Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

— Нам не удастся их похоронить. Прежде чем мы выкопаем могилы, я истеку кровью. Даже если ты мне поможешь. — Он подумал. — С другой стороны, нежелательно, чтобы их обнаружили здесь какие-нибудь влюбленные, ищущие местечко… где бы уединиться. Давай оттащим обоих в кусты, где вы прятались. Сначала этого. — Рыцарь и мальчик подошли к телу. — Ты за одну ногу, я за другую, — велел Томас.

Правой рукой Лэнгли схватил мертвеца за левую щиколотку. Мерфин обеими руками взял другую, мягкую еще ногу и потянул. Вдвоем они затащили тело в кусты, где лежал Хоп.

— Сойдет. — Лицо Томаса побелело от боли. Он наклонился и с удивлением вытащил из глаза воина стрелу. — Твоя?

Мерфин взял стрелу и вытер о траву кровь и мозги, налипшие на древко. Затем точно так же перетащили второе тело — голова чуть было не оторвалась — и бросили возле первого. Лэнгли подобрал мечи, зашвырнул туда же, в кусты, и поднял свое оружие.

— А теперь у меня к тебе большая просьба. — Рыцарь протянул кинжал: — Можешь выкопать небольшую ямку?

— Хорошо. — Мерфин взял кинжал.

— Прямо здесь, перед дубом.

— На сколько?

Томас показал кожаный кошель:

— Чтобы спрятать вот это на пятьдесят лет.

Призвав все свое мужество, искатель приключений спросил:

— Зачем?

— Копай, а я расскажу тебе что смогу.

Мальчик начертил на земле квадрат и разрыхлил участок кинжалом, а затем стал выгребать мерзлую землю руками. Лэнгли взял свиток, положил в мешочек, а мешочек спрятал в кошель.

— Я должен был передать это письмо графу Ширингу. Но оно содержит очень опасную тайну, и я понял: посыльного наверняка убьют, чтобы он никогда ничего и никому не смог рассказать. Нужно было исчезнуть. Я решил укрыться в монастыре, стать монахом. Хватит с меня сражений, пора искупать грехи. Меня хватились, начали искать, и вот не повезло: выследили в одной бристольской таверне.

— Люди королевы?

— Она готова на все, лишь бы тайна не вышла наружу.

Когда Мерфин выкопал яму в восемнадцать дюймов глубиной, Томас остановил помощника:

— Достаточно. — И бросил в нее кошель.

Юный лучник засыпал яму землей, а Лэнгли набросал листьев и мелких веток; место, где копали, стало незаметно.

— Если ты узнаешь, что я умер, пожалуйста, выкопай это письмо и передай священнику. Сделаешь это для меня?

— Хорошо.

— Но до тех пор никому ничего не говори. Пока известно, что письмо у меня, но непонятно где, они ничего не сделают. Но как только ты раскроешь секрет, сначала убьют меня, а затем и тебя.

Мерфин перепугался насмерть. Как несправедливо: ему угрожает такая опасность только из-за того, что он помог человеку выкопать ямку.

— Прости, что пугаю тебя, — улыбнулся Томас. — Но это не только моя вина. В конце концов, я не просил тебя сюда приходить.

— Нет. — Как же Мерфин пожалел, что пошел в лес.

— Я пойду к дороге, а тебе лучше вернуться тем же путем, каким пришел. Надеюсь, твои друзья ждут где-нибудь неподалеку.

Мальчик поплелся с поляны.

— Как тебя зовут? — крикнул вдогонку рыцарь.

— Мерфин, сын сэра Джеральда.

— Вот как? — Томас, видимо, знал отца. — Ладно, ни слова, даже ему.

Молодой мастер кивнул и ушел. Ярдов через пятьдесят его стошнило, но после этого стало намного лучше. Как и предвидел Томас, ребята ждали на опушке леса, возле дровяного склада. Окружили, хлопали по плечам, словно пытаясь убедиться, что он жив. Все испытывали облегчение и еще стыд, что бросили его. Дети дрожали, даже Ральф.

— Тот человек, в которого я пустил стрелу… он тяжело ранен?

— Умер, — ответил Мерфин и показал Ральфу стрелу, выпачканную кровью.

— И ты ее вытащил?

Мерфину очень хотелось сказать «да», но он решился на правду.

— Нет, рыцарь.

— А второй?

— Рыцарь перерезал ему горло. Потом мы спрятали их в кусты.

— И он так просто отпустил тебя?

— Да.

Мальчик ничего не стал говорить о спрятанном письме.

— Нужно сохранить все в тайне. — Керис волновалась. — Если кто-нибудь узнает — беда.

— Я никому не скажу, — пообещал Ральф.

— Мы должны поклясться, — твердо проговорила Суконщица.

Они встали в кружок, Керис вытянула руку. Мерфин положил сверху свою — ладонь девочки была мягкой и теплой, — потом Ральф, потом Гвенда. Дети поклялись кровью Иисуса и отправились обратно в город. Стрельба излука закончилась, все разошлись обедать. Когда шли по мосту, Мерфин сказал Ральфу:

— Когда я вырасту, то хочу быть, как этот рыцарь — всегда вежливый, ничего не боится, беспощадный в бою.

— Я тоже, — кивнул брат. — Беспощадный.

В Старом городе Мерфин с удивлением увидел, что вокруг продолжается нормальная жизнь: плачут дети, где-то жарят мясо, у таверн пьют эль. Дочь Суконщика остановилась около большого дома на главной улице, прямо напротив входа в аббатство, обняла Гвенду за плечи и прошептала:

— У моей собаки щенки. Хочешь посмотреть?

Та была еще очень напугана — чуть не плакала — и тут