По дороге домой - Ольга Березовская

— Ты куда собралась?

— Прогуляться.

— Куда! Еще вчера лежала, умирала, а сегодня уже гулять.

— А что такого?

— А ты головой подумай, если умеешь.

— Что это вы так о моем здоровье забеспокоились? — сквозь зубы прошипела я.

— Мне глубоко плевать на твое здоровье, никто тебя не просил устраивать балет на снегу.

У меня просто дыхание перехватило после этих слов. Я еще и виновата! Скажите люди, есть в этом мире справедливость!

— Хорошо, — холодно произнесла я, хотя внутри все бушевало негодованием. — В следующий раз я последую вашему примеру: спокойно постою в сторонке и подожду, когда все закончится.

Сама не знаю, зачем обвинила его в том, что он мне не помог. Я и тогда понимала и сейчас понимаю, что сделать он ничего не мог, ни он, ни кто-нибудь другой. Просто меня настолько задело его несправедливое обвинение, что я не смогла удержаться от такого же ответа.

Я физически ощутила, как он вдруг напрягся, словно от пощечины. Да уж, хочешь обидеть мужчину, обвини его в слабости. Я видела как напряженно двигались его скулы. Он снова был в гневе. Я сто раз пожалела о сказанном, но ни разу и не подумала извиниться, как впрочем и он. Внутренне уже была готова услышать поток обвинений и оскорблений, но все получилось вопреки ожиданиям: он развернулся и ушел. Что ж, нечего сказать, в этой ситуации он не мог поступить правильнее.

Ноги задрожали от слабости, когда схлынуло напряжение. Нет, мне никогда не понять этого человека: он обвиняет меня во всех смертных грехах, когда я веду себя почти как ангел, а сейчас, когда у него было полное моральное право мне ответить, он просто ушел. Может мне тоже нужно было уйти и не дотягивать до момента, когда виноватой осталась я. Хм, а может он этого и добивался?

Хозяин постоялого двора протирал полотенцем стаканы и наблюдал за разворачивающейся на лестнице сцене.

— Что-то не по-доброму он с тобой.

Я пожала плечами.

— У нас сложные отношения.

— А что ты за ним таскаешься, любовь у вас что ли?

Мне стало смешно. Ни одному человеку на свете не пришла бы в голову такая мысль, понаблюдай он за нами повнимательнее, но этому человеку было простительно, не так долго он нас знает, да и в обществе друг друга мы стараемся бывать как можно реже.

— Скорее наоборот.

— Мне показалось, что еще одно слово и он тебя убьет.

— Мне тоже. Боюсь рано или поздно так и случится.

— Почему бы тебе тогда не вернуться домой к родителям.

— Вот и я себя об этом постоянно спрашиваю. — Черный юмор, в моей-то ситуации. — Как только подвернется случай, сразу вернусь.

— Удачи тебе.

— Спасибо.

Теплый ветер гладил уставшую от перепадов температур кожу и играл непослушными локонами. Общее ощущение легкости отягощал только драконий амулет на шее, надежно спрятанный под одеждой. Хотелось чего-то доброго и нежного, или на крайний случай чего-нибудь сладкого. После нескольких дней лежания в постели, медленно брести по улице и вдыхать запахи цветущих деревьев и цветов было невероятно хорошо.

И все же странное ощущение, что город застыл в тревожном ожидании, не покидало ни на минуту. Сначала мне казалось, что это последствия очередной ссоры, но потом, когда мне то и дело попадались кучки возбужденно шепчущихся женщин и столь же возбужденных, спешащих куда-то мужчин, я заволновалась.

Вполне возможно, что так у них проходят все дни, ведь если подумать, что я знаю об этом месте, ровным счетом ничего: не успела приехать, как слегла с простудой, если это можно так назвать.

Я выбросила из головы все мысли и брела в сторону базарной площади за тем самым сладким, чего так желала моя душа. Торопиться было некуда, и я постоянно останавливалась, чтобы посидеть на скамеечке или выпить воды из колодца. Вокруг было красиво, просто красиво и уютно, провинциальный городок живущий своей собственной жизнью.

Неспешная прогулка наконец-то вывела меня к шумной базарной площади. И все же шум был какой-то другой, не тот который сопутствует торгу и бытовым разговорам. Люди сбились в толпу, женщины перешептывались, кто-то даже плакал, мужчины гудели где-то в сердцевине происходящего. Почти не ощущая сопротивления я добралась до эпицентра и обомлела.

К каменному обелиску веревками был привязан Лорд Капитан. Одежда его была изорвана, по всему телу кровоточили ссадины, голова устало опущена. Я, ища причину, оглянулась по сторонам, люди вооруженные хозяйственной утварью, палками, обрывками цепей с ненависть смотрели на капитана.

Он поднял глаза, они были темнее ночи. Из уголка губ стекала струйка крови. Я смотрела на него не в силах понять, что же происходит. Почему? Что произошло?

— Нужно отрубить ему голову, — сквозь оцепенение услышала я и обернулась на голос. Клим, с которым я разговаривала на дне Всех Ветров и который показался мне очень милым человеком, сейчас был похож на разъяренного зверя, глаза его возбужденно горели, движения были отрывистыми и резкими.

— Что происходит? — хрипло выдавила я.

Клим посмотрел на меня так будто не понимал, о чем я говорю. Потом в его глазах мелькнуло осознание.

— Ты что, ничего не знаешь! Он же монстр!

Я глянула на капитана, ну он всегда был немного грубоват, но чтоб монстр, это перебор.

— Что он сделал?

— Что сделал!? Женщина, я же тебе говорю, он монстр! Драконий выродок!

Откуда они знают? Я снова посмотрела на Лорда Капитана, лицо которого после этих слов скривилось как от боли.

— А что за это разве убивают?

— Да ты наверно не в себе, я же тебе говорю, он дракон!

— Ну и что? — я никак не могла понять, что в этом особенного.

Клим смотрел на меня, пытаясь отыскать в сознании ответ на мое поведение. Что-то не сходилось в его голове: драконы это зло, их нужно уничтожать.

— Его нужно убить, — Клим словно зомби выхватил у кого-то старый со следами ржавчины меч и занес для удара.

Что же он делает! Он же убьет его!

Что-то нужно было делать. Что-то совершенно определенно нужно было делать. Клим приближался к Лорду Капитану осторожно, словно опасаясь, но клинок был уже слишком близко, чтобы предположить, что он хотя бы промахнется. Я в панике оглянулась по сторонам, никто не собирался останавливать убийство. Это ужасно, но весь город жаждал крови. Крови одного единственного существа, который в молчаливой ярости раздирал себе в кровь руки, пытаясь выбраться из пут.

Возможно окажись здесь хоть один человек, способный помешать происходившему безумию, возможно в любой другой ситуации, я просто молча подождала бы, когда все закончится. Все возможно. Но сейчас последним отчаянным усилием я оттолкнула Клима в сторону, рука соскользнула с намеченного курса, меч прочертил дугу рядом с лицом лорда Роккуэла, не задев даже волоса.