Феранисса - Странная Любовь - Равиль Шагиев

   - Кто-то должен умереть... кто-то должен ответить за это... - произнесла в бреду Атирмилия, так сказать предсказания, и потеряла сознание.

   - Сестра! - голос Мирти сорвался на крик.

   - Ее тело восстанавливается, дай ей отдохнуть, - плачущая Мирти повернулась и взглянула в глаза Навиара, и разглядела там злость. Жестокую неуемную рвущуюся на волю изо всех сил злость. И эта злость копилась годами из-за Тьянатии.

   - Надо спешить... - молниеносно пронеслись по комнате слова Мирти, но она знала, что ей советовала сестра как можно быстрее и дальше убираться от города и все же ослушалась старшую сестру.

   - Нужно сначала подготовиться.

   Мирти поняла что имел ввиду Навиар и попыталась быстро удалиться, лишь сказав:

   - Тогда милый, - с изяществом и грацией, - встречаемся у входа в склеп. Если у нас так мало времени, пускай нас испепеляет солнце, но я должна отомстить за свою сестру.

   Навиар ухватил ее крепко за запястье не давая ступить еще шаг.

   - Это не месть Миртьялония Ли. - он грозно помотал головой, а взгляд его прибрел решительность. - Не месть. Помни это когда мы выйдем на охоту.

   - Конечно! - ехидно улыбнулась она. А ведь она соврала! Как она мечтала убить того вампира, который причинил боль ее сестре.

   Выходя она закрыла прослезившиеся глаза, и лицо изобразило чувство глубокой злости и презрения. Теперь она готова убить Лесмерата, за то что он причинил ей боль. Собственно, возможно на это и рассчитывала Атирмилия, поменяв ход времени. Но получится ли подобное?

   "Что же забрал у Атирмилии, Лесмерат? Что такое важное для него было у нее?" - задумался он.

   Атирмилия встала и с необычайной грацией проследовала к столу и извлекла из тумбочки стоящей рядом какой-то конверт, - уже открытый, - и странные предметы.

   - Это я получила от моего дяди как только уехала из лаборатории и оставила письмо о моем уходе. Я не знаю, что это означает. Может ты сможешь разгадать эту тайну, - вампирша протянула странный предмет Алене.

   Она сунула два крошечных странных предмета в руку Алене. Наконец взяв в два пальца Алена стала рассматривать их. Это были какие-то завинчивающиеся капсулы, с какой-то жидкостью внутри. Как только девушка попыталась открыть одну из них, вампирша тут же пресекла ее попытки словами.

   - Не советую делать этого, сначала письмо почитай.

   И сунув в руку девушке письмо, Атирмилия отошла и присела на диван, ожидая ответов от Алены.

   Прошлой ночью мои ученые разработали средство борьбы с вирусом в городе. Как сейчас помню, когда эта зараза вырвалась на свободу, погибли многие вампиры. С тех пор я стал заниматься противоядием против вируса. Но сегодня я вспомнил, каким прекрасным, был этот благородный город до распространения вируса по вентиляции. И я вновь отправился в этот город приняв вакцину против вируса, и при виде уже мертвого города, меня охватило отчаяние, мне начало казаться, будто все хорошее в этой жизни для меня безвозвратно ушло.

   Я едва узнал его. Побледневший от постоянной тьмы, ставший пристанищем мертвых, окруженный разрушенными строениями, этот некогда великий город напоминал подобие ада. Всех кого я знал прежде, больше существует.

   И тогда я направился прямо в наш исследовательский центр, посмотреть, что произошло с ним, какие метаморфозы приключились. Стоило мне войти внутрь и я изумился увиденному! Конечно здание слегка поблекло и разрушилось, но он оставался на своем месте все эти годы. Этрепиан думал, что закрыл проход на ту сторону, но это не так. Среди руин исследовательского центра бродили мертвецы с опустошенными лицами, до кровавых мозолей они ходили около прохода. Словно мертвецы искали что-то в нем, что-то такое, чего не поняли при жизни. Исследуя все больше центр я ужасался увиденному.

   Повсюду валялись хирургические инструменты - ножи, молоточки, ножницы. Еще здесь было полно оружия - пистолетов, автоматов, электропушек, плазмометов и еще каких-то прототипов.

   Отряд с которым я проник в город убеждал меня покинуть его как можно скорее, но я остался, а их отправил обратно. Этрепиан подарил мне самое ценное о чем я только мог мечтать - его наследие.

   На этом первый листок с написанным заканчивался.

   Всего несколько минут назад, вполне удовлетворенная ответом Алена была в приподнятом настроении, от которого теперь не осталось и следа.

   - А ты видать не торопилась показывать мне это послание, - смело сказала Алена.

   - Весьма великодушно заметить с твоей стороны это, но я не доверяла тебе, - вампирша улыбнулась.

   - Ну, да. Я бы тоже не доверилась мне самой, - заулыбалась девушка. - Но что тебя заставило изменить свое решение?

   - Ты присаживайся письмо не столь короткое, - перевела она разговор в другое русло, чтобы отмахнуться от вопроса.

   - Я спросила тебя! - надавила девушка.

   - Я просто... теперь с тобой откровенна. Доверяю тебе. - Атирмилия совсем не хотела говорить правду, этого точно не нужно делать. Зачем говорить то, во что Алена никогда не поверит. Видение будущего, все это будет для нее чушью. - Можешь верить, а можешь нет. Это твое дело. Но я почему-то подозреваю, что ты мне поверила и согласилась со мной. - Тогда Алена осторожно присела. - Безумцем мой дядя никогда не был, - тихо проронила Атирмилия.

   - К чему ты клонишь?

   Атирмилия грозным взглядом указала на письмо и перевернув первый листок, Алена стала читать второй.

   Итак я нахожусь в мертвом городе уже некоторое количество дней, и я обнаружил, что не один здесь. За прошедшие три года мне довелось повидать столько страдания и горя, что казалось меня уже ничем нельзя было поразить. Существа которых мы пытались долгие годы вырастить в новой лаборатории, "Пожиратели", кажется так их назвал Этрепиан, когда впервые эти существа пересекли грань их мира и нашего, обитали здесь в некотором количестве. Поэтому я вызвал отряд для зачистки. Как позже выяснилось все они проникали через проход, и выживали, в отличии от других существ, не менее отвратительных, чем они сами. Дорога к проходу была просто усеяна трупами и костями.

   Эвгения прибывшая самолично за мной, пыталась отговорить меня остаться в городе еще пару недель для изучения прохода. Она утверждала, что из-за этого я теряю свой рассудок, что больше не могу справляться со своими обязанностями как главный ученый. Но я продолжал стоять на своем и естественно выиграл спор. Я чувствовал, что самое интересное обнаружится здесь, но также и знал, каким ужасным будет оно, я обязан увидеть все собственными глазами, как увидел это Этрепиан. Я даже сожалею, что не был с ним в момент падения города.