Мираж Огня (СИ) - Грозовская София

- Так наша мама самая лучшая?  -  Мария успокоилась и с надеждой посмотрела на Софу, а меня посетила мысль, что она была бы отличной матерью.  -  Ты правда так думаешь?

- Я это знаю! -  твердо ответила Софа и щелкнула каждую из девочек по носу. Они тут же завозились у меня на руках, а спрыгнув подбежали к отцу.

- Ты слышал? Слышал? Наша мама - самая лучшая! -  пищали они, вися на отце и радуясь от этой мысли, - Мы всем должны рассказать, чем там занимается мама! Так святой сказал! Так всем и скажем! Святой же не обманывает? Никогда- никогда?

Озадаченное личико повернулось в мою сторону, а я, улыбнувшись, произнес :

- Никогда - никогда.

“Спасибо! “ - одними губами прошептал отец, уводя девочек к костру, где раздавали еду. Девочки не упускали ни одного деревенского, чтобы не рассказать им эту историю, тыкая в меня пальцем и доказывая, что святые не умеют лгать.  Отец смотрел на нас странным взглядом, в котором боль потери смешивалась с благодарностью.

- Ты - молодец. Из тебя бы получится отличный отец.  - прошептала Софа и поцеловала меня в щеку. -  Я осмотрела всех, кто нуждался. Меди жива и будет жить, я растерла ее снегом и укутала в плащ. Теперь ей нужна хорошая еда  и постоянный покой. Что касается остальных… Я, кажется, знаю, в чем тут проблема. Но мне нужно, чтобы ты поехал завтра со мной на поле и взял пару инквизиторов.

Я непонимающе посмотрел на Софу, но та, как мне показалось, не собиралась ничего объяснять. Она смотрела  на меня очень странно.

- Святой Антоний, - к нам бежал один из инквизиторов, а добравшись припал на одно колено, - Виттор отозван, но шатер, полагающейся главному из инквизиторов остался. Вы заночуете в нем или в деревне?

- В ней! - твердо ответила Софа и развернулась ко мне, строя умоляющее лицо, - Правда?

Я кивнул и жестом отпустил инквизитора. Теперь я смотрел на Софу с непониманием, но ведьма просто пожала плечами и направилась в  сторону, в которую ушел инквизитор. Я, взяв лошадь под уздцы, направился за ней. Усталость накатывала, но с ней я еще мог бороться.

- Софа, почему ты не захотела остаться в деревне? -  спросил я, когда за нашими спинами остался последний из деревенских домов, а впереди возле просеки дымили костры лагеря инквизиции, - В избе теплее, чем в шатре. Если ты испугалась поведения жителей, то можешь не бояться! Я никому не позволю…

- Сегодня полнолуние, Антоний. Правда? Оно красиво? - перебила меня ведьма,  глядя на небо, которое, к слову, распогодилось, - Скажи, святой, а во что ты веришь? Кроме Бога?

- В остроту своего меча, - практически не задумываясь ответил я, но вопрос Софы поставил меня в тупик. - Тебя что-то беспокоит, Софа?

- Сегодня будет страшная ночь, Антоний, -  серьезно произнесла Софа, переводя на меня взгляд, - Не выходи сегодня из палатки, ладно?

Я сегодня собирался просто спать, поэтому согласно угукнул и даже кивнул несколько раз, подтверждая серьезность моих намерений.

- Накинь капюшон, -  тихо проговорил я, когда мы подходили к лагерю, - не привлекай к себе лишнее внимание, ладно? Не хочу, чтобы они тебя видели, иначе я помогу половине отдать богу душу прямо здесь.

Софа хихикнула и натянула капюшон.  К нам на встречу выбежали инквизиторы, прося моего благословения и индульгенций. Я благословлял, обещая подумать над индульгенцией.  Мы зашли в шатер, и я смог выдохнуть только тогда, когда полностью зашнуровал вход.

- Меч далеко не убирай, - попросила меня Софа, пока я снимал рясу, которая сейчас больше походила на половую тряпку, - Сегодня ночью он может тебе понадобиться.

Я посмотрел на Софу очень внимательно, осознавая, что шатер стоит в центре лагеря и вокруг него, как минимум восемь колец из шатров инквизиторов - обученных воинов. И тут меня посетила идея.

- Ты и так будешь спать со мной, - кивнул я на ложе ведьме и улыбнулся, - Второго спального места нет. На полу я сам спать не буду и тебе не позволю.

