Большая книга ужасов – 64 (сборник) - Сергей Охотников

– Оля! – позвала Кудряшка. – Миша! Вы где?

Порыв ветра громко хлопнул входной дверью. Хлюп. Я бросился в прихожую и поспешно закрыл замок.

– Что тут случилось? – спросил Роман. – Где все?

Кудряшка подошла к столу и пристально посмотрела на шахматную доску:

– Он хочет, чтобы ты играл дальше. Так ведь?

Я внимательно рассмотрел позицию и тут же воскликнул:

– Так нечестно! Он сделал ход за меня!

Неизвестный противник не только расставил все фигуры по местам, но и сделал два хода – один за меня и один за себя. Мое положение ухудшилось и стало почти безнадежным. Что будет, если я проиграю партию? Мы все умрем?

Глава 12. Жертва ферзя

За окном сгущались сумерки. Я сидел за столом и сверлил взглядом шахматную доску.

«Так нечестно, гроссмейстер Темночервь, ты не должен был ходить за меня», – бесполезная мысль постоянно крутилась у меня в голове.

Кудряшка подошла ко мне и положила руку на плечо:

– Хватит ломать мозги. Скажи лучше, что делать с Соней?

– А что с ней не так? – удивился я.

– Спит целый день. Может, дать ей ее старые таблетки? Чтобы проснулась?

– Дай, наверное. – Мои мысли все еще блуждали по шахматной доске.

– Ты вот о чем подумай, – тяжело вздохнула Кудряшка. – Может, ее только сон и спасает? Может, если бы мы сами дрыхли все время, то ничего страшного не произошло бы?

В голосе девочки звучало отчаяние. Я встал из-за стола и посмотрел ей в глаза:

– У нас все очень плохо? Да?

Олеся кивнула:

– Впервые в жизни мне слишком страшно. Мы не можем позвать на помощь. Не можем бежать и не можем оставаться здесь. Мы в ловушке.

– Я знаю. Мне тяжело дышать. Колени постоянно дрожат. В животе холодно. Но я обещаю, мы спасемся. Если это вообще возможно, мы это сделаем.

Кудряшка резко притянула меня к себе:

– Спасибо, Андрей! Без тебя было бы совсем плохо!

– Есть один вариант для этой партии, – пробормотал я. В моей голове как раз появилась идея хода. Очень рискованно, но других вариантов все равно не было.

Я посмотрел на шахматную доску. Мне следовало тщательно взвесить это решение. Входная дверь задергалась. Олеся вздрогнула. Роман вылез из своего кресла. Даже Соня подняла голову. Мы просто стояли как завороженные. Кто-то пару раз сильно ударил кулаком в дверь.

– Не вздумайте открывать, – проговорил Роман.

Никто и не собирался.

Незваный гость оставил в покое дверь и подошел к окну. Стекло зазвенело под тяжелым кулаком.

– Он сейчас залезет! – воскликнула Кудряшка и схватила со стола железный поднос.

Я взобрался на стул и выглянул в окно. Возле дома стояло высокое чудище с огромной лохматой головой.

– Что там? – Олеся залезла на стол. – Какое ужасное существо!

Чудище посмотрело на нас, сняло с головы большой кусок ткани и превратилось в Николая Федоровича.

– Это же доктор! – воскликнул я. – Нужно открыть ему дверь!

– Подожди! – сказала Кудряшка. – Помнишь, мы думали, что это он все устроил?!

– Да. И на записи мы его видели.

Николай Федорович снова постучал в стекло.

– Впустите! Я ранен! – закричал он. Слова были тихими, едва слышными, но можно было разобрать, прочитав по губам.

– Что будем делать? – спросила Олеся.

Мы втроем переглянулись. Даже Соня сказала:

– Впустите доктора.

– А если это он и сразу нападет?! – не унимался Роман.

– Я встану за дверью и ударю его по голове, – предложила Кудряшка.

– Не знаю… Можно попробовать…

– Подождите, сбегаю за сковородкой. – Олеся бросилась на кухню. – Еще нож возьму.

Хлюп. Я вздрогнул как от удара. В парке появилась угольно-черная фигура. Тварь бросилась через кусты прямо на доктора. На этот раз мне удалось ее неплохо разглядеть. Стройное худощавое тело, сотканное из шевелящейся тьмы. Вместо головы белый череп, покрытый копошащимися темень-червями. Доктор заметил существо, дико заорал, отскочил от окна к входной двери.

– Скорей! Нужно сейчас же впустить его! – заорал я и побежал в прихожую. Роман за мной.

Через пару мгновений мои неловкие пальцы уже возились с замком. Щелк – дверь тут же распахнулась. Николай Федорович сделал шаг вперед, но черная тварь настигла его и легко отбросила в сторону. Я замер, дрожа от страха. Роман бросился на помощь доктору, схватил его под локоть. Создание тьмы бросилось на парня, сбило с ног и придавило к земле. Черные черви падали на лицо Романа, лезли ему под рубашку. Я действовал на автомате – выхватил фонарик и направил на врага. Черви запищали. Тварь поднялась на ноги. Белый череп посмотрел на меня. Лампочка в фонарике громко хлопнула и погасла. Я отступил на шаг. Существо схватило Романа и одним прыжком скрылось в кустах.

