный менстрой первой ракетки мира, мой хуй вздыбился так, что им можно было гвозди забивать. Я не мог больше терпеть. Я подхватил Мартину на руки, понес ее в комнату, положил ее на кровать, буквально разорвал ее юбку и трусики, и всадил моего воина в ее пещерку. "Только не в меня" - жалобно попросила Мартина, но мне было уже не до этого. Через минуты две рьяных фрикций я спустил в Мартину, кончал я секунд 20, не меньше, a Мартина же при этом кончила раза три, расцарапав мне всю спину...