- Я вижу то, Антоний, что простому человеку не подвластно, - надулась Софа, исподлобья, уже угнездившись на лежанке, - Пожалуйста, послушай  меня. Сегодня будет страшная ночь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Страшная ночь будет у того, кто не даст мне выспаться, - отшутился я, понимая что за лишний час сна готов убивать, - А в остальном уверен, господь не оставит нас.

Софа оттолкнула меня к стене-ребру шатра, а сама легла с краю. Меч я оставил у изголовья и уже начал дремать.

- Антоний, - позвала меня Софа. Она  подползла ближе ко мне и отвела мою руку себе за голову, укладываясь мне на грудь. - А твой Бог, он хороший?

- Конечно хороший, - уже сквозь сон отозвался я, отплевываясь от волос рыжей захватчицы. Я не протестовал против того, что она почти на меня залезла - ночь обещала быть холодной, -  Он справедливый, он оберегает нас, следит за каждым из нас и назначает его жизненный крест. Он создал нас и заботится о нас, как отец.

- А Дьявол-зло? - не отставал от меня рыжеволосый тиран, не дающий мне спать. - Он ведь зло, да, Антоний?

- Да, - простонал я, протестуя против произвола рыжей нечисти. В данный момент я сомневался кто большее зло: Софа или Люцифер . - Софа, спи! Богом тебя прошу.

- Но если Бог добро, а Люцифер - зло, - не унималась ведьма, а я искал способ как заставить ее замолчать, - То как же  Бог мог создать злого Люцифера по своему образу и подобию, если он сам добрый?

- Софа, бога ради! - взмолился я, приподнимаясь на локтях и осуждающе глядя на это рыжее чудовище, решившее устроить мне “страшную ночь” о которой твердило весь вечер. - Дай мне поспать! Хоть немного! Я святой, но не бессмертный!

Ведьма хихикнула и уже хотела что-то еще произнести, но я тут же извернулся подминая ее под себя и целуя. Тишина, какое счастье, просто тишина… Поцелуй затянулся. Я понимал, что еще чуть-чуть, и в рай меня точно не пустят.

- Она его уела! - радовался Люцифер, наблюдая за тем, как парочка укладывается спать, -  Уела в том, где Тусе равных не было! В слове папы! Бель, ты видел?

- Видел, - буркнул старший из братьев, с сожалением вздыхая. - Тебя то вон как превозносят! 

- Я просто много с людьми общаюсь, - отмахнулся Люцифер, пытаясь приободрить брата, - К тому же, в отличии от тебя, Бельфегор, который Ваар, я не был богом. А ты - был! Да и те, кто мне поклоняются не бьют тех, кто мне не поклоняется. А вот церковники папы готовы бить любого, кто в него не верит. 

Ангелы с ужасом слушали диалог между братьями, и уже хотели что-то вставить свое, как раздался жуткий, до костей пробирающий волчий вой. 

- Это что было? - не понял Бельфегор, свешиваясь через облако и стараясь рассмотреть что же там такое, - Люсь, это Туся взвыл, что ему спать не дают? 

- Оборотень! - завизжал Святой Петр и спрятался за братьев, - Там оборотень! Настоящий!!!

- Божья тварь, - умилился Люцифер. 

Огромный волк врывался в дома и разрывал людей, оставляя после себя кровавые следы. Зверь бегал от дома к дому, оставляя свой кровавый отпечаток везде, куда входил. 

- Братья, может поможете? -  почти прошептал Гавриил с надеждой уставившись на Бельфегора и Люцифера, - Может вмешаетесь? Это же несправедливо! 

- Мы уже однажды с левиафанами помогли, - отрезал Бельфегор, распустив страшные кожистые крылья и сложив их обратно, - И что в итоге? Мы, раненые, уставшие прибыли к воротам рая, а вы? Вы даже не открыли! 

- Для раненных, вы неплохо сражались с нами, - выступил вперед Михаил, с укором  глядя на братьев, -  Вы прошли против слова отца и своих братьев. 

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Мы не шли против слова отца! - вспылил Бельфегор, готовый повторить то, что когда-то развернулось в райских садах, - Но мы шли дать вам пизд…. Тьфу! Надежду! 

- Бель, смотри! - заорал Люцифер, перебивая брата и тыкая пальцем вниз, - Смотри скорее! Сейчас узнаем, кто громче воет. Сонный Туся или голодный оборотень. Я ставлю на Тусю! Я в него верю!