– Помоги… – простонал доктор Степанов.

Я подхватил Николая Федоровича под руку и попытался поднять, но доктор был слишком тяжелым. Из дома выскочила Кудряшка со сковородкой наперевес. Девочка тут же оценила ситуацию и отбросила свое оружие. Вместе мы поставили доктора на ноги, завели в дом и закрыли дверь.

– Что с вами случилось?! – охнула Кудряшка.

Николай Федорович выглядел очень плохо – одежда изорвана, лицо и руки в ссадинах, грязи и кровоподтеках.

– Плохо дело, Олесечка, – тяжело вздохнул доктор. – Попал в аварию. Выехал из усадьбы, а на дороге черный человек с белым черепом. Минивэн перевернулся. Я с трудом смог вылезти, потерял сознание, очнулся уже под вечер. Перевязал рубашкой голову, выбрался на дорогу и пошел обратно к вам. Боюсь, что у меня сотрясение мозга и сломаны пара ребер. Диагностировал себе шизофрению, но вижу, что зря.

– Вам, наверное, больно! – воскликнула Кудряшка. – Сейчас сбегаю лекарство принесу. Нам тут пришлось немного покопаться в ваших вещах, простите.

«Не стоит ей одной ходить», – подумал я.

Олеся хотела убежать, но тут доктор сказал:

– Постой. Со мной все будет в порядке. Расскажите лучше, что здесь вообще творится? Где все?

– Эта тварь снова нападала! – воскликнула Кудряшка. – Нас осталось всего трое, и мы не знаем, что делать. Нам очень страшно, доктор!

– Мне тоже, – Николай Федорович вздохнул. – Не уверен, что смогу нам всем помочь. Давайте попробуем разобраться. Пусть каждый расскажет то, что ему известно.

Мы проводили доктора до дивана. Вместе сходили на кухню за горячим чаем и сладостями. Потом начался разговор. Почти все ужасные события последних дней уместились в пару предложений. Неуловимое темное существо появлялось внезапно и уносило своих жертв, оставляя за собой открытые двери и кровавые следы.

– А еще оно играет со мной в шахматы, – сказал я и посмотрел на доктора Степанова.

– В шахматы? – переспросил Николай Федорович.

– Да! – воскликнула Олеся. – И мы видели, как вы заходите в комнату Андрея и делаете ход.

– Я?! – удивился доктор. – Ах да, припоминаю. Я остановился на минуту, чтобы оценить позицию, но даже и не думал трогать фигуры. Зачем мне вмешиваться в чужую партию?!

Кудряшка не желала принять этот аргумент:

– Признайтесь! Это были вы! Наверняка вы все здесь подстроили. Это какая-то особенная терапия, а с ребятами на самом деле все в порядке. Они подставные актеры и сейчас прячутся где-нибудь в безопасном месте.

Звучало дико, но я на мгновение поверил. Так хотелось получить такое объяснение и оказаться в безопасности. Николай Федорович только пожал плечами и кисло улыбнулся. Надежда медленно погасла, погрузив дом в опасную тьму.

– Мы ведь не видели на самом деле, что доктор сделал ход, – сказал я. – Он просто закрыл спиной шахматную доску.

– Да. Значит, все по-настоящему. – Огонек в глазах Олеси мигнул и погас.

– Получается, что так, – сказал Николай Федорович. – Было еще что-то важное?

– Совсем забыл о Прошке! – воскликнул я и поведал жуткую историю о встрече с мертвым мальчиком.

– Что он тебе сказал? – Доктор неожиданно оживился. – Можешь повторить слово в слово?

Я напряг память:

– «Ты знаешь его! – кажется, так говорил мальчик. – Он пришел из-за тебя и все мне испортил! Он убьет всех. Он нашел мой тайник и забрал мою игрушку. Верни ее и сможешь спастись».

– Интересно… – проговорил доктор Степанов.

– Что?! Что вы узнали?! – воскликнула Кудряшка.

– Я, конечно, не эксперт в эзотерике, но все-таки… – начал Николай Федорович. – В психоанализе есть такая поговорка: каждый из нас таскает за собой своих мертвецов. Несчастные случаи и смерти очень сильно травмируют психику. Часто они вытесняются в подсознание и преследуют нас всю жизнь.

– К чему вы клоните? – спросила Олеся.

– Видите ли, Андрей явно пережил какое-то травмирующее событие. Это очевидно из его анамнеза[27]. Вполне возможно, что это была именно чья-то смерть… – Николай Федорович замолчал. Казалось, он сам испугался своих выводов.

Воцарилось молчание. В голове вертелись страшные мысли: «Это значит, я притащил за собой какого-то мертвеца?! Здесь он зарядился Прошкиной силой и начал буянить?»