(Не)простая жизнь мажорки - Зоя Налетова

отъеду, мне нужно решить кое-какие вопросы.

— Ладно.

— Не жди меня, ложись спать.

Соколовская поджала губы, ей не хотелось отпускать его.

А если отец найдет его и убьет? На этот раз наверняка!

— Вернусь поздно.

Поцеловал в висок и быстро вышел за дверь. Оставив Соколовскую наедине со своими страхами.

39. Выбор

Киреев

Попрощавшись с Соколовской, направился к машине, где его уже ждал водитель. После того как отец скончался, Егор принял к себе на работу своих знакомых ребят.

Все проверенные.

Саня как раз из их числа.

— Братан, да ты сияешь весь.

— Настроение хорошее просто.

— Правда? Целый месяц ходил хмурый, а тут девку спиздил и настроение появилось, да?

— Ты, Саня, договоришься когда-нибудь. Прищурившись проговорил Киреев.

— Да ладно. Ну ты один черта красавчик, какую девку прикарманил.

Они подъехали к поселку, где связь была более-менее нормальной. Егор позвонил знакомому хакеру, чтобы перекрыть звонок так, чтобы не отследили геолокации.

Когда все было готово, позвонил Соколовскому.

Он поднял трубку после первого же гудка.

Принял звонок, а сам просто молчал в трубку.

— Ну как ты там? Альберт Русланович. Нормально спишь?

— Что ты с ней сделал?

Осевшем голосом спросил старик.

— Да пока ничего.

— Где она?

— В подвале.

Да, он блефовал.

Пускай этот старый пень почувствует хотя бы приблизительно то, что чувствовал я.

— В каком подвале? Ты совсем дурак?

Уже кричит в трубку встревоженный отец.

— В обыкновенном, бетонном, сыром подвале. Но ей не скучно, не беспокойся, она там не одна.

— С кем?

— С крысами.

— С какими крысами?

— С теми, которые грызуны.

— Выпусти ее оттуда, немедленно. И предоставь человеческие условия.

— Увы, но пока нет. А вообще, у тебя есть один вариант как спасти дочь.

— Говори.

Помолчав с минуту, чтобы Альберт за это время успел надумать самое ужасное, парень ответил.

— Ты раздаешь все свое имущество онкобольным и сиротам. Я возвращаю ее обратно живой и почти невредимой.

По ту сторону воцарилась тишина.

Собеседник молчал, вероятно обдумывая предложение.

Егор решил дать ему время, чтобы все обдумать.

— Я даю тебе два дня. Обдумай все, взвесь за и против. Подумай, что тебе дороже.

Сбросив вызов, он и сам погрузился в раздумья, пока возвращался.

Если он откажется от всего, мне придется ее отпустить. А смогу ли я?

Вернулся глубоко за полночь, вошёл в комнату, где тихонько сопела Кира, свернувшись калачиком.

Сел в кресло около кровати и стал наблюдать за ней.

Ей, вероятно, что-то снилось.

Она то улыбалась, то хмурилась.

В этот самый момент, она была такой беззащитной, маленькой, хрупкой.

Киреев лег рядом, лицом к лицу, прислонился лбом к её лбу.

— Малыш, как бы все не обернулось, как бы я тебя не любил, мне придётся тебя оставить. В этой битве либо я, либо меня. Надеюсь ты меня когда-нибудь простишь.

До самого рассвета любовался ею, целовал нос, щеки, губы, стараясь ее не разбудить. Не помнил даже в какой момент уснул.

Проснулся Киреев ближе к обеду. Огляделся.

В комнате он был один.

Со стороны кухни послышался шум. Она что-то готовит? Отправился в душ, привел себя в порядок. Вошёл на кухню, сложив руки на груди и уперевшись о косяк, стал наблюдать за этой милой картиной.

Она порхала из угла в угол, на плите шипели кастрюли, что-то выпекалось в духовке.

Оглядел кухню внимательнее, на наличие погрома. Как ни странно, его не было.

Но кухню нам придется отмывать долго.

Сдерживая проступающий смех, подумал Киреев.

В раковине лежала гора посуды, холодильник был, распахнул настежь, на полу валялась яичная скорлупа. В тазике с водой еще дымилось полотенце. Она почувствовала что за ней наблюдают и резко обернулась.

Чашка выскользнула из рук, и разбилась у её ног.

— Киреев!

Её глаза загорелись праведным гневом, а лицо залила краска.

— Сюрприз весь испортил!

Подошел ближе, подхватив на руки отнёс на безопасное расстояние, чтобы не поранила босые ноги.

— Ну и бардак ты здесь устроила.

Парень пытался сдержать смех. Всеми силами пытался. Не получилось.

— Нет, ты не Кира. Ты бедокур.

— Давай я закончу с едой, а ты уберешь кухню.

Предложила она, сложив вместе ладони, как в молитве. Хитрюга.

— Ладно.

У молодых людей ушел час, чтобы убрать кухню. Кира тоже уже закончила с обедом. Егор, честно сказать, готовился к худшему, мысленно попрощался с желудком и стал пробовать то, что она наготовила.

Суп и мясная запеканка, были на удивление вкусными. — Мм, у тебя хорошо получилось.

— Правда?

— Конечно. Сама попробуй!

— Ха, и правда.

Удивленно ответила Соколовская, поднося к губам очередную ложку с супом.

Отведенные два дня для раздумий Альберта, пролетели незаметно.

Не понимал Егор как, но эта девушка делала его счастливым. И ему было стыдно признать, что боль от потерь дорогих людей с каждым днем угасала.

Они много разговаривали, смотрели комедии, готовили, наслаждались друг другом.

Она давала ему все, любовь, заботу, нежность, ласку.

Смотрела на него горящими глазами. Она идеальная. — Мне нужно уехать, ненадолго. Не скучай, ладно?

— Хорошо.

Она улыбнулась, а Егору сдавило грудную клетку.

Я, кажется, сам загнал себя в тупик.

Если Альберт выполнит моё условие, мне придётся ее отдать. А этот старый хрен сделает все, чтобы спрятать ее куда-нибудь подальше. Если откажет, придётся воспользоваться планом Б. Но в этом случае сама Кира меня не простит до конца жизни.

Еще несколько дней назад, жажда мести была сильнее симпатии к Соколовской.

А что сейчас?

А сейчас чаша весов сравнялась.

Провел те же манипуляции, что и первый раз и позвонил Соколовскому.

— Да.

Какой-то он слишком спокойный.

— Ты подумал?

Нетерпеливо задал свой вопрос Киреев, раздражаешь спокойствием мужчины.

— Подумал и решил отказаться от дочери.

Егор опешил, он готов был услышать все что угодно, но не этого.

Он так просто отказывается от родной дочери? И его не волнует, что я могу ее убить?

— Я тебя услышал, прощай.

Значит план Б.

Егор подкупил одного из охранников Соколовского, он работал на него давно и мог беспрепятственно передвигаться по его дому.

— Олег. У тебя все готово?

— Да, Егор Сергеевич.

Приступить можем через два часа, он в своем офисе. — Дома как обстановка?

— Благоприятная, он один.

— Отлично.

Когда Егор вернулся, на него с порога накинулась встревоженная Кира.

— В чем дело?

Чуть отодвинул от себя девушку, внимательно всматриваясь в глаза.

— Егор, мне кошмар приснился. Ее трясло, она была напугана.

— Идем, расскажешь.

Он старался вести себя спокойно, хотя в душе все сжалось.

Чувствую себя предателем.

Лег на край кровати, прижал к себе