Лотос - Т. Л. Смит

была не моя идея, — говорит он, когда мы начинаем идти. — Это Роан рассказал мне.

Я улыбаюсь, потому что мы с Роаном едва ли делали то, что хотела я. Всегда только то, что хотел он. И собирать клубнику он не хотел, это было слишком скучно для него.

Зачем мне вообще заниматься чем-то подобным?

— Это неважно. Это ты привез меня сюда.

Орион кивает. Он знает, что именно действия имеют значение. Мы гуляем по полям, везде клубника, и он протягивает мне корзинку и отступает, пока я начинаю собирать ягоды. Он следует за мной, помогая заполнять мою корзину до отказа. Затем смеется, когда я выпячиваю нижнюю губу, от того что несколько ягод вываливаются на землю. Подняв одну, Орион возвращает ее в мою корзину, затем его глаза поднимаются, и он облизывает губы. Моя рука крепко сжимает ручку корзины, я знаю, что Орион собирается сделать, когда он подходит ко мне так близко, что носки нашей обуви соприкасаются.

— Думаю, тебе следует попробовать то, что пробую я. — Он подносит клубнику к моему приоткрытому рту, и я обхватываю губами ягоду.

Он на мгновение закрывает глаза, качает головой, когда я кусаю плод и ем спелую сочную ягоду. Когда я проглатываю, его губы прижимаются к моим. Моя рука отпускает ручку корзины, словно она мне не важна.

Возможно, не в сравнении с Орионом Харли.

Возможно, ничто в моей жизни не так важно, как он.

Возможно, в этом проблема.

Или, возможно, это совсем не проблема.

Его губы двигаются в одном ритме с моими, его зубы прикусывают мой язык, пока руками я скольжу по его спине. Его губы замирают, и я чувствую, как его дыхание начинает выравниваться.

— Это семейная территория, — произносит он, когда я открываю глаза.

Мне плевать, и нет дела, если все здесь смотрят на нас. Прямо сейчас я хочу толкнуть его на землю, но он отступает.

— Твоя клубника.

Смотрю вниз, когда Орион опускается, чтобы собрать ягоды, и я задаюсь вопросом, как он может быть так спокоен, пока мое тело готово взорваться.

— Если ты не планируешь съесть их с моего обнаженного тела, то оставь их здесь.

Руки Ориона замирают, и я жду, когда он встанет, но Орион собирает ягоды и аккуратно складывает их в корзину. Он встает и протягивает мне корзину. Я принимаю ее, несмотря на то, что это не то, чего я хочу в данный момент. Я бы предпочла взять его.

— Не ты ли хотела двигаться медленно, Лотос? В прошлый раз мы действовали слишком быстро. Может быть, это было нашей погибелью? Я не хочу снова того же результата. — Его слова шокируют меня, потому что я не думала, что он чувствовал такое.

— Что, если это больше не сработает? — тихо спрашиваю я.

— Меня не учили любить, Лотос, даже немного. Ты должна знать это.

Я киваю, потому что это правда. Никто не любил Ориона Харли, и это позор для них.

— Я только знаю, как любить тебя. Тебя и только тебя.

— Ты злишься, что я любила кого-то другого?

Его взгляд опускается, ладони сжимаются в кулаки.

— Да. Я бы не любил тебя, если бы не злился. Но я знаю, Лотос, что ты не любила его так, как любишь меня.

Он прав, я никогда не смогла бы полюбить кого-то другого так же, как Ориона.

— Что если я все испорчу? Что если мы снова пойдем по тому же пути? Мне не понравился тот человек, которым я стала, Орион.

Он приближается ко мне, его рука ложится на мою, пока я держу корзину с клубникой.

— Ты не станешь тем человеком, потому что на этот раз не будет никаких секретов, что могли бы отразиться на нас.

Я киваю и прижимаю голову к его груди. Орион забирает корзину из моих рук, потому что я больше не хочу держать ее, и целует меня в макушку.

Может быть, на этот раз все будет нормально. Может, все, что нам было нужно, — это время. Я опираюсь на него головой дольше, чем необходимо, просто чтобы впитать его запах. Как я могла пропустить этот аромат, его аромат. Я могла бы спать где угодно, лишь бы моя голова покоилась на его груди.

Орион снова целует меня в макушку, и я отстраняюсь. Потом берет меня за руку. Я проверяю время — прошли часы, а я даже не заметила. Орион снова поглощает мой мир, и я абсолютно не против.

— Голодная? — спрашивает он, убирая прядь волос от моего лица.

— Умираю с голода, — отвечаю я, просто чтобы отвлечься, потому что хочу я только одного, и это не еда.

Вернувшись к мотоциклу с клубникой — теперь уже в пакете — Орион берет мой шлем, подходит ко мне и аккуратно надевает мне на голову. Мы на расстоянии руки, и я чувствую тепло, исходящее от него. Он отстраняется, опускает клубнику в держатель для сумок и забирается на сидение. Орион поворачивается, предлагая мне руку, а затем оборачивает мои руки вокруг своей талии.

Мы едем по шоссе и возвращаемся в город. Орион останавливается у его отеля и слезает с байка, помогая и мне. Он оставляет клубнику в мотоцикле, вешает оба шлема, и снова берет меня за руку. Он улыбается, и мы заходим внутрь.

— Мистер Харли, — приветствует молодой парень, улыбаясь нам обоим, когда мы останавливаемся у ресторана.

Мы следуем за ним, садимся напротив друг друга за столиком, отпуская наши руки, тут же ощущая потерю.

— Я сделал заказ до нашего приезда. Они уже готовят его.

Нам наливают воду, и я жду, когда официант уйдет, чтобы мы могли поговорить.

— Мы делаем это?

Орион кивает, его глаза становятся серьезными.

— О да, малышка, мы делаем это. Даже не сомневайся.

Мои пальцы стучат по коленям. Подняв взгляд, я пристально смотрю на мужчину, которого любила всю свою жизнь.

— Я пыталась оторваться от тебя весь прошлый месяц, пыталась понять, смогу ли снова выжить без тебя.

Он наклоняется, ожидая, когда я закончу.

— И как? — нетерпеливо спрашивает он.

— И не смогла. Это было невыполнимой задачей для меня. Мое сердце знает только, как биться для тебя. Что мне делать с этим? — спрашиваю я, и он улыбается.

— Просто позволь мне любить тебя, чтобы мы могли утонуть вместе. — И это все, что мне нужно было услышать, все, что я хотела услышать.

Мы едим, смеемся, улыбаемся, флиртуем, словно мы снова подростки. Словно мы не разрушили друг друга многие годы назад. Словно мы проснулись